Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Знаю. Дальше.

Молодой принц открыл рот, опешив. Он подал знак, чтобы ему налили ещё вина, встряхнув пустой кружкой. Промочив горло, он облизнулся и снова пришел в доброе расположение духа.

— Выпей с нами, — предложил он Дику. Слуга тут же подал королевскому гостю кружку, спрашивая, что налить?

— Дубового сока, — опередил его ответ Велеслав.

— Благодарю. Не пью, — отказался Дик.

— Дубовый сок? Или не пьешь в такой компании? — принц насмешливо сузил глаза, сделав глоток из своей кружки.

— Ваше высочество угадали. Стараюсь выбирать и напитки, и компании сам, — вежливо склонил голову гость.

Приближенные зашумели, но принц жестом остановил недовольство. Он от души забавлялся.

Велеслав очень молод, на вид ему не было двадцати. У него ясные голубые глаза и темно-русые волосы, длинней, чем у Дика. Принц высокий, худой и, глядя на него, непохоже, что эта стройность молодости пройдет. Корона при ближайшем рассмотрении у него оказалась не королевской, а со вторым внутренним рядом серебряных зубцов. Наследный принц. Значит, пока папочка на войне, королевством правит сынок. Он единственный законный правитель в этом краю и ему это нравится.

— Может, хочешь что-нибудь съесть? Угощайся, — радушно обвел всю поляну вертелом Велеслав.

— Благодарю, — Дик мечом разрезал пополам ближайший кусок мяса: тот, что держал перед собой Велеслав. Половина не удержалась на вертеле и упала к подножию трона. Собаки подрались за нее и мигом проглотили угощение. От неожиданности принц не мог удержаться от смеха.

— Господа! — восхищенно провозгласил он. — А ведь нам давно нужен королевский шут! Предлагаю эту почетную должность вам, рыцарь. Более достойного человека напрасно искать!

— Подумаю, — жуя, кивнул Дик. — Сколько будете платить?

— Много золота, если угодишь мне, и столько же пинков и плетей, если буду недоволен работой.

— Мало. Хочу ещё право называть вас на "ты" при любых обстоятельствах и точно такую же корону… или ещё получше.

— О, нет. Боюсь, такой шут мне будет не по карману, — притворно огорчился Велеслав.

— Тоже так думаю, — кивнул Дик, догрызая угощение. — Дальше.

— Извини, но сейчас я спущу собак, — Велеслав старался не потерять лицо, вымучивая улыбку.

— Не сейчас. А когда отойду хотя бы до края поляны, — Дик равнодушно зевнул, прикрыв рот рукой, заодно и облизал пальцы. — Какой интерес, если меня загрызут прямо на месте. Вы же сами хотите побегать, верно?

Наклонившись с трона, принц поднял длинную жилетку, сшитую из заячьих шкурок и бросил Дику. Тот поймал и продел руки в прорези. Старший загонщик протрубил сбор, собаки вскочили и сгрудились вокруг него. Велеслав и его приближенные, трое молодых людей, поднялись в богато разукрашенные седла. Дик стал медленно отходить к лесу, не поворачиваясь спиной к охотникам.

— Только без обмана! — крикнул ему вслед Велеслав. — Никаких этих ваших исчезновений, по-честному!

— Ладно! — махнул рукой Дик и свора бросилась на него, приняв этот жест как сигнал к погоне. Заячью жилетку собаки хорошо знали, им правила игры не надо объяснять дважды.

Дик бросился бежать и вскоре перепрыгнул овражек, через который собаки перетекли, как бурная речка, если бы волны речки бывали пегими: в белых, коричневых, черных и рыжих пятнах. Следом со свистом и азартными криками неслись всадники, но им труднее лавировать между стволами, чем Дику. Он легко скатился с такого крутого склона, который лошади заведомо пройти не могли. Собаки, вслед за вожаком, стали осторожно спускаться, а люди повернули, стараясь найти объезд.

Довольно скоро принц и его слуги обнаружили свору в полном составе, беспомощно лающую и прыгающую под деревом. Дик сидел на высокой горизонтальной ветке старого дуба, влезть на который невозможно без веревки, и весело болтал ногами, глядя на бесплодные прыжки гончих.

— Как ты туда забрался? — крикнул Велеслав.

— Секрет!

— Слезай!

— Снимите, если достанете, — засмеялся Дик.

— Он влез на тот бук, ваше высочество, а оттуда перепрыгнул на эту ветку, — пояснил один из сообразительных приближенных.

— А вы можете так, маркиз? — нетерпеливо спросил Велеслав.

— Раньше мог… Теперь не рискну. На глазах у такого количества слуг сорваться мне вовсе не хочется.

— Но снимите же его оттуда!

— Прикажите стрелять, ваше высочество, — посоветовал другой приятель, которого Велеслав называл бароном. — Так, чтобы стрелы летели мимо, или легко ранили. Сам спрыгнет.

Лучники как раз подоспели. Но Велеслав помнил, как стрела отскочила от плеча Дика и приказал стрелять куда попало, только не в лицо, мелкими стрелами для пернатой дичи. Сообразив, зачем лучники выстроились полукругом, Дик спрятал кисти рук в рукава и закрыл лицо локтем. Дождь стрел он чувствовал так же, как если бы продирался сквозь острые ветки. Но кожаные доспехи не могли проткнуть ни колючки, ни стрелы. От копей и камней оставались серьезные синяки, но до перелома ребер дойти не должно. Дик уже имел случай проверить.

Наконечники застревали в меховой жилетке. Дожидаясь, пока охотникам надоест стрелять, Дик осторожно выдергивал стрелы и бросал вниз, пополняя запасы лучников. Он не видел, как юноша в синем плаще в свою очередь нагнулся к Велеславу, советуясь с ним. А потом снял с пояса длинный кожаный аркан. Тонкая прочная петля скользнула по колену и затянулась на щиколотке. Дик почувствовал, что летит вниз и оттолкнулся руками от ствола, чтобы не упасть на собак. Они с визгом бросились врассыпную, но, учуяв добычу, свора тут же вернулась. Дику снова пришлось закрыть лицо локтем.

Земля довольно мягкая, он не ушибся, а собачьи зубы сквозь костюм не более опасны, чем стрелы. Стрелы как раз хрустели на зубах у собак. Десяток гончих мгновенно разорвали заячью жилетку на части и отбежали с добычей к хозяевам, надеясь на похвалу. Дик встал и отряхнул с костюма траву и сухие листья. Одна стрела почему-то торчала в волосах возле уха. Дик выбросил ее и встал перед Велеславом, снова обнажив меч.

— Наконец-то вы меня поймали! Игра окончена. Теперь могу спокойно вызвать вас на поединок.

— За что? — удивился принц. — Разве я тебя оскорбил? Мне казалось, тебе весело.

— Мне-то весело, — Дик часто дышал. — А что сказать о человеке, если он хотел сделать то