Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

комплексных мероприятий по выявлению и нейтрализации агентурных сетей на территории округа. Акцент — на Киев, Львов, Винницу, Одессу. Особое внимание — к сотрудникам оборонных предприятий, штабов, связистов, водительскому составу. Второе. Начать тотальную проверку личного состава штаба КОВО, включая гражданских служащих и технический персонал. Особый интерес — к тем, кто имеет доступ к моему расписанию, планам перевозок, секретным документам. Третье. Установить плотное наблюдение за всеми иностранными гражданами, находящимися в Киеве под видом туристов, дипломатов, корреспондентов. Координируйтесь с республиканским НКВД, но работу ведите самостоятельно. Я не хочу, чтобы кто-то предупредил тех, кого мы ищем.

— Слушаюсь. План будет готов к вечеру завтрашнего дня. Правда, товарищ командующий, для такой масштабной операции потребуется санкция…

— Санкцию вы получите. Я беру ответственность на себя. Начинайте работу немедленно. Докладывать лично мне каждый вечер.

— Есть.

Когда начальник ОО округа вышел, я вызвал Ватутина.

— Николай Федорович, внесите изменения в график моих поездок по округу. Отныне все перемещения планируются вами лично, за сутки до выезда. Маршруты меняются в последний момент. Никакой информации в части — до момента моего там появления.

— Есть, товарищ командующий, — ответил Ватутин, не задавая лишних вопросов. Он был умным человеком и понимал, что причины такого решения серьезны. — А как быть с плановыми совещаниями в частях?

— Совещания — проводить, но мое участие в них будет оглашаться только в день проведения. И охрану маршрутов усилить. Без лишнего шума.

— Будет исполнено.

Потом раздался звонок из Москвы. От наркомвнудела. Я доложил ему ситуацию.

— Значит, прощупывают, — произнес он на другом конце провода. — И не только тебя. Это системная работа. У нас есть данные об активизации немецкой агентурной сети на всей западной границе. Твой случай — частный, но показательный. Действуй жестко. Очищай тыл. По Шторм — допроси ее еще раз, детально. Она может знать больше, чем сказала. А по поводу проверки штаба — поддерживаю. Если нужны дополнительные ресурсы, скажи.

— Пока справляемся, но если предполагаемый резидент улетел в Бухарест, не исключено, что у местной сети есть действующий канал связи с Румынией. Нужно перекрыть.

— Этим займемся мы. Ты занимайся войсками. И, Георгий Константинович… — пауза. — Семью свою побереги. Такие методы им применять не впервой. Могут повторить.

— Принял к сведению.

К полудню в кабинете появился Грибник, доложил:

— Левченко жив. Пуля прошла навылет, не задев жизненно важных органов. Сейчас он в госпитале НКВД под охраной. Говорит, что готов сотрудничать. Дал более детальное описание человека, который его нанял. Совпадает с описанием Шторм. Добавил одну деталь — у того на мизинце левой руки был перстень с темным камнем, возможно, ониксом.

— Хорошо. А что насчет наблюдавшего за моим домом?

— Задержали на квартире в Печерске. Гражданин Польский, Иван Сидорович. Беспартийный, работает фотографом в ателье. При обыске найдены фотографии вашего дома, штаба, нескольких других объектов. А также пленка, уже проявленная. Связей пока не признает, говорит, что снимал для себя, из интереса, но в его комнате нашли коротковолновый радиоприемник «Телефункен» и шифроблокнот. Сейчас Польского обрабатывают.

— Значит, фотограф был на подхвате. Фиксировал режим, лица, машины. Классическая разведка. Кто его вербовал?

— Пока молчит. Но мы найдем.

Я взглянул на часы. Меня ждали в Инженерном управлении округа. Пора было отправляться на совещание по оборонительному строительству. Инженерное управление округа ждало. События личного характера не должны были срывать рабочий график.

* * *

Совещание проходило в большом зале, заставленными стендами с чертежами. Присутствовали начальник инженерных войск округа, его заместители, представители от УРов и, конечно, архитектор Галина Ермолаевна Семенова.

Она сидела чуть в стороне, ее блокнот лежал раскрытым, на столе — стопка свежих чертежей. Мне она сдержанно кивнула, как старому знакомому. Я ответил тем же, уловив в ее взгляде легкое разочарование.

Докладывали о темпах строительства. Цифры были неутешительными. Нехватка цемента, дефицит арматурной стали, низкая производительность труда на объектах, замерзание бетона в зимних условиях. Начальник инженерных войск Киевского УР, Прусс, оправдывался:

— Ресурсы выделяют по остаточному принципу. Все лучшее — на новые объекты в Западной Украине, а на старые УРы идет что попало. Да и рабочие руки — в основном местные колхозники, без навыков.

— Значит, нужно менять принцип, — сказал я, прерывая его. — Укрепрайоны — это не второстепенные объекты. Это основа обороны. С сегодняшнего дня приоритет в снабжении — УРам. Составьте детальную заявку на все необходимое, я ее лично протолкну. Что касается рабочих — организуйте на местах обучение простейшим операциям. И привлекайте военных строителей из саперных батальонов. Они должны не только сами строить, но и обучать гражданских.

Прусс закивал, но обрадованным не выглядел.

— А как быть с проектами товарища Семеновой? Они требуют дополнительных материалов, более сложных работ…

Галина Ермолаевна подняла голову.

— Требования не являются избыточными, — сказала она. — Они являются необходимыми для повышения живучести объектов на триста процентов. Экономия на арматуре или качестве бетона приведет к тому, что при первом же прямом попадании снаряда каземат сложится как карточный домик. Я могу предоставить расчеты.

— Предоставьте, — кивнул я. — И включите их в общую заявку. Товарищ Прусс, ваша задача — обеспечить выполнение этих проектов. Не нравится сложность — учитесь. Война не спросит, нравится вам или нет.

После совещания я задержал Семенову. Спросил:

— Как продвигается работа по новым чертежам для всего «Коростеньского УРа», товарищ Семенова?

— Готовы на сорок процентов. Упираемся в недостаток картографического материала по новым участкам границы. Нужны свежие аэрофотоснимки.

— Я затребую их в разведотделе округа. Сколько вам понадобится времени?

— Еще две недели на завершение чертежей. При условии, что будут снимки.

— Хорошо. И еще, Галина Ермолаевна… — я понизил голос. — Помните, что безопасность имеет первостепенное значение. Не обсуждайте детали своей работы ни с кем, кто не принимает в ней непосредственное участие. И будьте внимательны к своему окружению.

Она внимательно посмотрела на меня, в ее глазах мелькнуло понимание.

— Понимаю вас, товарищ командующий.

— Спасибо, а то меня редко сейчас понимают…

Она вдруг облизнула губы и затеребила пальчиками пуговички на блузке.

— А можно задать вам… личный вопрос?

Глава 8

— Если вы по поводу того, свободен ли я, Галина Ермолаевна, то вынужден вас разочаровать. Я женат. У меня две дочки.

Он покраснела и тут же застегнула верхние пуговички на блузке. Вскочила.

— И