Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

и Эрика тут же последовали за ними. Звон тоже, хотя Лун прямо чувствовал исходящие от него волны нервного напряжения, явно из-за кетеля, но Лун не стал говорить Звону, что того можно не опасаться.

Нефрите он рассказал про кетеля сразу же, прямо в дверях. Она схватила его за плечи, едва сдерживая желание встряхнуть, и прорычала:

– Опять вы вдвоем с Утесом. Вы же знали, что скверны идут за вами.

Лун решил не рассказывать ей о нападении сквернов в облачном лесу.

– Малахита здесь?

Он не чувствовал ее присутствия, но это ничего не значило. Она могла быть совсем рядом.

Нефрита на мгновение замолчала.

– Малахита должна была передать в Пределы сообщение. Она взяла с собой несколько воинов, но Лоза, Сумрак и другие остались с нами. – Она потянула его обратно на палубу. – Я потом объясню.

У Луна появилось отчетливое ощущение, что ей нужно ему что-то сказать, и он будет не рад это слышать.

Они приземлились, и кетель настороженно отступил на несколько шагов.

– Сейчас полетим обратно, – сказал ему Лун.

Тот согласно хмыкнул и развернулся, собираясь двинуться по уступу.

– Погоди, – сказала Нефрита. – Поблизости нет владык, которые указывают тебе, что делать?

– Нет. – Кетель повернулся и посмотрел на нее, звездный свет отразился в его глазах. – Только я. Она послала меня помогать консортам.

– Это странно… с ее стороны, – резко отозвалась Нефрита.

Кетель чуть заметно пожал плечами, отвернулся и пошел по уступу. Шипы Звона, идущего рядом с Луном, дрогнули от растерянности и испуга.

Когда они приближались к основанию следующего цветка, кетель вдруг спросил:

– Королевы говорят вам, что делать?

– Да, – ответил Лун.

Кетель уже это знал, так что непонятно было, к чему он клонит.

– Просто говорят, и ничего больше? – продолжил кетель.

Теперь Лун понял. Кетель спрашивал, управляют ли королевы своими раксура так же, как прародительницы управляют кетелями и дакти. Как странно, что скверны, по крайней мере кетели и дакти, так мало знают о раксура.

Вопрос сложный, и ответ на него Лун и сам не понял бы пару циклов назад. Королевы способны удерживать раксура от смены облика, но было и нечто большее. Существует особая связь внутри каждого рода, неуловимое притяжение сердец, которое удерживает двор вместе или может заставить его рассыпаться. Боль Жемчужины от потери первого консорта отражалась на всем дворе Тумана Индиго несколько циклов, прежде чем туда попал Лун. Это ослабляло связи внутри двора, когда он и так был уязвим. А решительность Малахиты удержала вместе остатки восточной колонии Опаловой Ночи в трудные времена, когда двор, казалось, не выживет. Но такая связь – не принуждение к послушанию.

Нефрита не отвечала, а Лун понятия не имел, как это объяснить.

– Просто говорят, – сказал он. – Есть еще кое-что, но не так, как у сквернов.

Звон сжал руку Луна.

Кетель больше не задавал вопросов, и скоро они подошли туда, где дорожки, изгибаясь, вели в центральный колодец.

– Осторожнее здесь, – понизил голос Лун. – Скорее всего, хианская лодка где-то поблизости.

За короткое время, пока Лун отсутствовал, вряд ли могло произойти что-то ужасное, но он все же вздохнул с облегчением, когда у дверного проема их встретил с нетерпением поджидавший Утес.

– Мы вернулись, – произнес кетель, как показалось Луну, подчеркнуто многозначительно.

– Я заметил, – сказал Утес и обратился к Нефрите: – Рад, что вы нас нашли.

– Как и я, – сказала она. – Нам нужно многое обсудить.

Она добавила бы и больше, но на нее набросились Ежевика и Толк.

Елея несла Каллумкала, а Лун взял на руки Делина, несмотря на его заверения, что он здоров и может идти. Не обращая на это внимания, Лун сказал:

– Тебя ждут Диара и Ниран.

Сдавшись, Делин ухватился за воротниковые гребни Луна.

– Они сильно волновались?

– Сильно, – подтвердил Звон. – Все мы очень тревожились.

Они без проблем добрались до ветряного корабля и запрыгнули на палубу. Лун поставил Делина, чтобы Ниран и Диара могли его поприветствовать.

– Я не собирался создавать столько… – начал Делин, но Ниран чуть не раздавил его в объятиях.

– Мы тебя прощаем, дедушка, – ласково произнесла Диара. – Рады, что ты вернулся живой.

Ориентируясь во тьме по звукам, Лун пошел вслед за остальными вниз по лестнице к центральному коридору. Так приятно было войти в теплый свет заговоренных наставниками фонарей, к знакомым запахам раксура и обитателей Золотых островов.

– Неси его сюда, – сказала Елее Ивар-эдель, целительница с Золотых островов. – Мы приготовили для него постель.

Елея понесла Каллумкала по коридору, за ней следовал расстроенный Калам.

– Идите с Эрикой, – сказала Нефрита Ежевике и Толку. – Для вас есть каюта в конце коридора, с водой и постелями.

Оба арбора заковыляли за Эрикой, а Лун вместе с Нефритой, Звоном и остальными пошел в большую общую каюту, надеясь, что кто-нибудь приготовил чай. Там уже ждали Сумрак, Лоза и Рорра, несколько обитателей Золотых островов из корабельной команды и еще одна жандерка, должно быть растениевод, которого собирались взять в кишском порту. Большинство воинов до сих пор сторожили на палубе. Зазвучали приветствия и вопросы. А на маленьком очаге стоял горшок с чем-то теплым и пахнущим рыбой.

Неожиданно все затихли, и Лун обернулся. В комнату вслед за Утесом вошел кетель. Лун уже так привык к его запаху, что и не заметил, как он шел вслед за ними.

Нефрита обернулась и гневно взглянула на Утеса.

– Я не виноват, – сказал он.

Земные обитатели выглядели просто смущенными. Они никогда не видели кетеля в земном облике, и даже если слышали, что один такой был здесь и повел Нефриту и остальных к Утесу и спасенным пленникам, не догадывались, что это он. Потом Сумрак обошел Нефриту и Луна и встал перед кетелем, его тело перетекло в темноту, а потом в огромную чешуйчатую фигуру.

Лун мысленно ойкнул.

Кетель уставился на Сумрака.

– Ты…

Шипы Сумрака вздыбились над гребнем, крылья изогнулись и начали раскрываться.

– Я раксура, – зарычал он. – А ты – мертвый кетель.

Лун колебался. Трудно было вообразить, что ему придется закрывать собой кетеля от Сумрака, но ведь кто-то должен был это сделать. Если только кетель сам не атакует Сумрака – тогда начнется кровавая бойня, потому что все раксура и, возможно, некоторые земные сразу придут на помощь. Кто-то задел его руку. Это был Огонек, воин Сумрака, в ужасе наблюдавший за происходящим.

Но прежде чем Лун успел что-нибудь сделать, кетель отступил, отвернулся и, защищаясь, поднял плечи.

– Я тебе не враг, – сказал он. – Но она как ты. Она наша королева. Я убил владык, которые были против нее.

Сумрак так и