Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Вообще-то, он тебя слышит.

Они пролетали над замшелым лесом: вечерело, пошел снег. Чудесными жемчужными сетями покрывал он пожелтевшие деревья, волшебными гирляндами завешивал кустарники. Луна освещала путь двоим отважным всадникам: оба были бесконечно счастливы.

Глава 40 Торжествует отец праведника, и родивший мудрого радуется о нем

Сегодня был весьма необычный день. Наверное, смешно так о нем думать, когда до него прошло уже столько поистине невероятных дней в самых неожиданных местах. Но все же он заслуженно отличался от других.

С утра состоялся памятный разговор с Тодом. Кстати, беруанец раньше других прилетел в Троссард-Холл, Одди и Эвридика вместе с ним. Сперва он дичился остальных, не здоровался со старыми друзьями, предпочитал в одиночестве слоняться по спальному городу, подкармливая местных лис и хорьков. Тод словно искал кого-то или что-то, подолгу сидел в библиотеке. Но сегодня вдруг сам подошел к Артуру, когда тот, вооружившись морковками, навещал Баклажанчика.

– Гм… Третье число, – немного сконфуженно пробормотал он. – Видишь, я даже помню, когда день твоего рождения.

– Спасибо, Тод, – ответил Артур, изучающе глядя на приятеля. Беруанец как будто бы слегка дрожал, но не от холода же?

– Я кое-что решил… Не хочу доучиваться в Троссард-Холле, – неожиданно выдал он.

– Почему?

– Да не чувствую я себя тут как-то… В своей тарелке. Сестры, конечно, останутся здесь, но я… Хочу поступить в Беруанское географическое общество, открывать новые земли…

– Как Корнелий Саннерс?

– Да, пожалуй, как он. Как оказалось, я очень люблю путешествия. И мне понравилось… путешествовать с тобой.

– Тод, нам будет тебя не хватать.

Беруанец неожиданно разозлился.

– Вечно ты такой… Послал бы уж меня на все четыре ветки, и то мне бы полегчало.

Артур весело ухмыльнулся.

– Ну уж нет, привыкай к ласковому обращению.

– Вообще-то, я поздравить тебя хотел и… попрощаться. Решил улететь сегодня, чтобы не видеть… Ну ты понимаешь, о чем я.

– Понимаю. Жаль, что не хочешь остаться, – с неподдельной грустью сказал Артур.

– Я кое-что узнал от нашего библиотекаря. Не знаю, насколько это важно для тебя, но… Для меня это очень важно. Помнишь, когда мы пришли в Гвибеллград, чувство дома покинуло меня? Оказывается и чувство дружбы тоже! Город карликов забрал у меня эти две способности. Так что в момент, когда Киль… Киль…– Тод мучительно дернулся и с ожесточением выругался на свою косноязычность. Но Артур ласково тронул его за плечо.

– Ты загородил меня собой, Тод. И сделал это по своему желанию, а не по навязанному чувству дружбы, – за него закончил он и с воодушевлением добавил:

– Я никогда не сомневался в том, что ты мой друг.

Тод поднял голову, и стало видно, что голубые глаза его полны слез.

– А я сомневался. Все время во всем сомневался, – едва слышно прошептал он. – И только недавно понял, что есть вещи, в которых сомневаться нельзя.

– Ты точно улетаешь сегодня?

– Да, прости. Я… Ощущаю себя неловко в Троссард-Холле. Может, после того, как попутешествую, стану другим человеком. С сестрами я уже попрощался, с Даном тоже. Диана… Думаю, ты сам ей все расскажешь. Пожалуй, только не надо про то, что я геройствовал по своей воле. Пусть лучше думает, что я ничтожество.

– Да брось. Ты вовсе не ничтожество. Я расскажу правду.

– Что ж… Тогда пока?

Неуверенно пробормотав слова прощания, Тод направился в сторону леса, где его ждал белый единорог. На ботинках беруанца скрипел свежевыпавший снег. Артур с грустью проводил его взглядом. Он и правда будет по нему скучать.

Этот печальный эпизод померк из-за череды весьма приятных встреч. Сегодня в Троссард-Холле было не в пример много гостей из совершенно разных уголков Беруанского королевства. Из кочевого Мира чудес к ним пожаловали Айрис и Кирим в обнимку с Тиллитой, а также Алан, дурашливо неся на руках Амбер. Кажется, по дороге они люто поспорили о том, на чем лучше добираться в Троссард-Холл, и находчивый Алан, чтобы загладить вину, решил на руках внести свою избранницу в замок. Из Беру прилетели мама Тина с тетушкой, а также семья славных академиков. Чета Фуков чинно заявилась в школу: их безупречные костюмы даже не запорошились снегом во время полета на единороге. Они подарили Артуру столько толстенных энциклопедий, что ему пришлось применять естествознательские способности, дабы дотащить их до своего спального домика. Мама Инка тоже прилетела на единороге. Артур впервые с ней познакомился. Так вот она какая – жена Доланда! Беловолосая горделивая красавица с заснеженным грустью лицом. Инк, кажется, все рассказал ей про Норогана: верно, истина о вероломном естествознателе неприятно поразила ее. Из Таровилля пожаловали Ранди со своей жестокой тетушкой, а из Гераклиона прибыли дружные раторбержцы, привезя с собой целые сумы устриц, мидий, ракушек и водорослей. Лапка с Ранди в первые же минуты умудрились поцапаться, Инку ужасно не повезло влюбить в себя двух таких разных девушек. И столько сегодня было народу: причем, самое удивительное, что все они пожаловали сюда из-за одного человека! Артур все никак не мог осознать, что этим человеком являлся он сам.

С минуты на минуту ожидали начало торжества. Страшное волнение охватило Артура, когда он стоял на берегу озера Труль и теребил на своем непривычно праздничном костюме пуговицу. Рубашка, казалось, была ему мала, а галстук душил. Все-таки походная одежда куда привычнее. Однако Диана его не простит, если он будет выглядеть как бродяга с Большого конного тракта.

Вокруг собирались люди, торжественно неся перед собой рисовые фонари, однако Артур не смотрел на прибывающих гостей. В глазах стояла мутная пелена, а сердце тоскливо сжималось. В столь важный день ему бы так хотелось, чтобы рядом находился самый близкий человек. Его отец. По беруанской традиции именно он должен был подвести невесту к жениху. Но вместо Ирионуса эту роль выполнит баклажановый единорог. Тоже неплохо, но все же.

«Где же ты…» – мысленно прошептал Артур, до рези в глазах всматриваясь в доброжелательные лица гостей. Когда они замечали его отчаянный, мечущийся взгляд, то с пониманием улыбались. Конечно, нешуточное это дело, свадьба. Тем более в столь юном возрасте. Так, вероятно, они размышляли и одаривали Артура успокаивающими улыбками, будто стараясь подбодрить. Они все понимали, но при этом не понимали ничего. На смраденьской стороне спального городка слышался шум вихря, но здесь, возле озера было тепло и умиротворенно. Даже душно. Артур почувствовал, как виски его покрылись потом, воздуха отчаянно не хватало.

«Все будет хорошо» – прилетело ему в мыслях от Баклажанчика. Да, да, отличная формула. Только ему