Погоня за судьбой - Ди

Зажурчали нестройные аплодисменты. Дама поставила на трибуну бутылку с водой и сделала приглашающий жест, доктор физических и математических наук, всё так же улыбаясь, взобрался на сцену и, раскланявшись с женщиной, оказался возле трибуны.

— Благодарю за тёплый приём. — Его голос был тихим, но на удивление чётким. В нём слышался лёгкий, неуловимый акцент — не региональный, а космический; акцент человека, который слишком долго говорил с вакуумом. — Признаюсь, я не ожидал, что гравитация Земли так скоро снова притянет меня. В свете последних… астрофизических явлений… — Он сделал небольшую, значимую паузу. — … в воздухе витает определённое беспокойство. Оно меняет фокус и искажает перспективу, и моя работа — не исключение. Но гравитация свела нас здесь — и, возможно, мы поймём, для решения какого уравнения.

Он вытянул руку ладонью кверху, поднял брови и вопросил:

— Итак, что вы видите в моей руке?

В зале повисла тишина. Кто-то сбоку неуверенно пробормотал:

— Кожу…

Несколько студентов переглянулись, и кто-то в противоположном конце аудитории пискнул:

— Ничего!

Агапов улыбнулся.

— Почти ничего, но нет. На моей руке — цивилизация. Миллионы бактерий. Микроорганизмы. Они настолько малы, что человечеству понадобились века для того, чтобы просто узнать об их существовании. Но они живут рядом с нами всегда и останутся жить — даже тогда, когда мы, люди, исчезнем…

Профессор опустил руку, повернулся и сделал несколько шагов в сторону.

— Скажите, а где теперь эти микробы?

— Они на вас! — почти выкрикнул парень в очках в первом ряду.

— Точно! И вместе со мной они преодолели расстояние, в несколько миллионов раз превышающее их размеры, буквально за считанные секунды! Впечатляющий результат, верно? — Он вернулся обратно и облокотился на деревянную трибуну. — Но по мере того, как увеличивается и усложняется объект, его относительная скорость становится всё меньше, и он всё более испытывает на себе физические законы нашего мира. Есть принцип, который гласит: относительная мышечная сила у живого существа тем выше, чем меньше размер его тела. Проще говоря, относительная сила муравья куда больше, чем у слона. Со скоростью — то же самое… Но эти принципы работают только в определённых рамках. А что же случится, если выйти за них? Убрать из схемы трение воздуха, гравитацию… Убрать влияние среды. — Он посмотрел на зал поверх очков. — Это уже кое-что, но мы всё равно останемся внутри системы законов-принципов. До тех пор, пока не примем за данность, что вакуум — это тоже среда. Пространство, свободное от вещества, но не свободное от правил.

Аудитория молчала. Слышно было, как где-то скрипит ручка. Профессор отхлебнул из бутылки и продолжил:

— Выбраться из этой последней среды нам позволила энергия. Научившись вырабатывать гигантское — а самое главное, контролируемое — количество энергии, мы поняли, что единственный наш предел в скорости передвижения — технологический. Подобно тому, как отправной точкой измерения температуры является абсолютный ноль… Кто помнит число?

— Минус двести семьдесят три! — донёсся голос из зала.

— И пятнадцать сотых, — добавил Агапов с теплотой в голосе. — Так вот, абсолютный ноль существует, но абсолютного предела температуры нет! Температура в ядре нашего с вами Солнца — пятнадцать миллионов градусов. А в ускорителе частиц мы можем получить десять триллионов. Так где же предел? — Он обвёл взглядом зал. — Нет, не Хейгдорн и даже не Планк… Говорят, предел находится где-то у отметки десять в тридцать второй степени градусов. Это в тысячу раз больше температуры, которая вызовет… новый Большой Взрыв. А затем — повторную инфляцию нашей Вселенной. Точнее — новой Вселенной поверх нашей с вами…

Он хитро прищурился, и по аудитории пронёсся сдержанный смешок. Кто-то присвистнул.

— То же самое и со скоростью: есть скорость нулевая, состояние покоя, но предела нет. Конечно, если вы сможете выйти за рамки законов классической физики. И тут нам на помощь приходит квантовая запутанность… Сверхвысокие энергии позволяют создать два взаимозависимых объекта — имеющих полярное значение спиральности спи́на. С помощью генератора экзотической материи с отрицательной плотностью энергии… — Он осёкся и махнул рукой, словно отгоняя от себя готовый обрушиться водопад формул. — Я не буду забивать вам головы своими любимыми техническими подробностями, этим займутся профильные педагоги… Мы создаём пространственно-временной пузырь по принципу Алькубьерре и выстреливаем его вперёд — и тут же отправляем точно такой же, только со знаком минус, в противоположную сторону. В одном из этих пузырей, внутри относительно статичного пространства, и находится наш объект — например, корабль с экипажем внутри. Самое сложное тут — рассчитать мощность и предсказать точку, где пузырь потеряет свою «противоположность» и… испарится. Распадётся обратно в чистую энергию…

Профессор снова отпил из бутылки, и один из студентов, воспользовавшись паузой, спросил:

— Это ведь вы про «Голиафы», Владимир Алексеич?

— Именно. Такой принцип передвижения впервые реализован землянами именно на корабле класса «Голиаф». Прототип двигателя сейчас проходит калибровку. Это наш первый шаг на пути к межзвёздным перелётам за разумные сроки. Мы привыкли называть это гиперпрыжком, но технически это не так. Человечеству — я имею в виду ту его часть, к которой относимся мы с вами — ещё только предстоит освоить полноценные гиперпространственные технологии.

Рядом со мной кудрявая девушка, до этого что-то быстро записывавшая, подняла руку:

— А как же Врата, которыми мы давно пользуемся?

Профессор усмехнулся и принялся расхаживать по аудитории.

— Эти врата — подарок отшельников с Росса-154. Мы до сих пор до конца не понимаем ни принцип их работы, ни схему конструкции. Разобрать их и посмотреть, что внутри — тоже нельзя, ведь они работают без перерыва… Если грубо, то пространство-время складывается вдвое, и мы всего лишь проходим через создаваемые отверстия на этих сопряжённых плоскостях, а затем пространство-время разворачивается в свои обычные четыре измерения. Мы оказываемся уже на другой стороне плоскости, но такой способ передвижения должен быть двусторонним и требует наличия приёмника и передатчика. Нельзя просто щёлкнуть пальцами и отправиться в любую точку Вселенной… Так мы, во всяком случае, думали до того момента, пока планета Росс-154 не пропала с карты Сектора.

В зале стало тихо — было слышно, как кто-то сглотнул. Профессор замер на несколько секунд, глядя в пустоту, а затем встрепенулся.

— Да, возвращаясь к энергии… Мы с вами медленно, но верно движемся к состоянию цивилизации первого типа по шкале Кардашёва. Наверняка все присутствующие уже знают, но на всякий случай напомню: цивилизации первого типа используют все доступные энергетические ресурсы своей родной планеты. Второго — всю энергию своей звезды. Третьего — своей