Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Если на подготовку лишь несколько дней, я не представляю, как мы сможем встретить их в Пределах, – сказала Зефира, по-прежнему почти невозмутимая. – Быстрее собрать воинов на границе.

– Двор Океанской Зимы согласен, – объявила Вспышка.

Все смотрели на Бурю. Та дернула шипами, но сказала:

– Присутствие сквернов на болотах убедительно говорит в пользу быстрых действий. Если другие королевы согласны, двор Изумрудных Сумерек поддержит этот план.

Малахита сжала когти, но больше никак не отреагировала.

Стужа почувствовала, как арборы затаили дыхание, но вместо того чтобы снова провоцировать Бурю, Жемчужина просто повернулась к Крестцу.

– У нас есть охотничье укрытие недалеко от границы, которое можно использовать как промежуточный пункт сбора, если подготовить достаточно быстро.

– Это возможно, – сказал Крестец. Он говорил спокойно и ровно, но Стужа видела, как быстро бьется пульс на его горле. – С тридцатью арборами мы выроем больше убежищ и подготовим их для воинов. Неподалеку есть и другие подходящие платформы.

Зефира устроилась поудобнее.

– Нам нужно несколько таких пунктов на определенном расстоянии друг от друга. У вас есть карта?

Флора кивнула Витку, и он бросился за картой. Стужа увидела, как Вьюн глубоко вздохнул и привалился к Шалфею, недоверчиво качавшему головой. Душа потерла лицо и потянулась к забытому чайнику, чтобы наполнить чашки арборов. Бубенчик одной рукой обнял Стужу, и ей пришлось побороть желание забраться к нему на колени – тогда Жемчужина никогда не будет считать ее достаточно взрослой, чтобы присутствовать на встречах, по крайней мере до тех пор, пока Стужа не станет старше Нефриты.

Селадонна осторожно наблюдала за Малахитой, и спустя мгновение та взяла чашку и отпила. Селадонна сжала запястье другой ее руки.

Стужа пыталась следить за происходящим на встрече, но ей стало скучно, все разговоры были только о том, сколько воинов куда и когда отправить и какие приготовления сделать арборам.

Наконец обсуждения закончились. Зефира, Вспышка и Буря немедленно отправились к своим дворам, передать сигнал тревоги и приготовить воинов. Как только они покинули зал королев, Малахита повернулась к Жемчужине.

– Мне нужно многое рассказать тебе и Селадонне с глазу на глаз.

Жемчужина утвердительно тряхнула шипами.

– Пойдемте в мою опочивальню. Там нас никто не подслушает.

– Возможно ли подать какую-нибудь еду… – начала Селадонна.

– Конечно.

Жемчужина жестом отдала приказ арборам и встала.

Когда Селадонна увела Малахиту, а воины Опаловой Ночи последовали за Флорой, Набат наклонился к Бубенчику и прошептал:

– Удачная мысль насчет еды. Не знаю, что все это значит, но вряд ли долгий перелет прибавил им сил.

Бубенчик мрачно кивнул, жестом подозвал Витка и попросил передать запрос в зал учителей. Когда арборы встали, Стужа подошла к Жемчужине, стоявшей у очага. Та с отсутствующим видом и подрагивающими шипами смотрела на карту. Стужа обхватила ладонью широкое запястье Жемчужины. Королева посмотрела на нее сверху вниз, вопросительно приподняв брови и шипы.

– Я думала, ты будешь драться с Малахитой, – сказала Стужа.

Жемчужина пренебрежительно дернула шипами.

– Мы не подруги, но наши родословные соединились в королевском выводке Нефриты и Луна. Мы не можем драться.

Пусть так, но по реакции остальных Стужа поняла, что могло случиться нечто ужасное.

– С Бурей ты тоже не можешь драться из-за Уголька.

– Как бы мне ни хотелось, – согласилась Жемчужина.

Душа подошла к ним, Стужа взяла за руку и ее.

– Ты должна быть внизу, руководить приготовлениями, – все еще глядя в карту, произнесла Жемчужина.

– Сейчас, – сказала Душа. – Что сделала Буря? Почему Малахита так отреагировала?

Теперь, когда Душа заговорила об этом, Стужа тоже задумалась. Буря была вне себя из-за появления Сумрака и Лозы в Тумане Индиго, хотя это ее не касается, но Малахита не присутствовала, когда Буря это сказала.

Шипы Жемчужины раздраженно приподнялись.

– Буря забрала Луна в Опаловую Ночь, когда Малахита захотела вернуть его. Перед официальным приемом произошел какой-то инцидент, и Оникса, королева-сестра Малахиты, приказала Буре покинуть двор по просьбе своего консорта. Все это было проделано в спешке, пока Малахита не узнала об этом и не усугубила ситуацию. Так что, полагаю, с тех пор она затаила обиду.

Душа шумно выдохнула.

– Очень плохо, Жемчужина.

Та наклонила голову набок.

– Забавно, но ты права, сейчас дворы не могут позволить себе ссоры.

– Когда тебя выгоняют, это плохо, – вставила Стужа.

Ее немного удивило, что взрослые королевы могут сделать что-то такое, от чего у них будут неприятности. И не в виде выговора от арборов, а серьезные неприятности вроде драки с другой королевой.

– Подозреваю, что из Опаловой Ночи вышвыривают не так уж редко. – Жемчужина легонько подтолкнула Стужу. – А теперь иди с Душой и Бубенчиком. Пора тебе возвращаться в ясли.

Возле Южного берега и Облачных стен

Теперь с Луном и Утесом летел кетель. Лун пытался не думать о том, что сказала бы Нефрита об их умении принимать решения и выживать. Хуже того, он с ней согласился бы.

Лодка хианцев была уже близко, и они летели до поздней ночи, останавливаясь лишь на короткий отдых. Кетель легко поспевал за ними, но Лун уже однажды следовал за кетелем и не удивился. Не похоже, чтобы владык или прародительниц сильно заботило благополучие кетелей. Вероятно, они убивали тех, кто отставал, и кормили ими остальную стаю. Однажды Лун видел гнездо сквернов, сооруженное из части скелета кетеля, и сейчас впервые задумался, как это могло повлиять на мыслящее существо. Он очень сомневался, что это было сделано с таким же почтением, с каким раксура укладывали своих мертвых в дупло на древе-колонии, чтобы со временем они вросли в него.

По крайней мере, он получил пищу для размышлений на время долгого пути. Местность внизу становилась более плоской, холмы превратились в длинные возвышенности и неглубокие долины с рощицами высоких деревьев и прочей зелени у извилистых ручьев. Густая листва почти скрывала блеск струящейся воды. Ветер стал едва заметно прохладнее, но уже доносил слабый отдаленный запах моря.

На следующее утро, когда небо только начало светлеть, Утес внезапно вышел из потока ветра и начал боком падать на землю. От неожиданности Лун едва не запутался в собственных крыльях, решив, что Утес потерял сознание. Но, придя в себя, он увидел, что Утес остановил падение одним коротким взмахом и аккуратно приземлился возле большой кущи деревьев.

Лун опустился рядом с ним, а Утес принял земную форму.

– Что такое? – спросил Лун. Оказавшись на земле, он осознал, что деревья с увитыми гигантскими