Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

В знак подтверждения Толк кивнул с полным ртом.

Нефрита поморщилась и поставила опустевшую миску.

– По крайней мере, ничего, меняющего наши планы.

– Да, я считаю, что мы должны действовать, как уже решили, – произнес Делин так резко, что все взгляды обратились к нему.

– Я рад, что хоть кто-то в чем-то уверен, – съехидничал Звон, но Делин занялся очередным фруктом и не ответил.

Вернувшаяся в каюту Песня доложила:

– Сюда идут Утес с Роррой.

Лун разочарованно прислонился к окну каюты. В присутствии Рорры на эту тему говорить нельзя. Хотя от обсуждения мало толку.

Ежевика приготовила еще две миски и протянула вошедшим Утесу и Рорре. Утес скептически принюхался, но попробовал. Рорра села на скамью и начала есть.

– Что вы думаете о внезапном появлении Бемадин? – спросила она между глотками.

– Я рада, что не мы одни заметили, насколько внезапно это случилось, – сухо отозвалась Нефрита.

Рорра угрюмо кивнула.

– Если уж они собрались с нами встретиться, было бы очень мило, если бы они сделали это, когда скверны пытались нас уничтожить.

– А что думает Каллумкал? – спросил Лун.

Звон не доел фрукты, и Лун утащил кусочек. Звон недовольно на него покосился.

Рорра огорченно поморщилась.

– Он очень дипломатичен.

Утес привалился к стене и, сдавшись, неохотно стал есть рыбу с соусом.

– Скажи им то, что говорила мне о хианцах.

– Вы знаете, что им пришлось уйти со своих старых земель в Кише из-за сквернов? – спросила Рорра.

– Вендоин немного рассказывала. И Делин об этом упоминал, – сказала Нефрита.

При звуке своего имени Делин, который дремал, прислонившись к скамье, фыркнул, но не проснулся. Возможно, это и к лучшему, подумал Лун. Делин явно нуждался в отдыхе.

– Территория, где они сейчас обитают, лесистая и полна глубоких ущелий и очень плохо просматривается с воздуха, если вы понимаете, о чем я.

Елея кивнула.

– Много укрытий.

– Да. Кишские ученые, исследовавшие строителей фундаментов, в течение долгого времени полагали, что там есть другие оставленные ими руины. Много циклов назад они нашли фрагменты дороги, идущей в том направлении, и некоторые другие свидетельства того, что оттуда, возможно, приходили торговцы. – Она взмахнула рукой, отставляя в сторону миску. – Не помню подробностей, но Каллумкал и другие считают, что в том регионе есть по меньшей мере еще один разрушенный город строителей фундаментов. Однако хианцы уверяют, что искали его и не обнаружили.

Звон задумчиво хмурился.

– Возможно, его там и правда нет, – сказала Нефрита.

– Возможно. Вроде бы нет причин скрывать, если он есть. Но это вызвало определенные разногласия между учеными Хиа-Исеры и Киш-Жандеры. – Рорра моргнула и потерла глаза. – Мне пора возвращаться на мостик.

Поднявшись на ноги, она чуть покачнулась, и Лун подхватил ее под руку, чтобы поддержать.

– Я пойду с тобой, – сказал он. – Возьму еще одну вахту, чтобы Поток мог спуститься и отдохнуть.

Нефрита жестом выразила согласие. Звон уже свернулся и спал, а Ежевика с Толком зевали. Утес еще ел, хмуро глядя на свою миску.

Лун пошел к лестнице вместе с Роррой. Коридоры казались пустынными, но все, наверное, еще ели, пока еда теплая. Когда Рорра начала подниматься, он сказал:

– Возможно, тебе тоже стоило бы отдохнуть.

– Да-да.

Она с отсутствующим видом махнула рукой.

Лун двинулся по коридору в сторону носа. Прошел мимо открытой двери в каюту, где несколько жандеров и жандеран мирно спали на скамьях. Все утомились и глубоко дышали во сне.

Подходя к носу и второй лестнице, Лун учуял в воздухе какой-то новый запах и не сразу его распознал, что само по себе было странно. Но запах доносил сквозняк с лестницы. Это было уже настолько странно, что Лун решил узнать, в чем дело. Он начал подниматься по лестнице.

В воздухе пахло кровью, смешанной с чем-то еще.

Поднявшись, он пошатнулся, ударившись плечом об стену. «Корабль качнула волна», – подумал он. Но потом у него закружилась голова, и Лун понял, что качнулся он сам.

Он схватился за веревочный поручень наверху лестницы, предназначенный для неловких земных, и подтянулся наверх. Поморгал, не понимая, почему вдруг стало так трудно держать глаза открытыми. В проходе у стены кто-то лежал. Лун понял, что это жандеран, и узнал куртку с красной отделкой. Спотыкаясь, он дошел до лежавшего, сполз по стенке и осторожно поднял его голову. Это был Магрим. Открытые глаза глядели в пустоту, а на руки Луну лилась теплая жидкость – кровь из глубокой раны на горле Магрима.

Услышав тихие шаги по палубе, он поднял голову и увидел Вендоин.

– К несчастью, ему не понравилась еда, – сказала она.

Глава 22

Все кружилось, Лун ослеп и не мог даже сесть. Не мог он и сменить облик – ужасающе знакомое ощущение. Яд, подумал он. Они где-то раздобыли отраву для сквернов.

Он попытался отпихнуть нависавшие над ним силуэты, но его схватили за руки и потащили по коридору. Край люка оцарапал Луну бедро, затем его снова бросили на палубу. Шаги удалились, и он услышал, как закрылась раздвижная дверь. Из коридора доносились тихие голоса, но Лун не мог разобрать слов. Один голос принадлежал Вендоин. Затем снова послышались удаляющиеся шаги, но Лун чувствовал, что за дверью находится несколько земных обитателей.

Кто-то похлопал его по щекам.

– Лун, ты меня слышишь?

Рорра. Ее запах отдавал гневом и страхом. Лун с трудом приоткрыл глаза. Она полулежала рядом, приподнявшись на дрожащих руках. На серой коже проступили светлые и темные пятна, а под глазами залегли синяки. Казалось, она при смерти.

– Хианцы. Вендоин предала нас. Они отравили еду.

– Знаю, – прохрипел Лун. Он сумел поднять руку и поднести ближе к глазам. Вместо рычания из его горла вырвался слабый стон. А на темно-бронзовой земной коже проступил слабый узор чешуи – его чешуи. Он снова попытался перевоплотиться, но ничего не вышло. Он будто тянулся к чему-то несуществующему. Отрава для сквернов. Должно быть, ее подмешали в еду. Она ничем не пахла, а травянистый вкус замаскировали приправами.

Лун схватил Рорру за предплечье и слегка приподнялся. Прищурившись, он сумел разглядеть, что находится в незнакомой каюте с полками на стене, забитыми кишскими книгами. Он знал, что не покидал корабль, а значит, это каюта на верхней палубе, прямо под рулевой рубкой. Потом он понял, что расплывчатая куча одежды у стены – на самом деле три бесчувственных кишца, распростертые на снятых со скамеек подушках. Одним из них был Калам, а двое других, повернутых к Луну спиной, – Каллумкал и Келлимдар. В воздухе чувствовался