Башня - Ник Гернар

Над городом выла сирена. Некогда элитный жилищный комплекс дымился и горел. Языки пламени полыхали в черном небе, во дворе зияла здоровенная воронка от разорвавшегося снаряда. Возле соседнего дома виднелись черные силуэты убегающих людей. Повсюду сновали полицейские роботы, подмигивая ярко-синими маячками.

В машине запахло гарью.

— Мощно тут прошлись… — проговорил я, хмуро осматривая новую реальность ЖК «Бархатцы» через автомобильные стекла.

Всего несколько часов назад это место показалось мне маленькой крепостью. С надежными воротами и дверями, с охраной.

Чувство безопасности на самом деле одно из самых иллюзорных. Правда в том, что нет никакой безопасности. Всегда есть кто-то сильный, кто щелчком пальцев способен разрушить твой мир — ублюдок в темном переулке или сволочь в мягком кресле в роскошном особняке.

Вдалеке раздались громкие хлопки — очередь из пяти взрывов. Небо на мгновение полыхнуло огнями.

— Больше таких обширных разрушений не будет, — спокойно сказал Никитин. — По крайней мере, я на это рассчитываю. Пространство над городом практически полностью взято под контроль. Пришлось подключить кое-какие резервы…

Мы выехали на трассу, и навстречу нам с красными маячками и воем пронеслись четыре пожарные машины и микроавтобус СБ.

— Так что ты натворил, Монгол? — снова спросил Никитин. — Я ведь серьёзно. Четыреста баллов за двоих — это как рудник с прессованным аполлонием вперемешку с оком Минервы. Такое все себе захотят. Даже те, кто вчера тебе руку жал и улыбался. Резонанс будет фантастическим. Полагаю, представление над Москвой — это еще только начало.

— Почему ты задаешь эти вопросы мне? — пожал я плечами. — Твой партнер не я, а Данилевский. Вот у него и спрашивай.

— Примерно полчаса назад я вместо положенного контроля порядка внутри города взвалил на себя военный режим и внешнюю оборону, — повысил голос Никитин. — По факту я ввязался в войну, так что имею право спрашивать о том, кто мой противник, у кого хочу и когда хочу! Кто на тебя объявил охоту? Кроме Кукольника, раз уж на то пошло. Потому что ракеты сюда направляет явно не Кукольник!

Я шумно выдохнул.

Пожалуй, кое в чем Император прав.

— Это Хопкинс, — ответил я.

Никитин с удивлением взглянул на меня.

— Хопкинс? Это который глава корпорации «Северный Гром»?..

— Он самый, — кивнул я и оглянулся назад, чтобы убедиться, что машина с Лексой и Егором не отстает.

Никитин озадаченно приподнял брови. Беззлобно, устало усмехнулся.

— У тебя… хороший вкус на врагов, — заметил он. — Не мелочишься.

Я вздохнул.

— Так получилось. Он позвал меня участвовать в одном проекте. Но, как оказалось, меня рассматривали исключительно в качестве расходника для достижения своих целей. Так что у меня естественным образом возникли возражения. Которые Хопкинсу сильно не понравились.

— Настолько сильно, что он, рискуя быть раскрытым перед лицом других корпораций и государств, начал атаку на город, в котором ты живешь? — уже с раздражением отозвался Никитин. — А юная Штальман? Тоже рассматривалась им в качестве мяса? Она ведь еще толком и сделать ничего не успела. Не считая гуманистического порыва спасти заключенных во втором невозвратном и недавней эвакуации людей из Москвы после открытия рифта.

— Вот только первую тему замяли, а второй ее поступок вывернули так, что она теперь для множества людей — убийца мирных жителей, — хмуро сказал я.

— Ничего подобного, — возразил Никитин. — До недавних пор заключенные массово покидали рифт. Просто все это происходило не в России. Выходы из того рифта оказались за границей. В Польше, Германии, Турции. И как только обнаруживалась новая точка контакта, там оборудовали… безопасную зону встречи. С беглецами работали менталисты, определяя, кого можно амнистировать, а кого надо снова закрыть. «Белая Корона» непосредственно участвовала в этом. А второе недоразумение тоже уже вполне разрешилось…

Он провёл пальцем по панели, отключая автопилот. Перехватил руль.

— Я уже говорил тебе, Монгол. И готов повторить снова, — взглянул он на меня. — Ты можешь считать меня врагом сколько угодно. Но я тебя своим врагом не считаю. Но и за дурака себя держать не позволю! Что ты мне недоговариваешь? С какой стати интересы Хопкинса вдруг стали бонусным игровым поводом для системы?

Я усмехнулся.

— А давай! Начистоту. Я расскажу тебе всю подноготную произошедшего, а ты в свою очередь расскажешь мне, кто на самом деле управляет «Нейротиком» и что за мотивы на самом деле у этой прекрасной компании.

Никитин вздрогнул. Его руки на руле качнулись, и машина резко вильнула на дороге, но тут же снова выровнялась.

В салоне повисла тишина. За окнами мелькали огни ночного города. Пожарные машины, полицейские роботы, сгоревшие фасады — всё это осталось позади. Теперь вокруг горели фонари, туда-сюда скользили беспилотные фуры, а по обе стороны от дороги виднелись очертания жилых кварталов.

— Все-таки… Я не напрасно выбрал тебя тогда из числа претендентов в свою команду, — задумчиво проговорил Никитин. — Ты умный парень, Монгол. И внимательный…

Впереди загорелся жёлтый светофор.

Никитин прибавил скорости, чтобы проскочить.

Вторая машина тем временем плавно сбросила скорость и остановилась перед перекрестком.

И тут нас снова дернуло.

Я уже хотел было что-то съязвить по поводу впечатлительности Императора, но не успел.

Лампочка «ручного управления» вдруг погасла, вспыхнул маячок «автопилота», и руль в буквальном смысле вырвался из рук Никитина. Просто повернулся в сторону с такой силой, что тот от неожиданности едва не ударился об него грудью.

Приборная панель загорелась красным, на дисплее высветилось «аварийный дистанционный режим», и машина, взревев, как зверь, ринулась из своего ряда прямо под колеса несущейся беспилотной фуры.

Я не успел даже выругаться. Просто схватил этот сраный руль, вдавив кнопку отключения автопилота, но машина не отреагировала.

Фура яростно засигналила. Пытаясь уйти от столкновения, она сбавила скорость и вывернула на обочину. Прицеп завизжал колесами по асфальту, развернулся почти поперек дороги, покачнулся и начал заваливаться на бок.

Спидометр качнулся, наша машина взревела и еще прибавила ходу, ускользая из-под падающего прицепа. От грохота позади Никитин вздрогнул всем телом.

— Что происходит⁈ — крикнул я, в то время как наш взбесившийся транспорт вернулся в свой ряд и с заносом повернул на перекрестке под красный сигнал светофора.

— Кто-то взломал систему и перехватил управление, — сквозь зубы проговорил Никитин.

Мимо проносились фонарные столбы. На скорости их свет размывался, сливаясь в желтые полосы. Справа мелькнула пустая автобусная остановка. — Тормози! — крикнул я.

Никитин нажал на педаль. Раз. Другой.

— Не получается, она заблокирована! — крикнул в ответ побледневший Никитин.

Он попробовал кнопку отключения на руле. Бесполезно. Нам навстречу, едва уклонившись от столкновения, отчаянно сигналя, пронесся внедорожник.

— Может, нам просто выпрыгнуть?.. — предложил я.

Если