Башня - Ник Гернар

уж мне такой трюк не казался смертельным, учитывая мутационные возможности, то этого динозавра он тем более не должен пугать. Наверняка прокачал себе такую живучесть, что хоть в космос без скафандра запускай.

— Аварийный режим, все двери заблокированы! — последовал неожиданный ответ.

Я схватился двумя руками за бронированную дверь, активировал взрывной удар и с силой налег на нее.

Металл заскрежетал, выгнулся, но не поддался.

А между тем машина еще больше ускорилась, и теперь идея выпрыгнуть из нее уже не казалась возможным вариантом.

— Блок предохранителей! — сообразил я. — Где он?

— Перед тобой, слева, под панелью! — ответил Никитин, нажимая кнопки системы управления одна за другой, но безуспешно. Тогда он вспомнил про инфономик, спрятанный за ухом. — Автоматическую систему управления взломали! Нет, полная блокировка системы и ничего не работает!.. Скорость уже превышает сто сорок километров!..

Я хлопнул ладонью по панели — в этот раз обошелся без активации взрывного удара, чтобы не сломать чего-нибудь лишнего. Но панель оказалась крепче, чем я думал. Пришлось повторить еще раз, коленом снизу. Пластик крякнул, и крышка панели отлетела вниз, мне под ноги. За крышкой открылся ряд разноцветных предохранителей и реле.

— Вот этот! — ткнул пальцем в нужный предохранитель Никитин. — Только очень осторожно!

— Сам знаю!..

— И вон тот провод надо отсоединить, тогда руль будет наш!

Мы мчались на обезумевшей машине, виляющей задом, как счастливая собачонка, а мне при этом предстояла почти ювелирная работа. Так что я активировал скорость. Когда между рывками вместо секунды оказывается пара минут, подстроиться под них значительно легче.

Предохранитель сидел плотно. Пальцы соскальзывали. Наконец, мне удалось его вытащить, после чего я выдернул нужный проводок и отпустил время.

Усилитель руля умер сразу. Он стал тугим и тяжелым. Настолько, что Никитин вцепился в него обеими руками. Чуть повернул руль вправо, и машина послушно повернула морду.

— Неплохо, — шумно перевел дух Никитин. — По крайней мере, нас больше не будет бросать под фуры.

И в этот самый момент навстречу пронесся огромный грузовик с оранжевой цистерной и надписью «огнеопасно».

Мы молча переглянулись.

— Почему эти грузовики до сих пор носятся со своими грузами, если на город идет атака? Разве не логичней их отключить? — ругнулся я. — Может, ручник?..

— Вылетим с трассы прямо на тот свет, — пробормотал Никитин, со скрипом удерживая руль.

И тут красная подсветка на панели сменилась зеленой.

Я поспешно нажал на кнопку отключения автопилота, и переключение удалось!

Никитин начал плавно сбавлять скорость, пока мы не остановились на обочине.

Когда машина, наконец, встала, мы хором вздохнули. Переглянулись.

— Что это было? — проговорил я.

Никитин откинулся на спинку кресла, на мгновение прикрывая глаза. На лбу и висках у него блестела испарина.

— Давно у меня не случалось таких адреналиновых встрясок… Как американские горки в детстве. Только… Еще ярче.

И тут меня будто что-то обожгло изнутри.

— Вторая машина, — проговорил я. — Где вторая машина? С ней все в порядке?

Никитин устало приоткрыл глаза, нехотя коснулся инфономика.

— Отследите местонахождение транспорта номер два, — расслабленным, почти сонным голосом проговорил он.

Потом нахмурился. Расслабленность испарилась с его лица.

— Искать! Отправьте полицейских!..

И я понял все без разъяснений.

Запустил интерфейс. Наскоро отправил сообщения Егору и Лексе, всего два слова: «Вы где???»

В ответ — молчание.

Хотя чего я ждал? Если вдруг они сейчас где-то так же несутся по шоссе, как мы пару минут назад, то им не до чата.

— Твою мать!.. — проговорил я, физически ощущая, как с каждой секундой нарастает недоброе предчувствие.

И в этот момент я услышал грохот. Низкий, тяжелый.

Вдалеке я увидел, как полыхнуло оранжевое пятно.

Внутри все оборвалось.

Я вылетел наружу. Скорость активировалась сама, минуя сознание, сугубо на инстинктах. Ноги понесли тело вперёд с такой силой, что подошвы стали горячими, а мышцы заныли от напряжения. Мир вокруг размазался, растекся, как акварель. Шум проезжающих мимо машин и хлопки редких отдаленных взрывов смешались в единый искаженный звук, будто кто-то невидимый мучил расстроенную виолончель.

Я бежал обратно вдоль трассы. Туда, где полыхало оранжевое пятно на съезде к большому жилому комплексу.

С каждой минутой пожарище становилось все ближе. Еще немного, еще быстрей! Мне не хватало воздуха, тело ломило.

Наконец, напрягая зрение, я уже мог рассмотреть очертания горящего предмета.

И это была та самая вторая машина. Со значком «Белой Короны» над решеткой радиатора.

Под ребрами стало больно, и я замедлился, жадно хватая ртом воздух.

Ветер принес запах горелого пластика и резины. Во рту стало горько.

Я подобрался и сделал еще один рывок.

И остановился уже неподалеку от машины.

Охваченная огнем, она перевернулась на бок прямо под бетонной стеной вещевого склада. Все вокруг было перепачкано сажей. Черный дым клубился по ветру.

Быстрым взглядом я почти сразу нашел Егора. Он лежал на животе метрах в пяти от машины.

Я подскочил к нему, перевернул. Он был весь в крови.

Егор застонал, и я шумно с облегчением выдохнул.

Живой!

В самом деле, и чего я так всполошился? Ведь если бы кто-нибудь из них погиб, пришло бы системное оповещение! Значит, все живы!

Вот только где же Лекса?

— Лекса! — крикнул я на весь двор, подрываясь на ноги. Я бросился дальше, не глядя под ноги. Споткнулся обо что-то бесформенное.

Чья-то обгоревшая рука?..

— Лекса!.. — снова крикнул я, не узнавая свой голос.

А потом я увидел ее.

Она лежала на газоне, спиной на грязно-снежной куче. Пламя пожара подсвечивало ее лицо. Странно чистое, без копоти и крови. Темные волосы, напитавшиеся алым, разметались вокруг головы, как страшный нимб.

А открытые глаза смотрели в небо.

В первое мгновение я не поверил в то, что увидел.

Не может быть.

Ведь никаких оповещений не приходило.

Нигде не сказали, что Солнце покинуло игру!!!

Я подошел к ней. Опустился на колено. Коснулся рукой восковой, безжизненной щеки. Потом зачем-то скользнул пальцами по ее шее, к сонной артерии, хотя и без проверок уже знал ответ.

Тишина.

И эта остывающая, вязкая тишина ее тела медленно передавалась мне.

Я сел рядом с Лексой.

Во мне происходило что-то странное. Ярость, горе, боль — все вместе они рождали пустоту, наполняемую мертвой тишиной.

Вот и все.

А чего ты хотел, Монгол? Ты же — Отшельник. Так что еще могло тебя ждать?

Недаром он всегда с фонарем.

В мире, где ему суждено жить, нет места солнцу.

Не надо было тебе подпускать к себе эту девочку. Может быть, тогда она была бы сейчас жива.

Я медленно закрыл Лексе глаза. Погладил по волосам. С правой стороны кто-то