Башня - Ник Гернар

вырезал ей ухо — достаточно глубоко, чтобы вытащить интерфейс. С левой стороны зияла еще одна рана — там, где она носила хранилище Штальмана-старшего.

Я услышал, как подъехала машина. Обернулся.

Никитин. Остановившись неподалеку, он вышел из салона и направился ко мне.

— Монгол… — начал он.

— Не надо, — оборвал я его. — Ничего не надо. — И, чуть помолчав, добавил: — Ты знал?..

Никитин кивнул.

— Как только ты исчез, пришло оповещение, — негромко ответил он.

— Вот как. А меня, похоже, напрочь исключили из рассылки, — проговорил я, чувствуя, как губы кривятся в нездоровой усмешке.

Плохо чувствуя ноги, я встал и вернулся к Егору. Нащупал в кармане экстренный медицинский кейс, который не забыл прихватить с собой — как знал, что пригодится. Уколол реаниматор и поддерживающую сыворотку с обезболивающим.

Никитин стоял рядом. Молча.

Вдалеке взвыли сирены — это полиция и скорая помощь торопились на место аварии.

Вот только на самом деле авария здесь была только фоном. Тут произошло целенаправленное, запланированное убийство.

Иначе не было бы этих ран на голове Лексы. И обугленной руки на земле — тоже.

Егор шевельнулся. С трудом разлепил глаза.

— Мон… гол… — прохрипел он.

— Тише, — сказал я ему, касаясь плеча. — Скорая почти на месте.

— Прости… Я… Лекса…

— Не нужно. Я знаю, ты ничего не мог сделать. Потому что если бы мог — сделал бы. Это я тоже знаю. Лежи тихо. Все будет хорошо.

Я встал. Обернулся на Лексу.

Эмоции отупели, и я смотрел на нее так, будто это была вовсе не она, а какая-то копия.

Кукольник.

Хопкинс.

Еще тот, кто пришел в этот двор в ожидании добычи. И тот, кто направил машину сюда.

Я найду всех.

Мне неважно, кто они такие, какое у них положение, насколько они могут быть полезными в перспективе или опасными при близком контакте.

Я уничтожу их. И меня никто не остановит.

И это не было криком отчаянья. Как ни странно, я был довольно спокоен. У меня нет власти изменить того, что случилось. Но я знаю, что буду делать дальше. Еще никогда я не испытывал такой абсолютной ясности.

Тень Дьявола был прав в одном.

Фонарь Отшельника погас. Он ему больше не нужен.

Теперь вместо фонаря у него в руках ядовитый клинок, которым он медленно вскроет брюхо всем своим врагам.

Глава 7

Не верь глазам своим

Когда Данилевский нашел меня в больнице, за окном уже светало.

Он прошел по пустому коридору, кивнул охране и сел рядом на диванчик, который я притащил с другого конца коридора и выставил прямо напротив широко открытой двери в палату Егора.

Это был наш компромисс с местным персоналом, поскольку они не хотели никого пускать в стерильное помещение, а я не хотел оставлять их наедине с Егором без моего контроля. И пообещал, что если они продолжат настаивать, им самим потребуется палата интенсивной терапии. В итоге они работали там, а я сидел здесь, держа на коленях крупную, явно мужскую обгорелую руку, найденную на месте убийства. Сначала меня вместе с ней не хотели даже в больницу пускать. И очень напрасно, потому что я все равно вошел. Конфликт в какой-то степени разрешил находчивый санитар, предложивший мне для вещдока хороший герметичный пакет.

— Ну и долго ты тут собираешься врачей пугать? — негромко спросил Данилевский.

Я плюхнул руку в пакете ему на колени.

— Проведи анализ ДНК в своей лаборатории. Я хочу знать об этом ублюдке все. Имя, профессия, место жительства, семейное положение. Даже штрафы на превышение скорости. Сделаешь? — взглянул я на Данилевского.

Тот кашлянул. Брезгливо взял пакет, положил на пол возле своих начищенных до блеска ботинок.

— Анализ-то я сделаю… — проговорил он. — Но ты же понимаешь, что это напрасный труд? Тебе ее бросили, как голодной собаке — кость. Если бы этот человек был кем-то значимым, через кого можно было бы выйти на заказчика, руку бы ты не нашел.

— Там видно будет, — отозвался я.

Данилевский вздохнул. Помолчал полминуты.

— Лексой в итоге занимался Никитин?.. — спросил он.

Я отрицательно покачал головой.

— Один из его помощников. Звучит скверно, да? Будто я ее бросил на чужих людей. Но я решил, что Лексе уже ничем не помочь. А вот Егора могут попытаться добить. Он ведь все видел.

— Но я же прислал охрану еще два часа назад!

Я медленно повернулся к Яну всем корпусом.

— Да. А перед этим ты прислал за нами Никитина.

Данилевский вздохнул. Отвернулся.

— И что теперь? Будешь сидеть здесь и кошмарить больницу, пока Егор на ноги не встанет?

— Достаточно подождать, чтобы он очнулся. Интенсивку Егор перенес хорошо, так что по прогнозам врачей это должно произойти в течение ближайших пяти часов. После этого убивать его уже не будет смысла.

Ян кивнул.

— В этом есть логика.

Я усмехнулся. Качнул головой в сторону окна.

— А там, насколько я могу судить, все окончательно стихло?

— Да. Атака прекратилась, как только все сервера и хранилища «ГеймМастера» оказались уничтожены.

— В Москве? — уточнил я.

— Везде, — ответил Ян. — И не только в России.

— Значит, мои догадки верны. Они избавлялись от Штальмана.

— Я тоже так решил. И, прикинув так и эдак, взял Синклера под охрану. Так что как закончишь здесь, приезжай. Поговорим с ним вместе.

Я кивнул. Устало пошевелил плечами, разгоняя застоявшуюся кровь, сел поудобней.

Данилевский подобрал с пола шуршащий пакет с оторванной конечностью, поднялся и направился прочь вдоль по коридору.

— Ян! — окликнул я его.

Данилевский вопросительно повернул голову.

— А… тебе приходило оповещение про Лексу? — спросил я.

— Да. Но почему-то с опозданием. Сразу после твоего звонка. А что?

Я задумчиво потер заросшую щетиной щеку.

— Ничего. Просто спросил.

Ян кивнул и ушел.

А я все смотрел ему вслед и думал.

Как странно. Я не получил оповещения вовсе. Император — примерно сразу же после случившегося. А Шут — после нашего с ним разговора. Это почти час спустя после трагедии. Тогда же вдруг очнулся Тень и засыпал меня упреками и вопросами — видимо, тоже как раз после прочитанной новости.

Что за ерунда?

Игроки теперь получают одну и ту же информацию в разное время? Но… для чего?

Кроме того, Синклер, конечно, мог слить Хопкинсу информацию о случившемся в Аэтере. Но он не мог знать подробностей прошлой ночи — где мы остановились с Лексой, в каком районе города, и что за нами выехал Никитин. А для того, чтобы заготовить ловушку, исполнителям нужно было