Вдова с ребенком для лорда-дракона - Ингрида Пюли

полю ходили откормленные фазаны и павлины, всюду расставлены золотые фонтаны, бьющие вином и карамельной водой. Разноцветные шатры соперничали друг с другом размерами и роскошью внутренних убранств.

В воздухе пахло жареным мясом, свежей зеленью и духами. И под всем этим великолепием я уловила еле заметный душок страха.

Пир во время чумы.

Те, кто праздновали сегодня, завтра — послезавтра могут оказаться мёртвыми.

Я крепче сжала руку Алисы, которая то и дело показывала на скачущих вокруг белоснежных козликов и павлинов, распушающих хвосты.

Теодор тявкал на птиц и пытался выдернуть у них из задов перья, пока никто не видел.

— Вот и наш шатёр. Держись, Вероника, это моя тётушка, — Крейген пожал мне руку, и я увидела невысокую, стройную светловолосую женщину в летах, разодетую в наряды с перьями всех цветов и размеров.

Будь она меньше ростом, вполне сошла бы за павлина.

— Крейген, душа моя, вот вы где! — бросилась она к нам, едва завидев. Я удивилась, насколько гладкое и холёное у этой дамы лицо. Будто всю жизнь в неге и благополучии прожила, и тревоги с заботами её ни разу не коснулись. — А у меня прекрасная новость. Я нашла тебе невесту!

Глава 7

— Ещё одну, тётя Эйприл?

Иронию в голосе племянника тётушка не заценила и даже попыталась обидеться:

— Я желаю тебе только хорошего, Крейген! Что за тон ты себе позволяешь!

Меня она и вовсе игнорировала. Схватила племянника за руки и принялась трясти их в такт своим словам. Говорила она громко, иногда снисходя до загадочного шёпота. При этом выразительно пучила глаза, довершая сходство с птицей.

— Это леди Эстер Чаддис, ты должен помнить её. Очаровательная златовласая малышка, с которой вы лазили в соседский сад за яблоками, когда оба бывали у меня в гостях. У вас получатся прекрасные дети! Что ты там лепечешь? Турнир выиграть? Так ты здесь для этого!

Да уж, напористая дама!

— Девочка, ты чуть не наступила на подол моего платья. Это перья вестрийских птиц!

Леди Эйприл заметила-таки мою дочь, которая таращилась на незнакомку, открыв рот. Нет, манерам она у меня обучена, поздоровалась, присела в реверансе даже, но всё же не смогла сдержать своего изумления.

Миледи напоминала попугая как внешне, так и манерами.

— Это члены моего гнезда, тётушка. Миледи Вероника и её дочь Алисия.

Дама замолчала. Сердито достала из сумочки лорнет и посмотрела на нас через стёкла очков. Будто мы насекомые, которых без увеличительного стекла не разглядеть.

— А девочка-то на тебя похожа. Выходит, не врут! Ловко вы, милочка, наставили рога покойному мужу!

Я вспыхнула и не сдержалась. Пусть они драконы, пусть трижды сильные и властные, а оскорблять себя я и топ-менеджерам из прошлой жизни не позволяла! Многие пытались намекнуть на то, что женщина, родившая без мужа, шлюха.

— Простите, миледи, но я честная женщина и согласилась помочь вашему племяннику именно потому, что он очень просил о том. Очень просил.

— Да, мужчины без ума от таких, как вы! — скривила она губы.

— Тётушка, немедленно извинитесь, иначе я вам больше приблизиться к Веронике не дам! — вставил Крейген. — Вероника мне не содержанка, я никому не позволю бросить даже тень на её честь! Даже вам!

Эта Эйприл сделалась цветом как помидор. Почти слилась с пером, торчавшим из шляпки и спускающимся на левое плечо.

— Поговорим после открытия! — цокнула она языком. — Я приведу в твою ложу леди Эстер и не смей возражать!

Алиса захохотала, когда она бросилась прочь, путаясь в многочисленных юбках, а Теодор проводил тётку Крейгена визгливым лаем.

— Если вернётся, я помочусь на её туфельки, — чихнул он. — Душится, как служанка!

— Прости, если мы обидели её, — начала было я. — Может, нам лучше сегодня уехать домой? Пока я не рассорила тебя со всей роднёй.

— Вероника, чем раньше они поймут, что я не дам тебя в обиду, тем скорее отстанут. А леди Эстер пусть приходит. Мы действительно с ней воровали яблоки. Оборачивались драконами и ели с верхушки самые спелые.

— А я так смогу? — ахнула Алиса.

Моя дочь дала руку Крейгену и позволила увести себя внутрь шатра, где слуги уже суетились возле стола и маленьких диванчиков. На один из них и запрыгнул Теодор.

Они все втроём радостно уплетали барашка под соусом, закусывали рассыпчатым рисом с овощами, приготовленными на гриле, а я совсем потеряла аппетит.

Смотрела на Крейгена, на Алису и думала: что, если бы нам пришлось остаться в этом мире? Наша идиллия рухнула бы? Видимость семьи, которой мы не являемся.

Рано или поздно Крейген женится. Не на леди Эстер, так на другой знатной красавице. А что будет с нами? Допустим, нам хватит денег на безбедное существование в провинции, допустим, Крейген позаботится о приданом и об образовании племянницы, но жить в надежде подачки от мужчины? Зависеть от его прихоти и настроения жены?

Нет. Это всё не для нас.

— Пора, моя маленькая Алисия, — милорд по-отечески потрепал Алису по щеке. — Хочешь посмотреть «пляски драконов»?

— А что это?

— Вот и увидишь. Это когда берёшь в лапы маленькую девочку и аккуратно уносишь в небо.

— Нет, Алиса, даже не думай! И ты тоже обещай! Без моего разрешения никаких полётов!

— А если я обращусь? — надула губки дочка. Знала, что я ей всё разрешала, когда смотрит вот так жалостливо.

— Тогда и лети, коли сумеешь, — кивнула я.

Мы переместились к искусственному озеру, вдоль которого расставили деревянные трибуны, обтянутые дорогими тканями. Наше семейство имело право на отдельную задрапированную ложу, и я была рада отгородиться от посторонних взглядов. Чувствовала их на себе и думала о том, что вечером придётся тщательно тереть спину мочалкой, чтобы избавиться от ощущения грязи.

Все приветствовали королевскую чету, сидевшую на возвышении под флагами. А потом глашатай объявил драконий турнир открытым.

Из пушек, стоявших по берегам, вырвались огненные птицы. Они росли и превратились в четырёх драконов, закружившихся над озером. Внезапно каждый дракон приобрёл свой цвет.

— Белый — символ победы, красный и жёлтый — силы дракона, а чёрный — слава проигравшим! — быстро пояснял для нас Крейген.

— А что случается с гнездом проигравшего дракона? — внезапно спросила я.

Надо было давно задать это вопрос, вертевшийся на языке, да мне было неудобно напоминать дракону о его возможной судьбе.

— Земли и замки отойдут казне? — осторожно предположила я. — А с людьми? Что случится с людьми?

Крейген хмурился и молчал.

— Они перейдут во власть победителя, миледи, — раздался за спиной вкрадчивый мужской голос.

Глава 8