Узоры тьмы - Кэри Томас

– А она быстро учится, – фыркнула Эффи.

– Но дело было не в «Равноденствии», – заметила Роуэн. – Дело было уже в отеле – в нескольких комнатах, если я правильно понимаю.

Мэнди испепелила ее взглядом:

– С Джейдоном мы просто развлекались. А с Каримом у нас любовь, это совершенно другое дело. Тебе не понять.

Роуэн явно оскорбилась:

– Ну да, где уж мне понять разницу между любовью и сексом, у меня ведь не было ни того ни другого…

– Вот именно, – с нажимом произнесла Мэнди.

Однако продолжить перепалку они не успели, поскольку отвлеклись на толпу, собирающуюся перед станцией метро «Оксфорд-серкус». Вход на станцию был закрыт.

– Что происходит? – спросил Аттис у какого-то мужчины, который стоял рядом с ними.

– Похоже, метро не работает. Ни одна линия. Черт подери! И как мне теперь добираться до дому?

Мужчина зашагал прочь, на ходу набирая какие-то цифры в телефоне.

Они с встревоженным видом переглянулись. Роуэн вытащила мобильник:

– Что-то случилось.

Ребята отошли в сторону от возбужденной толпы и остановились у входа в какой-то магазин.

Роуэн зажала рот ладонью:

– Давка… на станции метро «Лондон-бридж».

– В каком смысле – давка? – закричала Мэнди.

– Ну, случился большой наплыв народу, толпа стала напирать, люди запаниковали… Ох, Богиня… – Роуэн продолжила читать. – Люди стали падать на пути… Есть погибшие.

– Погибшие, – эхом отозвалась Эффи. – Сколько?

– Пока точно неизвестно. Свидетели утверждают, что в какой-то момент толпа просто двинулась к платформе… и так и шла, не останавливаясь. Это же истерия, да? – Роуэн обратила на них полные ужаса глаза. – Да?

– Только на этот раз, – произнесла Мэнди, – Гаммельнский дудочник забрал жизни.

– Идемте. – Аттис покосился на прибывающую на глазах толпу, которая все больше раздражалась. – Сейчас лучше держаться подальше отсюда.

Они пешком дошли от центра до более спокойных улиц, где Роуэн с Мэнди, помахав остальным на прощание, погрузились на автобус, который шел в южные районы города. В глазах у них плескалась тревога. Анна с Эффи и Аттисом сели на электричку до Хакни. Они почти не разговаривали, уткнувшись каждый в свой телефон в попытке понять, что произошло.

В Интернете уже начали появляться первые видео предполагаемой давки. Толпа, пытающаяся пробиться по лестницам к платформе, крики, визг. Свидетели выкладывали рассказы о происшедшем:

Я не понимаю, как это случилось… Народу было много, но не так чтобы сильно больше обычного. В какой-то момент просто на ровном месте началась толкучка…

У меня до сих пор трясутся руки. Я не могу в это поверить. Я была в конце и видела все собственными глазами. #ЛондонбриджИстерия.

Я не чувствовал ничего, кроме страха, всепоглощающего страха. Это была пагуба! Я ЗНАЮ ЭТО!

Анна тоже была совершенно уверена, что без магии тут не обошлось. У людей не было никакой причины на ровном месте устраивать давку. От всего этого за милю разило заклятием истерии.

Едва они переступили порог дома, как она принялась беспокойно расхаживать туда-сюда по кухне.

– И что мы будем делать?

– Много что, – отозвалась Эффи. – Только не прямо сейчас. Мне нужно поспать.

– Но произошла очередная вспышка истерии! Погибли люди! Как мы можем остановить это? Как мы можем остановить БППКП? Ты что, не слышала, как Киллиан сказал, что вдобавок ко всему еще и начали пропадать проклятые ведьмы?

Глаза Эффи сузились, губы сжались, как будто она все это время ни о чем другом не думала.

– Разумеется, я слышала, что он сказал. Но даже если двое проклятых ведьмаков в самом деле пропали и все это не попытки каких-нибудь скучающих интернет-троллей поднять шум на ровном месте… у нас нет никаких причин видеть в этом руку БППКП. Пока нет. К тому же наше собственное проклятие остается секретом. – Она направилась к двери. – Пойди лучше поспи, систер, сомневаюсь, что ночью у тебя была такая возможность…

Она ушла, оставив Анну изнывать от неловкости от ее слов в обществе Аттиса.

– Роуэн сейчас рассказывает обо всем Берти, – произнесла Анна поспешно. – Нам нужно обязательно донести до Селены правду про истерию… что это заклятие магии смерти. И придумать план, как отыскать того, кто действует в нашей школе…

– Нам нужно не появляться больше в этой чертовой школе, вот что нам нужно, – прорычал Аттис, наконец-то взглянув на нее. Лицо у него свело от напряжения. – Это сейчас слишком опасно.

– Мы не можем там не появляться! – возразила Анна более резким тоном, чем намеревалась. – Мы должны найти виновника, и вообще, БППКП все равно в покое нас не оставит. Они будут преследовать нас. Ты же слышал, что Киллиан сказал прошлой ночью. Про то, с чем мы, скорее всего, имеем дело.

– Я слышал все, что сказал Киллиан. Опасность, которая грозит вам, никогда еще не была больше. Проклятию необходимо положить конец.

Анне очень не понравился суровый и отрешенный вид, с которым он произнес эти слова.

– Мы найдем способ это сделать. Я стараюсь. Но мы не можем все это время просто сидеть сложа руки.

– По-твоему, я должен молча смотреть, как вы обе постоянно подвергаете себя опасности?

Их взгляды схлестнулись, и серое небо его глаз пошло трещинами.

– Ты не должна была исчезать прошлой ночью, зная обо всем, что происходит! – не выдержал он и направился к выходу, запустив пальцы в волосы и взъерошив их. – Мы не знали, где ты!

– Я была с Олли! – крикнула Анна ему в спину. – Мне ничто не угрожало!

Аттис обернулся:

– Угу. И что бы Олли стал делать, если бы что-то случилось? Швырнул в нападающего своими клоунскими монетками? Или ослепил плащом? Олли не смог бы уберечь тебя от опасности, даже если попытался бы, а он не стал бы пытаться, потому что он лежебока.

– Лежебока! – расхохоталась Анна. Кажется, он… ревновал ее? Но он не имел права на ревность. – Чтобы обеспечить мою безопасность, мне не нужен ни Олли, ни ты, Аттис Локерби. Я пошла к нему в комнату по своей собственной воле и очень рада тому, что я это сделала. Я тоже имею право хорошо провести время, ты не находишь? Если мне не изменяет память, ты сам в это время уединился с какой-то блондинкой, не знаю уж, кто она такая.

– Ее зовут Амелия… а нет, Амалия.

– Ну, я уверена, ты развлек эту Амелию или Амалию по полной программе.

– Как обычно. – Он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни намека на его всегдашнее легкомыслие. – Послушай, я такой, какой есть, и никогда не притворялся никем другим. Мне нравятся девушки. А я нравлюсь им. Ко всеобщему удовольствию.

– Как