Королева мечей - Юлия Дмитриевна Бабчинская

восхода четвертой. Мы должны стать той силой, что спасет всю Магиваррию. Леда, ты отправишься в Храм и станешь Проблеском, который все ищут и ждут. С нашими связями и союзниками мы сможем обеспечить твою победу в турнире.

– Турнире? – выдыхаю я.

Каждое новое слово вызывает во мне все большую волну возмущения. Но я знаю, что если буду перечить отцу, то ни за что не получу желаемого. И он это знает. Знает о моем самом сокровенном желании.

– Об этом можешь даже не беспокоиться. Я все устрою.

В этом он себе не изменяет.

– А когда Арман прибудет к тебе в Храм, чтобы стать твоим Защитником в грядущих испытаниях, мы объявим о вашей помолвке. – Отец вновь обращает свое внимание на Армана. – Моя дочь ждала достаточно, принц, не так ли? Или лучше сказать – король? Будущий король Прима, вот кем ты можешь стать, Арман. Но сначала докажи свою преданность Волне и верни долг.

Отец не забыл ни сло́ва из их уговора с Арманом.

Хотя мое сердце разрывается на части, ведь совсем не так я представляла себе наше воссоединение с принцем, я изображаю улыбку. Я принцесса и не должна этого забывать. Я будущая королева и даже больше. Отец сделает из меня гораздо большее. Проблеск, надежду Магиваррии.

Глава 5

Арена

…умру и воскресну…

Ирис

Иду вперед, приспосабливаясь к новому костюму. Не останавливаюсь, хотя мне ужасно неудобно. Слишком узкие брюки, слишком тугой корсет из темно-фиолетовой замши. Разве что верх черной блузки дает мне немного вздохнуть, а рукава шелком струятся по коже. Мои волосы забраны в высокий хвост, и Аоми что-то сотворила с моим лицом – это похоже на боевую раскраску. Надеюсь, я выгляжу достаточно устрашающе, потому что чувствую я себя ужасно глупо: я отравилась на поединок с варрами в неудобном наряде, к тому же со связками цветов и трав за пазухой. Не верю, что я так беспечно отдала себя в руки этой ненормальной.

Как будто у меня был выбор.

Единственное, что хоть как-то поддерживает во мне надежду, так это меч за моей спиной. Аоми раздобыла для него идеальные ножны – эта девчонка не промах. Но есть одна загвоздка: я еще ни разу не пользовалась этим мечом. И ни разу не призывала силоцвет после того, как Призрак забрал у меня Символ Творения. Возможно, я и неспособна на это больше. Или способна на что-то страшное.

На Арене сегодня обычная тренировка – для всех, кроме меня. Все таращатся в мою сторону, стоит мне появиться на деревянном помосте, что ведет в самый центр. На трибунах, как всегда, заседает Старшая, которая старается не пропускать тренировок, но сегодня с ней рядом Шамия – сидит по правую от нее сторону и зорко следит за тем, как разминаются ученики. Но я уверена, что они ждут меня. Обещанный им Проблеск.

Слева от Старшей расположилась принцесса вместе с братом. Сегодня Витриция выглядит гораздо лучше, но даже отсюда я могу заметить, что черты ее миловидного лица искажены усталостью и даже некоторой злобой.

Я прохожу вперед, под яркое солнце, которое уже заливает Арену золотыми лучами. Несколько Милосердных в накинутых на голову красных капюшонах сидят позади Шамии – скорее всего, Аоми тоже среди них. Мне хочется встряхнуть ее как следует, но я сама виновата, что доверилась ей.

Мне хотелось довериться.

Я устала быть одна.

Песок скрипит под моими ногами – и это напоминает мне про Сферу. Какой я могла быть там. И хотя воспоминания понемногу выветриваются, мне не забыть этого чувства. Бескрайняя пустыня. Безветрие. Алчные тени, окружающие меня.

Сейчас все куда более приземленное. На Арене помимо меня еще около десяти учеников, и все при оружии. Каждый меч, кинжал, копье, секира – во всем есть силоцвет. Оружие варра оживает вместе с магией камня.

Варры обожают демонстрировать свою физическую силу, в отличие от магов, которые закрылись в своей Башне Ночи, силомантам-воинам нравится выступать на публику. Я слышала, что раньше Арена была не просто школой. Здесь бились насмерть те варры, кто хотел доказать, что они лучшие, и получить в награду сокровища или славу.

Ромул тоже сегодня здесь. Он подмигивает мне и кладет на плечо древко своего копья, в центре которого сияет бледно-зеленый силоцвет.

– Начинаем тренировку! – объявляет Старшая, поднимаясь с трибуны и окидывая меня придирчивым взглядом. – Всем построиться!

Могу себе представить, что она думает обо мне! Что, Ирис, вырядилась на свои похороны?

Я очень надеюсь, что из какого-нибудь кармана у меня не торчит букетик цветов, потому что Аоми напичкала меня ими с одержимостью моего деда Мадьеса. Они бы точно подружились.

Я втягиваю воздух через нос, наполняя легкие, и прикрываю глаза, воображая себе совершенно другую жизнь, которая могла бы быть у меня. Представляю дом бабушки, наполненный шумом и смехом. Вижу и ее, и деда, который возится в огороде, пока бабушка печет вкуснейший пирог с малиной. Слышу тяжелые шаги отца и улыбаюсь, прыгая ему в объятия. Вижу тень на пороге, окутанную фиолетовым сиянием, и вдруг смотрю в лунно-серые глаза, которые лучатся светом. Я висну на шее своего любимого, слышу детский смех и счастливые крики за моей спиной… это так тепло и приятно… и так больно прогонять мечту, оказываясь в реальности.

Но если я и не смогла построить себе такое будущее, то хотя бы должна сохранить то, что имею, и не разрушить все еще больше.

С новой решимостью я иду дальше, становясь в одну линию с выстроившимися перед Старшей учениками. Акира конечно же стоит первой в ряду, а я – последняя. Представляю язвительную улыбку на ее лице.

– Чего так вырядилась, видия? – говорит мне Нексис, варр с оранжево-карими глазами под цвет его камню в рукояти кинжала. На вид он младше меня, но смотрит с таким презрением, будто уже добился в жизни всего, о чем мечтал. Возможно, и так. Возможно, ему просто нравится прыгать по Арене под этим палящим солнцем.

Я чуть поворачиваю к нему голову.

– Не твоего ума дела, – отвечаю я.

Сегодня я либо умру, либо умру и воскресну. Так что мне терять? Я действительно слишком долгое время пробыла в унынии, сомнениях и страхе. Но пусть это другие боятся меня.

– Мой кинжал острее этого вредного языка, видия, и скоро ты в этом убедишься, – хохочет Нексис. – Знаешь, у меня целая коллекция острых языков.

О Сотмир! Да