Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

холодный, словно это был отшельник из другого мира. Этот силуэт наложился в его памяти на тень, стоявшую у двери тайной комнаты в мастерской Чжоцяо, и на фигуру на корабле вана Ханя. Чжу Юйхэн мгновенно понял, кто это.

Фу Чжунь.

Почему он здесь? И зачем он дал ему, умиравшему под водой, воздушный мешок?

Но раз А-Нань пошла за ним, значит, так нужно. Поколебавшись лишь мгновение, Чжу Юйхэн тоже нырнул внутрь статуи. А-Нань крепко прижимала к себе Ци Ся, не давая ей вырваться. Внутри статуи, хотя она и была три чи в диаметре, стояли механизмы, к тому же девушки двигались вдвоем, так что приходилось жаться вплотную.

Башня опускалась, сильно сотрясаясь. Только Чжу Юйхэн успел заплыть внутрь статуи, как четыре головы наверху уже оторвались в бешеном водовороте. Одни унесло потоком, другие с оглушительным грохотом врезались в тело статуи. Полое бронзовое туловище постепенно накренялось, тех, кто остался внутри, вот-вот должно было раздавить.

Чжу Юйхэн сжал руку А-Нань, указывая ей на выбор – вверх или вниз. Не успела она ответить, как перед глазами резко потемнело, статую сильно тряхнуло, и одну из голов водоворотом прибило прямо к входу, намертво запечатав его. Чжу Юйхэн мгновенно перевернулся в воде, попытался ногой вытолкнуть ее, но голова сама по себе была тяжелой, а сейчас ее вжимал в статую бешеный поток, и она намертво застряла в проходе, не оставляли им шансов. Они оказались в западне, словно запертые в медном котле. Статуя ходила ходуном, вокруг все трещало, казалось, еще мгновение – и их раздавит.

Снизу донесся звонкий звук, похожий на удар двух нефритов, – это Фу Чжунь, пройдя сквозь механизм, устремился вниз. А-Нань с Ци Ся на руках не могла двигаться так же легко и проворно, как он, пришлось с силой бить ногами по устройству под собой. Рычаги и храповики внутри статуи были из хрусталя, так что, несмотря на твердость, они оказались довольно хрупкими. Под ее яростными ударами хрусталь треснул, и они рухнули в черную бездну. В сильной тряске, царапая тела об острые осколки хрусталя, они все глубже погружались вместе с обломками механизма. Когда грудь уже начала разрываться от боли, ноги А-Нань наконец коснулись дна.

Девушка перевела дух и, одной рукой придерживая наполовину потерявшую сознание Ци Ся, изо всех сил поплыла вперед. Вскоре они уперлись в каменную стену. Однако это только обрадовало А-Нань – ведь чтобы удержать морскую воду и не выпустить наружу воздух из-под земли, в этом механизме обязательно должен быть изгиб на пути вниз.

Прижимая к себе Ци Ся и ведя за собой Чжу Юйхэна, она последовала за Фу Чжунем дальше. На ощупь нашла под стеной пустоту, обогнула ее и рванула вверх.

А-Нань изо всех сил работала ногами в воде. Усталость налила конечности свинцом, Ци Ся на руках только добавляла тяжести. Но она должна была выбраться, она не могла бросить Ци Ся, не могла бросить А-Яня. Даже если бы пришлось отдать последнее дыхание, она должна была вытащить их из этой кромешной тьмы, из этого тупика.

Задыхаясь, в полном отчаянии, девушка, не щадя себя, упрямо тащила Ци Ся вверх, расходуя последние силы, но даже не думая об этом.

Чем выше они поднимались, тем сильнее бурлила вода – наверху, должно быть, бушевал бешеный поток. Но это же означало, что сверху есть свободное пространство. Для них это был настоящий подарок Небес, и оба, собрав последние силы, ускорили движение, отчаянно гребя вперед, пока наконец не вынырнули из-под воды и не вдохнули первый глоток влажного, соленого, бьющего в лицо воздуха.

У А-Нань от давления воды разболелись глаза, и сейчас на них невольно навернулись слезы. Вместе с Чжу Юйхэном они вытянули Ци Ся вверх, выталкивая ее лицо из бурлящей воды, чтобы она тоже могла сделать первый вдох.

Это спасение из безвыходной ситуации заставило их забыть обо всем. Они крепко обнялись, позволяя воде качать их тела, и долго не отпускали друг друга.

Наконец, придя в себя, Чжу Юйхэн нащупал на поясе оружие «Солнце и Луна», поднял над водой и осветил все вокруг. Перед ними была длинная каменная лестница, уходящая из воды вверх, к высокому своду пещеры. Фу Чжунь уже выбрался на берег, стоял на ступенях и глядел сверху вниз на барахтающуюся в воде А-Нань:

– Жалкое зрелище. Сдаешь.

– Твоими молитвами, – процедила А-Нань сквозь зубы, от долгого пребывания под водой голос ее охрип.

Фу Чжунь усмехнулся, поднялся по лестнице и коснулся стены. В углублении сверкнула искра, поджигая тонкий шнур, по нему стремительно побежал вверх огонек.

В пещере вдруг стало светло. Тридцать шесть подсвечников стеклянного светильника под потолком зажглись один за другим, от внешнего круга к внутреннему. Яркое пламя, многократно отражаясь в стекле и воде, создавало мерцающее, ослепительное сияние, озарявшее всю пещеру, словно туманный и зыбкий, но сказочный сон. Оказывается, стеклянный светильник, вывезенный из загородного дворца и способный указать место следующего разрыва «Шаньхэ Шэцзи», находился здесь.

А-Нань невольно взглянула на Чжу Юйхэна, тот кивнул ей в ответ. Наконец-то они нашли его! Сейчас юноше нужно было запомнить форму светильника и отблесков пламени, чтобы потом восстановить его изначальный облик из семидесяти двух подсвечников.

Вдвоем они вытащили Ци Ся на ступени. Продолжительное пребывание в воде давало о себе знать – тела отяжелели, а у Ци Ся и вовсе потемнело в глазах, она рухнула на ступени, тяжело дыша. Внезапно оказавшись на свету после всех этих подводных мытарств, они почувствовали еще большую усталость и голод. Сидя на ступенях, все трое с трудом дышали и не двигались.

Взгляд Ци Ся был пуст, лицо безучастно. Казалось, она все еще не очнулась от того кошмара. А-Нань, боясь, что та опять наделает глупостей, помогла ей выжать волосы и одежду. Хотя и сама выбилась из сил, девушка крепко обняла подругу за плечи и сказала:

– Не бойся, братец Цзян плавает как никто в мире. Думаю… может, он, как и мы, найдет путь и спасется?

Но обе они понимали, что в таком бешеном потоке, в окружении обваливающихся зданий подводного города шансов выжить не было. Ци Ся молча уткнулась лицом в плечо А-Нань и замерла на мгновение.

Побывав на волоске от смерти и будучи неоднократно спасенной, Ци Ся чувствовала, как та отчаянная, безумная решимость, что была у нее в груди, постепенно рассеялась. Казалось, она начала приходить в себя.

– Вытащи меня отсюда… Я хочу жить, А-Нань… Я не хочу здесь умирать, – она прижала руку