Вдова с ребенком для лорда-дракона - Ингрида Пюли

Он вдруг привлёк меня к себе и поцеловал. Страстно, властно, не оставив мне и шанса на сопротивление.

Я не успела ничего сообразить, как Крейген толкнул дверь моей спальни и увлёк меня за собой в полутьму комнаты, освещённой единственным магическим шаром.

Глава 12

Я сдалась на милость дракона. Пусть он пока не победил, для меня лишь он был единственным достойным триумфа на турнире!

Мы не разговорили, а сразу освободились от одежды, будто она обжигала кожу и мешала прикоснуться друг друга, напитаться силой. Она протекала у нас между пальцами, спускалась по спине и груди, собиралась в районе солнечного сплетения и выжигала внутренности, словно внутри поселилось маленькое солнце.

И мы становились одним целым, и я обретала крылья…

Я помнила наши ночи с Ристером, но с этим драконом всё было ярче. Его пламя рвалось наружу, вдруг перетекло и под мою кожу, толкнуло нас в объятия, обдав жаром.

Я мечтала лишь о нём в ту ночь, выкрикивала его имя, царапала ногтями его кожу и отдавалась, растратив себя без остатка, как будто завра не наступит никогда.

Но оно наступило, и всё случившееся начало казаться ошибкой. Этот мир всё больше притягивал меня, пытался присвоить, сделать нас с Алисой своей частью, а я единственная, кто ещё сопротивлялся. Только я, и больше никто.

Крейген открыл глаза и притянул меня к себе.

— Жалеешь? Или сравниваешь? — спросил он без тени улыбки.

— Я даже не думала о Ристере. Он давно часть моего прошлого, и да простит меня его тень, я уже почти его не помню.

— Я выживу и выиграю, Вероника. И мне не будет нужен брак ни с леди Эстер, ни с другими знатными дамами.

Он снова поцеловал меня. Коснулся губами губ, сначала нежно, потом прикусывая, и вот всё завертелось… И снова я сдалась, решив, что это будет в последний раз.

А потом Крейген ушёл, и я позвала Глорию, которая и помогла мне привести себя в порядок.

Когда я вышла к столу, чтобы подкрепиться перед очередным визитом на поле для турнира, где будет проходить жеребьёвка, Алиса уже была готова и играла с весело повизгивающим Теодором.

Белый пёсик просил лакомства и проявлял нетерпение.

— Смотри, мама, как он может!

— Ещё и не так сможешь, раз жрать просто так не дают, — проворчал собакин и посмотрел так жалобно, что я не удержалась и метнула печенье ему в раскрытую пасть.

Лишь бы не смотреть на хозяина своего гнезда. Мне было неловко, но, как ни странно, о случившемся я не жалела.

И пока не разобралась в себе, чтобы давать кому-либо авансы.

— Я должен вас обеих предупредить. Жеребьёвка — вещь формальная, тут вашего участия не требуется, но после неё Алисии придётся потренироваться на том месте, где будет происходить турнир. Помнишь, принцесса, о чём мы с тобой условились?

— За моей спиной? — нахмурилась я, но дочь радостно кивнула.

— Знаешь, мне Серцилия сегодня обещала показать ещё один приём. Я смогу вызывать огонь на ладошки.

— Значит, даём ей добро?

Я впервые за время завтрака взглянула Крейгену в глаза.

— Как условились, — подтвердил он.

Я сослалась на головную боль и провела остаток времени в саду на скамейке возле фонтана, изображающего встречу влюблённых. Мужчина обнимал девицу, а она с улыбкой положила голову ему на грудь.

Глория принесла обезболивающего порошка, растворенного в стакане воды.

— Не беспокойтесь, миледи. Турниры всегда заставляют женские сердца замирать от страха, но милорд Крейген силён. Он готовился многие годы. И ещё…

Тут Глория опустила глаза, и щёки её порозовели, а на губах заиграла улыбка.

— Что ты, сплетни собираешься мне пересказывать?

Я сказала излишне резко и тут же пожалела об этом. На глазах Глории выступили слёзы.

— Простите, миледи. Я позволила себе лишнего.

— Не плачь и говори. И ты извини меня, я просто вся на нервах. Говори!

— Я хотела только сказать, что теперь у милорда есть ради кого побеждать. Не затем, лишь чтобы получить земли и титул, а ради вас с дочерью. Я здесь несколько лет в услужении, но таким счастливым его не видала.

Я поблагодарила за всё и направилась в дом. Признаться, мне было приятно слышать такие слова, они грели душу и растили в ней цветок надежды.

Мне хотелось верить Крейгену и в то, что сказка может сбыться.

Вскоре мы снова выехали на поле для турниров. На этот раз все участники собрались у большой жаровни, из которой должны самолично выхватить деревяшку, на которой проступит имя соперника. Но вначале предстояло из рук королевы получить патент на участие в турнире.

Того, кому её величества благоволит, ждут не только почести, но и возможность тянуть жребий. А если дракона уже избрали в качестве соперника, то ему остаётся лишь покориться судьбу.

— Первый министр намекнул, что твой соперник уже определён.

— Не можешь ничего поделать — положись на судьбу, так говорят у нас, — ответил Крейген и снова принялся разучивать с Алисой весёлую песенку о незадачливом драконе, который в итоге и принцессу в жёны получил, разбогател и растолстел.

И перестал летать, потому что если ты счастлив на земле, то и небо уже не так манит.

У жаровни, выставленной на огороженном участке поля, уже собирались будущие участники. Дам сюда не допускали, мы должны были стоять за ограждением и ждать начала жеребьёвки.

— Разрешите, миледи, я отведу вашу дочь на пару шагов. Как условились, покажу ей ещё один приём, — Серцилия сегодня была разодета в зелёное платье и такого же цвета шляпку.

И хоть на мне тоже были дорогие ткани, а светлое платье с мелкими розовыми цветочками больше подходило для случая, я ощутила себя курицей рядом с павлином. Впрочем, что мне до них всех!

— Я присмотрю, миледи, — сопровождать Глорию вызвались пару слуг из нашего дома и Теодор, который тут же заметил, что кусает за лодыжки он отменно. Потом болит так пару дней, что не до оборота даже дракону.

И так как они отошли недалеко, то я за дочь не беспокоилась.

К тому же на место жеребьёвки уже принесли королевское кресло, в котором её величество должна была раздавать патенты.

И первым назвали имя моего дракона.

Глава 13

Я напряглась так, будто назвали моё имя.

— Милорд Вильсент, мы рады, что вы участвуете в турнире, — произнесла её величество с улыбкой, подавая преклонившему колено Крейгену рулон