Обратный отсчет - Токацин

ли не от посадочных полос — очередной прибывший барк подтаскивали к туннелям и разгружали прямо в них. Гедимину, только что пролежавшему двадцать минут клубком в пассажирской ячейке, пришлось пригнуть голову и, досадливо щурясь, вспомнить тесные коридоры «Мары». На освещении тут, впрочем, не экономили — горели полноценные жёлтые фонари, никакого белесо-синего «дневного» света, обожаемого на Луне, и светло под ними было, как в лабораториях «Гекаты».

Немногочисленные пассажиры последнего лунного рейса, ненадолго растерявшись, сбились в кучку, но через пару секунд уже двигались плотным потоком по разноцветной разметке. Стрелки, нарисованные на стенах, были подписаны, на полу — дублировали их, но там уже надписей не было — оставалось запоминать цвет и различать по нему направления. Вдоль стен, там, где разметки не было, стояли лавки — фрил, но окрашенный под дерево, со слоями и прожилками, довольно крепкие на вид, некоторые — со складными мягкими подстилками и накидными колпаками. Колпаки тоже были из фрила — к удивлению Гедимина, поставившего бы вместо них небольшие «арктусы»… или даже один «арктус» на всю цепь, с переключателями, — и то было бы рациональнее, чем тратить фрил и занимать место.

От размышлений о расходах ресурсов его отвлёк многоголосый писк — такие звуки издавали регистрационные терминалы в хостеле. Пассажиры, с которыми сармат пришёл, уже распределились по залу регистрации, достаточно большому, чтобы остались свободные машины; Гедимин подошёл к одной из них и достал личную карту.

«Вы: искусственнорождённый», — с противным писком сообщил терминал, проглотив использованный билет. «Время прибытия: 12–30. Находитесь: планета Земля, Западный блок, Северный Атлантис, штат Канада, город Ураниум-Сити. Территория: свободная зона. Гетто: „Ураниум-Сити“ (регистрация отсутствует). Допустимое время нахождения: неограниченно (до окончания чрезвычайного положения)».

«Чрезвычайное положение?» — Гедимин быстро огляделся по сторонам. Аварийные сирены молчали, тревожная сигнализация была отключена, — сармат разглядел каждый её светодиод, и все были погашены. «Какое-то вялотекущее положение…»

«Предварительная регистрация по месту прибытия: завершена», — снова запищал терминал. «Для регистрации в гетто „Ураниум-Сити“ свяжитесь с администрацией гетто. Ваши действия: сообщить о вашем прибытии; установить связь с офисом администрации; отложить регистрацию…»

Гедимин занёс руку над сенсорным экраном и задумался, глядя на подсвеченные надписи. «Подождёт,» — он коротко ухмыльнулся, выбирая «отложить». «Надо сначала осмотреться. Я ещё… я ещё в Спрингере не был.»

В груди шевельнулся невидимый тупой штырь, воткнутый под левую лопатку. Сармат на секунду задержал дыхание, потом протянул руку за регистрационным листком и вышел из зала. По прикрытым глазам полоснул красный луч считывателя — «коп» в синем «Маршалле» с серебристыми полосами развернулся было к сармату, но, покосившись на результат «считывания», разочарованно отвернулся.

Широкий наклонный коридор плавно уходил вверх; вдоль стен горели окошки информационных киосков — в одном из них Гедимин за пару центов скачал себе карту Ураниум-Сити. Сквозь респиратор то и дело всасывался прохладный воздух, бьющий в лицо и непривычно влажный, — где-то впереди открывались ворота. Не доходя до них, коридор становился горизонтальным, а вдоль стен появлялись лавки. Сармат двинулся к одной из них, чтобы спокойно изучить карту, но едва успел её развернуть, как почувствовал странное сосущее ощущение в солнечном сплетении — все внутренности как будто съёжились и куда-то провалились. Гедимин озадаченно мигнул, несколько раз сглотнул неожиданно обильную слюну — и наконец сообразил, что голоден.

«Скоро час. В тюрьме кормили в двенадцать,» — он криво ухмыльнулся. «Условный рефлекс, мать моя колба… А Би-плазмы у меня по-прежнему нет.»

Он огляделся по сторонам, высматривая кофейный автомат или киоск с едой. Долго искать не пришлось — окошко с крупной надписью «Wendy’s» нашлось за первым же поворотом. Рядом толкались «макаки» — значит, хотя бы для них эта пища была съедобной.

Гедимин ткнул наугад в одну из картинок, подержал подольше — одной порции ему никогда не хватало. Автомат пискнул, выплюнув в поддон запечатанные упаковки, ещё тёплые на ощупь. С каждой из них свисала узкая бумажка, приклеенная за один конец и покрытая мелким текстом. Гедимин, оторвав её, хотел было скомкать и выбросить, но наткнулся взглядом на рисунок — схематичное изображение насекомого в перечёркнутом круге.

За спиной сармата кто-то хмыкнул, и в урну полетел скомканный листок.

— Опять? — сочувственно спросил кто-то. — Так достали, так достали…

— Нашли самоубийц! — фыркнул другой. — Пусть туда лезет, кому жить надоело. Грёбаные оттепели, когда уже зима⁈

Гедимин отодвинулся в сторону, расправляя узкий листок. «Ополчению Ураниум-Сити нужны бойцы!» — было напечатано там. «Мутанты уже под стенами, но мы отстоим свой город! Ждём всех, кто может держать оружие и не боится насекомых. Вербовочный пункт — в порту, у терминала Дельта…»

«Ополчение,» — сармат аккуратно сложил листок и убрал в «карман» скафандра. «Интересно. Куда делись федеральные войска?»

На стене, над головами, вспыхнула красная цепочка светодиодов, вдалеке взвыла и тут же замолчала сирена, и огни погасли. Несколько человек у киоска приглушённо выругались. Те, кто шёл по коридору с механизированными сумками, остановились и испуганно огляделись по сторонам. «Коп» в сине-серебристом экзоскелете успокаивающе помахал им, выглянув из-за угла.

— Не здесь, — услышал Гедимин с соседней скамейки — там двое в нелепой многослойной одежде кого-то ждали, вглядываясь в поредевшую толпу с сумками. — Это на западе, у Ядерного озера. Близко к шахтам, вот и набегают. Сегодня дождь, у них крылья мокнут…

«Крылья,» — Гедимин, вспомнив, как выглядели радиофаги, повисшие у него на руках, решил, что говорят не о них — где у этих существ крылья, способные удержать их хотя бы в планирующем полёте, сармат так и не обнаружил. «У тех насекомых есть крылья. И… похоже, такие тревоги тут — вещь регулярная.»

Он покосился на сигнальные светодиоды — их было много, и почти все — исправны, но зажёгся при звуках сирены лишь каждый третий. «Это настолько важно, что сделали систему оповещения. И она срабатывает, даже когда прямой угрозы нет…»

Он проглотил остатки еды и вытер перчатки и респиратор — проталкивать сквозь него крупные куски с непривычки оказалось тяжело. «Где терминал Дельта? Посмотрю, что там за ополчение…»

Наверху его лицевой щиток тут же покрылся мелкими каплями, и сармат завертел головой, высматривая лопнувшую трубу, но тут же смущённо ухмыльнулся — «Дождь же! Вот что значит — десять лет на Луне…» Над космодромом не было защитного купола, и сплошной слой сизых туч, казалось, лежит на крышах; ветер, налетающий то с одной стороны, то с другой, швырял в лицо водяные брызги. Сармат на секунду сдвинул респиратор