Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Чудовище! Спасите! Тимоша!

Радость взорвалась в моём мозгу: за несчастным воришкой неслась Аринаш на Обскурусе. Её распущенные волосы сияли золотом, а костюм этакой удалой ведьмачки идеально подходил к грозному виду её скакуна, который весело бежал, сметая хвостом зазевавшихся зевак.

Воришка поспешил вернуть украденное и убраться подобру-поздорову, ибо противостоять Аринаш сейчас не мог бы и сам Круенту. Хотя бы потому что уже противостоял, даже противолежал. Мне.

Когда лапы Обскуруса коснулись моей сцены, Дядя Вавилонский испуганно завизжал и умчался, подбирая полы сутаны. Аринаш спешилась, прижимая к груди трофей, каблуки её сапог звонко цокнули. Она направилась ко мне, лукаво улыбаясь.

— Ну что, ваши штары, готовы ли вы дать обещание одному из своих подданных?

Я встала, оправилась и развернулась к девушке.

— Что вы хотите от меня, моя госпожа?

Мы обе засмеялись, затем Аринаш подошла почти вплотную и шепнула:

— Ты не оставишь никого из нас и сделаешь то, что положено. — Затем уже громче прибавила: — Было бы здорово, если бы вы стали самым строгим правителем и избавили страну от всех напастей!

Я усмехнулась и закатила глаза:

— Это не так-то просто. Вдобавок самым суровым правителем уже признали Муша Первого. Я ему и в подмётки не го...

Аринаш, не дав мне договорить, уверенным движением нахлобучила на мою макушку венец. Поскольку она была выше меня, ей это было несложно.

— Вот так-то лучше! Хватит болтать!

Толпа замерла, а затем дико и счастливо взревела. Аринаш встала рядом со мной и начала хлопать в ладоши, люди последовали её примеру. Кто-то начал кричать "Шейз! Шейз! Шейз!", и вскоре к нему присоединилась большая часть собравшихся.

Я стояла, неловко пряча руки, стараясь удержать на голову несчастную корону, которая оказалась на диво тяжёлой и неудобной. Мой взгляд искал нашу компанию и наконец нашёл: они стояли на балконе, том самом, откуда дьякош взирал на парад перед тем, как Союз спасения превратил ровные прямоугольники и круги людей в кошмарное стонущее месиво. Но теперь всё это было в прошлом. Всё это на настоящий момент не имело никакого значения. Это было, прошло, мы извлекли из него уроки и постараемся больше так не делать. Все загадки свелись к одному: просто мы люди, живущие под сенью невиданных существ, которые потеряли к нам интерес, потому что мы им стали ненужны. Но нас это не огорчает, потому что мы нужны себе. Мы не боги, мы люди. Неважно, с Земли ли ты или с Сомниатора. Ты человек. Плохой, хороший, храбрый, трусливый, эгоист, альтруист, учёный, торговец, моряк, чиновник, путешественник, общественный деятель, правитель, простой обыватель, всё равно.

Мне даже смешно, что я, в прошлом заядлая анархистка, вдруг вхожу в лоно монархии. До этого я была против убийств, но теперь на моём счету не одна жертва. А ещё считала сомниаторцев отсталыми, а потом оказалось, что они мало чем отличаются от землян. Может быть, мы еще более жестокими стали, потому что у нас киберпанк антиутопический. Это в целом нехорошо, но сейчас неважно. Всё неважно, кроме того, что моя миссия на Сомниаторе окончена: я нашла пропавших и выполнила работу по изучению людей на Сомниаторе и их происхождению на этой планете. Но теперь у меня новая миссия, новый спектакль, новые маски. Но я же ведь не одна буду, у меня папа эти вещи хорошо знает, а мама будет моральный дух поддерживать. Всё хорошо, даже если корабль задержится, не совсем точно осуществив прошивку пространства-времени. Мирон тоже за нас всеми своими протезами. А Адвена? Он преследует свои цели — или не преследует никаких. В любом случае, нам он пока не мешает. Время, когда мы вытащим из него всё, наступит попозже.

Мне не надо бояться: все страхи были только в моей голове.

Мне не надо изо всех сил быть тем, кем я не являюсь. Достаточно показывать одну часть себя.

Мне не надо пытался разобраться во всём самой: для этого у меня есть опыт моих соплеменников и помощь моих друзей.

Одним словом, весь мой путь, — и не только мой, — был олицетворением фразы "per aspera ad astra" — "через тернии к звёздам". Да, к звёздам, за которыми есть счастье. Планета Фантазёра — один из отправных пунктов к этому счастью. Остаётся только строить корабли из своих снов. Жаль только, что большинство представителей рода человеческого даже не знает, зачем это нам...

— Знания — сила! Знания — сила! Лу, ответь! — истерично разнёсся по своду черепа голос Васи. — Мирон, чёрт его дери, каналы перепутал! Твою коронацию смотрят на Земле по вещанию!

— Что...

* * *

Светлая уютная комната с коврами, повсюду кораллы в горшках. Несколько книжных шкафов, кровать, на кровати сидит девочка лет тринадцати и рассматривает лист пергамента. Дверь открывается, твёрдой походкой входит богато одетая женщина со строгим лицом.

— Ярославна! Дитя моё, ты чем занимаешься? Разве я не просила тебя зайти ко мне? Так-то ты платишь матери своей за то, что живёшь в довольстве и достатке на белом свете! Погоди-ка...

Она вырывает листок из рук девочки. С ужасом узнает изображённого на нём человека.

— Мерзавка! Ты где это взяла?! Тебе Ивашка дал?! Смотри мне в глаза, негодница! Да ты знаешь, кто это?! Это же грязный выродок, мальчишка, духами одержимый! Сумел из канавы в терем дьякошский войти! А до этого наши корабли топил! Как ты можешь смотреть на него, дура?!

Женщина рвёт лист на мелкие кусочки и бросает их в невозмутимое, отрешённое лицо девочки.

— Из светлицы ты больше никогда не выйдешь!

Хлопает дверь, запирается замок.

Девочка смахивает с себя кусочки пергамента, медленно слезает с кровати, идёт к книжному шкафу, достает из двух разных книг два ключа, поднимает ковёр, открывает тайник и достаёт из него ларец. Щёлкает замок, крышка откидывается. Содержимое ларца — всевозможные клочки бумаги, отрывки, куски чёрной ткани, записи рассказов, неуклюжие деревянные фигурки. Всё связано с одним и тем же человеком.

— Нет, матушка, — тихо шепчет девочка, — ты никогда не докопаешься до правды, ты неправильно судишь. Я найду его, чего бы мне это ни стоило, и он от меня не уйдёт!

Стеклова Анастасия

Сиротка или Девочка в чёрном

Утро. Около восьми часов. Белые пластиковые панели класса освещались лучами