Чёрный ратник 5 - Макс Гато

— Что у тебя с ногой? — Луна посмотрела на то, как я перенёс вес на правую сторону. — Ты хромаешь.

— Ничего серьёзного, — отмахнулся я.

На недоверчивый взгляд Луны ответил Олаф:

— На нём всё как на собаке заживает.

Я задержался совсем ненадолго. Луна рассказала, что Олаф гоняет её каждый день, но при этом не забывает приносить ей еду, и попросила новых книг. Я пообещал их принести, а перед выходом сунул Олафу записку и поднялся вверх по лестнице.

Ярмут потихоньку просыпался, вокруг стояло привычное осеннее серое утро. Холодный воздух приятно обдувал лицо, а из труб доносился запах дыма. По улицам двигались усиленные патрули солдат и караваны, и движение не останавливалось ни днём ни ночью. Ярмут готовился к войне, притом на этот раз не на собственной земле.

Я зашагал по знакомым улицам. Золотая аура Луны была вложением в будущее. Дочь императора, пусть и незаконнорождённая, это очень редкий политический инструмент. Как для меня, так и для императора.

А мне ещё предстояло объясняться с ним, когда придёт время восстанавливать алтарь Темниковых. Если бы император знал, что Луна развивается и прячется у него под носом, то не делал бы мне таких щедрых предложений.

Я тем временем прибыл в цитадель и направился в лабораторию Агаты. Она успела выспаться и отдохнуть и выглядела намного свежее, чем вчера, хотя чернильные пятна на пальцах так и не отмылись полностью. Она встретила меня рядом со склянками, банками и мешочками, аккуратно расставленными на столе.

— Пока вас не было, я не сидела без дела, — сказала она без лишних приветствий.

— Я вижу, — отозвался я, рассматривая результаты её работы.

Стальная жила всё ещё была заметна, она была основой для наших задач раньше, и Агата, похоже, подготовила новую партию. Ну а остальные зелья и составы я разобрать уже не мог, хотя они все были подписаны аккуратным почерком.

— Ну, — сказал я и сел на табурет напротив, — рассказывай.

Агата принялась двигать склянки и мешочки вперёд один за другим, сопровождая всё короткими объяснениями.

— Это Дымка, — она поставила тёмный флакон с пробкой. — Зелье с добавлением лунной соли. Дым не только закрывает обзор, но и глушит аурное зрение в радиусе десятка шагов. Действует недолго.

Я взял флакон и повертел его в руках, он оказался лёгким и очень удобным для броска.

— Для отхода или засады, — оценил я. — Будет в самый раз.

— Именно, — спокойно согласилась Агата, затем поставила банку с плотной крышкой и открыла её. — Эта мазь наносится на открытые участки тела. Временно уплотняет кожу, делает её устойчивой к порезам и лёгким ударам. Эффект слабее, чем у аурной защиты, но использовать может любой, даже без ауры. Держится дольше, чем Дымка.

— И как называется? — спросил я.

— Не знаю, — пожала Агата плечами. — Не придумала.

Она немного постояла, раздумывая над названием.

— Пусть будет Каменная кожа.

— Пойдёт, — согласился я и посмотрел на третью склянку.

Эта склянка была уже меньше, с небольшой насадкой.

— Ясный взор, — тут же переключилась на новое творение Агата. — Капли, они обостряют зрение днём и в темноте. Особенно полезно для ночных операций. Есть побочный эффект — глаза будут очень чувствительными на несколько часов после окончания действия.

— Соловьёв оценит, — уважительно кивнул я.

— Уже, — Агата слегка улыбнулась. — Он заходил вчера, и я дала ему один флакон на пробу. Он стрелял ночью по мишеням за казармой.

— Из старого что-то есть? — спросил я алхимика.

Агата осторожно поставила на стол металлический шар, крепко запаянный с двух сторон.

— Новая версия бомбочек, — Агата обращалась со своим творением очень осторожно. — Жидкий огонь. Алхимический зажигательный состав, можно привести в действие с помощью руны. Этого будет достаточно, чтобы прожечь плотную шкуру или щит.

Я сразу же вспомнил шкуру изменённых тварей в лаборатории и в горах.

— Сколько у тебя их? — спросил я.

— Пока шесть, — немного виновато ответила Агата. — Ингредиенты дорогие…

— А материалов хватает? — спросил я.

Агата энергично закивала.

— Да.

— Тогда сделай ещё штуки три-четыре, — попросил её я.

Девушка же уже двигалась дальше и попыталась оттащить тяжёлый ящик от стены ближе к столу. Я поднялся на ноги и помог ей.

— Да я… — кашлянула она, когда я мягко отстранил её от ящика. — И сама могу.

— Не сомневаюсь, — ответил я, поднял ящик и поставил его на стол.

Агата подошла ближе, толкнула крышку, и внутри оказались уже знакомые мне зелья восстановления и лечения.

— Я немножко поработала над формулой, — предупредила меня Агата и убрала тёмный локон волос за ухо.

Я внимательно оценил всё, что находилось на столе. Дымка, Каменная кожа, Ясный взор, Жидкий огонь, да и даже новые зелья лечения и восстановления вместе со Стальной жилой и стандартными орденскими зельями — это был очень серьёзный арсенал для нашего небольшого отряда.

— Распредели это всё на весь отряд, — распорядился я, — так, чтобы у каждого был свой комплект. Ясный взор можно почти весь оставить Соловьёву, ему будет полезно.

Агата занесла несколько пометок в журнал.

— Тебе что-нибудь ещё нужно? — спросил я перед тем, как уйти.

Девушка ненадолго задумалась и постучала тонкими пальцами по подбородку.

— Пока нет, — задумчиво заявила она. — В лаборатории всего хватает.

— Я же сказал, не лаборатории, — поправил её я, — а тебе.

Агата замерла и немного растерялась. Новый вопрос заставил её задуматься ещё пуще прежнего. Я же только вздохнул и, посмотрев на её уставшие серые глаза, покачал головой.

— Знаешь что, — махнул рукой я, — я и так знаю. Тебе нужен выходной. Так что приходи сегодня в «Усталого кота». Мирон обещал приготовить ужин, заодно и выспишься нормально, а не в…

Я неопределённым жестом показал на каморку в задней части склада.

— Да я… — замялась Агата.

— Это приказ, — отрезал я всё её сопротивление.

В итоге Агата слабо улыбнулась и согласилась, а я отправился наружу, на свежий воздух.

С Олафом я встретился у западных ворот. Мы вместе направились дальше, к заброшенной ферме. Она находилась далеко от патрулей, за лесом, там нас точно не должны были увидеть. Стража пропустила нас без лишних вопросов.

Вскоре город отступил, сменившись полями и холмами. Кое-где располагались палатки и лагеря, а в других местах местность была ещё не тронута военной подготовкой. Заброшенная ферма показалась совсем скоро. Мы проверили разрушенный дом без крыши, покосившийся сарай и двор, заросший травой, и внутри никого не оказалось. Я огляделся, деревья вокруг были высокими и густыми и закрывали двор от посторонних глаз.

Мы оба были при оружии. Я,