Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

И меня немного отлегло от сердца. Гномья армия не будет рубать плазмой. По крайней мере, в ближайшем будущем. Фу-у-у…

Теперь я уже точно не мог отказаться от подарка. Не мог. Я поднялся на ноги и торжественно произнёс:

- Благородный и доблестный Эрих из рода Рамина Буйного, внук Патрика дикс Ливая! С благодарностью принимаю твой подарок и обещаю, что применять его буду для достойных дел. Ну, и для защиты своей жизни, тоже… Этот меч, достоин собственного имени! Скажи мне, как ты его назвал?

- Да, ты садись, Кляк, – засмеялся гном, – в то, что ты меча не посрамишь, я и так верю. В плохие руки я бы такой меч не отдал! А имя… меч хорош, и действительно достоин имени…, но я его никак не назвал. Я вручаю его тебе безымянным, а ты уже, надеюсь, назовёшь его достойно. И учти, Кляк, у этого меча есть душа! Не знаю, как это произошло, не спрашивай, но уже, когда я его полировал, я знал – душа в нём есть. И в нём есть перо феникса, усиливающая всё, вложенное в него. Назови свой меч по имени и возьми его в руки. Если он у тебя не вывернется из рук, значит, меч тебя признал. Как владельца и хозяина.

Я задумался. В голове метались имена «Благородный», «Верный», «Доблестный» и многие другие, но ничего из этого к мечу не подходило. В смысле, подходило всё, но не передавало сути меча.

- Ты, знаешь, Эрих, – сказал я медленно, – я бы назвал этот меч «Светозарный». В этом имени и история, связанная с твоим озарением, и то, что ты вложил туда перо феникса, и душа меча… Как тебе это имя?

- Хорошее имя, – кивнул головой Эрих, – на старогномьем языке это будет звучать как «Эйфинзер». Хорошее имя.

А теперь я прошу тебя, Кляк, возьми этот меч и рубани вон по той берёзе. Не смотри, что она такая толстая, просто рубани изо всех сил!

Я осторожно взялся за рукоять и поднял меч. Действительно, лёгкий. Им хотелось крутить, выписывать пируэты и вообще пускать солнечных зайчиков. И, одновременно чувствовалось, что это грозное оружие. Меч лёг в руку, как влитой, как продолжение руки. Я подошёл к берёзе, не меньше, чем в полный размах рук толщиной и подумал, что я сейчас так рубану, что и гному достать будет не просто! Если бы знать, как пробудить плазму – вообще перерубил бы! А так – на ладонь врублюсь! На полторы!

Я размахнулся и рубанул. Сверху вниз, слегка наискосок. Хорошо, что меч был, действительно, лёгким, я успел остановить его движение. Иначе, мог остаться и без ноги. Дивный меч перерубил берёзу, как тоненький прутик, я даже сопротивления лезвию почти не заметил. Громадный ствол берёзы затрясся, и исполинское дерево рухнуло на своих соседок.

У меня опять отвалилась челюсть. В который раз.

- Хорошо, Кляк. Действительно хорошо. Теперь меч действительно твой. Он тебя признал. Владей.

Эпизод четвёртый-6

Эрих взглянул на меня и усмехнулся:

- Если ты ещё не понял, я превзошёл все три великих меча, выкованных моими предками. Мой меч может держаться только в твоей руке. Кроме моей, разумеется. Этот меч может перерубить наковальню. Я не стал проверять и портить свою наковальню, но гарантирую – может.

Гном хитро прищурился:

- Вот это ты, Кляк, и подтвердишь. Я же знаю, в ближайшем селе непременно поспоришь и разрубишь на спор! Тебе же самому интересно!

Эрих посерьёзнел и добавил:

- Самое главное, Кляк. Если ты достанешь этот меч из ножен, ты не сможешь сдаться. Физически не сможешь. И бросить меч, чтобы сдаться, ты не сможешь. Ты сможешь отступить, даже убежать, но с мечом в руке. А сдаться – не сможешь. Помни об этом, когда будешь его доставать.

Гном потянулся к столу и принялся развёртывать третий свёрток.

- Эй, Кляк, а у тебя деньги есть? – спросил он через спину.

- Есть, – ответил я, – а что случилось?

- Ничего не случилось, – безмятежно ответил гном, поворачиваясь ко мне, – просто есть примета, что за подаренный меч, нож или любое другое холодное оружие, надо хоть грошик дарителю вернуть. Может, глупая примета, но есть.

Я, молча, высыпал на стол весь кошель. Покатились золотые монеты и немного мелочи. Гном наклонился и дотошно отобрал две монетки самого мелкого достоинства.

- Сойдёт, – улыбнулся он мне, – эта пойдёт за меч, а эта – за его младшего брата.

И гном протянул мне кинжал. Абсолютную копию меча, только раза в четыре меньше. Я снова обомлел.

- Ну, не мог же я тебя с твоей железячкой оставить, – радостно пояснил гном, – Несолидно. Меч хороший, а вместо ножа – какой-то гвоздь расплющенный!

Я только руками развёл. И только тогда заметил, что меч всё ещё зажат у меня в руке. Нехотя я взял ножны и аккуратно убрал меч. Сразу потемнело. Впечатление было такое, будто наступил вечер, и солнце уже закатилось. Удивительный меч. И удивительный кинжал.

- Эрих, – спросил я, – а в кинжале тоже есть перо феникса?

- Конечно, – ответил гном, – половина пера в мече и половина в кинжале. И душа у них одна на двоих. И это… не знаю, как назвать, в общем, устройство в кинжале – как в мече. Всё то же, только размером меньше.

Я достал свои два пера феникса и протянул гному. Гном подумал и взял только одно перо. Я не убрал руку, но Эрих отвёл её в сторону:

- Нет, Кляк, мне лишнего не надо. Может, и это перо не стоило брать, но ты знаешь, какие мы, гномы, жадные?

И мы вместе засмеялись.

Эрих покосился на мою физиономию и солидно заметил:

- Теперь тебе и бриться можно. Кинжалом. Острый, как бритва!

- Да, ты, что?! – ужаснулся я, – чуть рука дрогнет, и полщеки на полу!

- С ума сошёл? – поразился гном, – если тебя меч с кинжалом хозяином признали, никакого вреда они тебе не причинят! Даже, если тебе самому, скажем, капелька крови понадобится, тебе придётся мысленно попросить, чтобы оружие тебе кожу продырявило. А без этого – никак!

Ужинали там же, наверху, на природе. Любовались заходом солнца. Болтали.

- Ты знаешь, Кляк, – сказал Эрих, – а, ведь