Леха в деревянном царстве - Урус Иванов

Макс опустил глаза и понял, что старается зря.

— Кхм… Нет.

Леха подождал. Опыт подсказывал, что за таким «нет» иногда прячется длинное объяснение, почему может быть и «да», но тебе это дорого обойдется.

— Совсем нет? — уточнил он и на всякий случай грустно вздохнул.

— Подзаряжать точно не буду. Там и сейчас достаточно, чтобы тебя намотать на ось и провернуть.

— То есть оставишь?

Маг посмотрел на полупрозрачный артефакт. Тяжелый туман успокоился, но в глубине что-то медленно ворочалось, будто артефакт переваривал случившееся и делал выводы. Тащить эту штуку в ратушу ему откровенно не хотелось. Вроде бы ничего не случилось, но если кто-нибудь начнет копать, то выйдут на переселенца. Аккуратно поинтересуются, кто надоумил таскаться по свалке, с какой целью, откуда очки, не из спецхранилища ли? Понятно, что не из хранилища, но парня могут напугать. Он расколется, расскажет про свои эксперименты, и тогда придут уже к нему самому. И повышение накроется тем самым.

И самое поганое, что ведь есть, кому копать. Свежая поросль, явно чей-то протеже, уже пару месяцев ищет, чем бы отличиться. И такой подарок ему в руки давать нельзя. М-да, благородный дон, где-то вы свернули не туда…

— Оставить можно, — неохотно признал он. — Но пользоваться будешь только при мне.

Леха приободрился.

— Отлично. Завтра с утра…

— Да не суетись!

Маг подошел к станку и носком сапога шоркнул по половице, там, где опора станка оставила заметную борозду. Петрович присел возле станины, потер царапину большим пальцем и недовольно засопел. Леха непонимающе уставился на Макса. Тот начал загибать пальцы:

— Станину к полу прикрутить. Ремень проверить на отсутствие трещин и задиров. И хорошо бы рычаг соорудить, чтобы натяжение сбрасывать. Чтобы ремень…

Петрович кивнул.

— Да, понятно. Сделаю. Мешать будет, но сделаю.

— И кожух поставь наконец! И станину прикрути.

— Это само собой.

— А почему до сих пор не прикрутил?

— С педалью она не скакала, — пожал плечами гном. Хотел еще что-то добавить, но посмотрел на царапину в доске и передумал.

— Ладно. Порядок будет такой. Если очень нужно работать, то работаете на…, — он поискал глазами, поднял с пола чучело вентилятора и на несколько секунд сосредоточился, — вот этом. Артефакт не трогать. А лучше киньте его в какую-нибудь яму или подпол. У тебя есть подпол? Вот и отлично. Завтра, а нет, послезавтра приду, продолжим.

Леха посмотрел на закрывшуюся дверь, перевел взгляд на ощипанную птицу на верстаке, и машинально потер синяк на груди. Гном хлопнул широкой ладонью по верстаку, привлекая его внимание:

— Так чего там у тебя за мысль? Решил точить двумя руками одновременно?

— Ну не так уж у меня все плохо с головой. Для начала можно просто взять нож пошире.

Гном пренебрежительно фыркнул.

— Нет, я имею в виду реально широкий нож. Ты видел, как этот стеклянный кирпич раскрутил заготовку? Она чуть подручник с корнем не вырвала — и даже не остановилась. Понимаешь, если мы этой штукой научимся управлять, то можно будет поставить нож побольше, да вот хотя бы от твоей бумагорезки, и работать раза в три быстрее. Снимать сразу широкую стружку.

Петрович задумался. При токарке приличная часть сил уходила на то, чтобы снять с квадратного бруска углы, довести форму до круга, и только потом начинать работать. Обдирка — работа тупая и долгая, резец снимает дерево только в одной точке, и эту точку контакта надо вести туда-сюда, туда-сюда, пока руки не отвалятся. А если поставить нож пошире, то, конечно, должно быть побыстрее. Но до сегодняшнего дня этому мешала одна мелочь: заготовке не хватало вращательного момента, широкий нож ее просто мгновенно бы застопорил.

Очевидно, что идея очень сырая, что парню просто хочется поиграть с новой игрушкой, и работать в три раза быстрее он точно не станет. Но что-то в этом есть. Гном тряхнул головой и командным голосом приказал собираться домой. Утром, дескать, будет виднее.

Утром мастерская выглядела прекрасно. К середине дня пыль будет клубиться под потолком, а солнечные лучи — прорезать ее прожекторами. Но сейчас в прозрачном воздухе разливалось солнце, освещая висящий на стене ремень и м-колесо, снятое с опоры. Леха скинул куртку, повесил ее на крюк и подошел ближе.

Петрович, встав на колено, примерял к опоре тяжелую железную скобу. Потом отложил ее в сторону и принялся греметь в ведре с разномастным металлическим крепежом. В хозяйстве бережливого гнома можно было найти практически что угодно.

— Доброе утро?

— Утро. На, держи, — и он протянул Лехе другую скобу.

Петрович разметил отверстия и принялся сверлить пол ручным коловоротом. Крепкие сухие доски сопротивлялись, сверло скрипело, выбрасывая тугую золотистую стружку.

— А зачем это? — озадаченно спросил Леха.

— Алексей, ты хоть немного думай, прежде чем глупости говорить. Или ты не проснулся еще? Смотри, какой толщины скоба, разобьет же доску, если так забивать.

Переселенец наконец понял, что гном почему-то не в духе, и решил помолчать. Дальше он просто подавал мастеру скобы, молоток, коловорот и деревянные проставки. Когда все четыре скобы заняли свое место, гном ухватился за край, уперся ногами и мощно дернул. Пол содрогнулся, за стеллажами что-то свалилось, но станок выдержал.

Следующим пунктом ремонтной программы стоял натяжной рычаг. Сначала где-то в закромах Петрович откопал ролик, пружину и кусок прута. Закрепил ролик, чтобы в рабочем положении тот дополнительно отжимал ремень, и связал его тягой с тем самым прутом. Теперь на уровне плеча торчал уродливый рычаг — стоило на него нажать, как тяга отжимала ролик, ремень провисал и переставал передавать вращение на шпиндель станка.

После этого Леху заинструктировали вусмерть. Гном гонял его до тех пор, пока парень не научился сбрасывать ремень одним движением, из любого положения, вслепую, в падении, прыжке и кувырке. И когда он взял паузу, пытаясь справиться с лошадиной отдышкой, раздался дежурный стук и скрипнула дверь.

Макс обошел станок, внимательно его оглядел и попытался потрясти. Потом навалился всем телом и одобрительно хмыкнул. Нажал тугой рычаг, посмотрел, как провисает ремень.

Леха наконец отдышался и спросил:

— А чего ты сегодня пришел, собирался же завтра?

— Да душа с утра не на месте. Как вспомню, как у тебя ручонки к артефакту тянулись, так и вздрогну. Подумал, что если сегодня не приду, то завтра уже и не к кому будет. Кстати, а кожух-то чего не поставили?

— Толку-то, — отмахнулся гном. — Если уж Алексей захочет, чтобы его на шкив намотало, то его кожух не остановит. А пока вроде