Ради жизни на Земле - Сергей Александрович Плотников

водой достаточно высоко, и на них наросли маленькие шапочки снега. Впрочем, на одной верхушке снега не было. Наоборот, там красовалось голубое блестящее пятно, которое, когда мы сделали и рассмотрели фотки с приближением, оказалось люком. Во всяком случае, у него имелась выемка вроде дверной ручки и небольшая коробочка сбоку, подозрительно напоминающая дверной замок.

— Обращаем внимание, что океан вокруг этой башни на несколько градусов теплее, — сказал я, — на дне еще множество строений, общей площадью почти километр, а сама башня почти непрерывно излучает. Вполне возможно, там у них не только автоматика. Пусть даже они до сих пор никак себя не проявили.

— Помню, помню, — пробормотала Дарья. — Держу на прицеле. Точнее, Роланд держит. Держишь?

— Держу, — спокойно сказал Роланд, который сидел с очками ВР на лице: контролировал бортовые пушки.

Очень флегматичный товарищ, лишнего слова не добиться.

Всех скопом наш «спецназ местного назначения», в смысле, отдел безопасности, называли рыцарями. Роланд и Артур — это понятно. А руководителя этой секции, Алексея Благочинного, даже не надо было «переделывать» в Алешу Поповича: его все так называли с самого начала. И отца его так называли. У них династия силовиков. Ну, куда еще с такой фамилией и внешностью русских богатырей, правда! Мощный, светловолосый, голубоглазый и даже слегка бородатый, Алеша Попович производил неизгладимое впечатление. Роланд ему не уступал, а Артур, наоборот, был помельче и более жилистым, хотя и не маленьким — примерно одной со мной комплекции. Еще Роланд выглядел латиносом: с пухлыми губами, с очень загорелой кожей, с темно-каштановыми кудрями. Только глаза раскосые. Как выяснилось, правда, в данном случае интернационал не при чем (наверное): с одной стороны у него в роду были буряты, с другой — донские казаки. Латиносов, вроде бы, не просматривалось, разве кто-то несколько поколений назад креативно подошел к брачным обетам…

У Артура внешность была усредненно малопримечательной, только фактурный орлиный нос привлекал внимание на скуластом лице. В этом третий «рыцарь» мог бы потягаться с Энакином, чьи особые приметы вполне соответствовали его фамилии — Шойхет! (Правда, при этом наш планетолог был светловолосым и голубоглазым, вроде Алеши Поповича).

Что касается Дарьи, то совсем уж некрасивых женщин по моему глубокому убеждению не бывает, за исключением околоинвалидных случаев, но она изо всех сил старалась убить в себе даже намек на привлекательность. Сама очень худая и мускулистая, в движениях резкая и размашистая, стрижка экстремально короткая, так, что даже не очень ясно, какого цвета волосы. Спасало впечатление лицо: веселое, подвижное, усыпанное веснушками.

Дарья и Роланд сопровождали нашу научную группу в качестве охраны. Вообще же на исследование загадочного объекта в океане отправились только ваш покорный слуга и Тим. Почему только мы двое? Просто чтобы больше никем не рисковать: капитан ограничил состав нашей первой разведгруппы четырьмя людьми. Я мог бы отправить Энакина вместо себя и, возможно, стоило бы так и сделать. Да только у парня не было моей альпинистской подготовки и умения обращаться с оружием. Очки-то в тире он выбивал, как все в экипаже, а вот в реальной заварушке ни разу не участвовал. А я участвовал, еще в двадцать первом веке. Ну и Тим, с одной стороны, мне на усиление как инженер, а с другой, ему я доверял прикрыть мне спину в случае чего.

Ну и с третьей точки зрения, если мы с ним сейчас сложимся, и ребята-безопасники заодно, без нас четверых корабль запросто вернется. Ни наши основные, ни наши второстепенные специальности не так уж важны для выживания корабля. А вот Энакин по второй специальности химик и минералог, это редкая у нас в экипаже компетенция.

Пока мы с Дарьей любовались на башенку, Тим как раз занимался раскладкой и приведением в боевой… простите, в рабочий режим тяжелого универсального дрона.

— Готово, — сказал он. — Даш, откроешь для меня люк?

— Сейчас.

Мы все сидели в легких защитных комбинезонах и кислородных масках — не столько из-за чуждости атмосферы: судя по анализу, ею вполне можно было дышать. Сколько для того, чтобы ничего не принести на борт корабля в легких, и чтобы легче было дезинфицироваться по возвращению. Так что Дарья без всяких церемоний просто открыла специальный дроновый лючок в днище шаттла, и птичка Тимофея камнем выпала к серым волнам.

У самых барашков основной винт заработал, выщелкнулись крылья — и дрон тяжело полетел к куполам.

— А я думал, ты его решил сначала под воду… — сказал я.

— Нет, ты же сам сказал — визуальный осмотр сверху главнее. И проверка, не долбанет ли, если сесть. Просто заряд экономлю, — объяснил Тим. — Неизвестно, сколько ему тут потом летать.

Ну что, похвально.

Шаттл тем временем завис над водой, переориентировав сопла двигателей вниз. Довольно неуклюжий (зато способный нырять и ползать по земле!) дрон облетел все купола по очереди, транслируя на экран Дарьи картинку. Какой-то сплав, чем-то покрыт — может, главный инженер потом разберется. Затем, по моей просьбе, Тимофей подвел дрон к синей дверце и приземлил на поверхность купола. Ничего не произошло.

Робот разложил манипулятор и осторожно потрогал выемку ручки.

Дверца вспыхнула по контуру зеленым — и вдруг распахнулась внутрь. Ого!

— Н-да, — пробормотал я. — «Скажи друг — и войди»?.. Что, вообще никакого пароля?

— Там надо было хотя бы по-эльфийски читать… — сказал Тим.

— А я читаю по-эльфийски, — вдруг сказал Роланд.

Я уставился на него в остолбенении, Тим тоже. Мы ведь тренировались с этим парнем уже почти год и привыкли, что он почти никогда не говорит, если к нему не обращаются!

— Что-то я не вижу тут эльфийских надписей, — пробормотала Даша, совсем не удивленная. — Ну что, спустимся, может, на один из этих куполов? А то расход энергии слишком большой, вот так зависать.

— Спустимся, — решил я. — Не похоже, что тут стоит какая-то защита. Даже странно. Откуда такое благодушие?

Я почему-то вспомнил старую фантастику, «Понедельник начинается в субботу». Как там герой попал в описываемое будущее, и увидел стену, разделявшую западную и советскую фантастику. По одну сторону все было бодренько, выспренно, пафосно и благодатно, а по другую — кровь-кишки и это самое. Я был настроен не на кровь-кишки, конечно же, но уж никак не на то, что в работающую энергостанцию пришельцев удастся вот так на шару проникнуть, не встретив никакого сопротивления и не выключая системы безопасности!

С другой стороны, если подумать… Станция расположена на обширном шельфе в нескольких километрах от ближайшей земли, в арктической зоне, на краю вечного ледника. Добраться сюда — проблематично. Вскарабкаться по куполу — тоже проблематично, он