Дубликат - Леонид Жилеев

Предложение, конечно, было соблазнительное, вот только не походили те двое на комиссию, никак не походили. Проверяющие приезжают на «Волгах» или на автобусах, проверяющие одеты в костюмы и носят кожаные портфели, но уж никак не выходят из бесконечного леса в зелёных ветровках и с бывалым рюкзаком за плечами. А когда обед уже подходил к концу, когда самые шустрые пионеры уже потянулись к выходу из столовой, когда в дверях появилась Виола с гостями и когда вся четвёрка уже подошла к окну раздачи, Алиса сразу перестала обсуждать планы «на послеобеда», замолкла и только долго смотрела на гостей, пробурчав, перед тем как уйти, себе под нос: «И где я его видела? И где я её видела?»

Виола что-то сказала вожатой, та покивала головой и разрешающе махнула рукой в сторону столов: садитесь.

А Ульяна поняла, что просто обязана выяснить, что это за люди, даже если придётся подглядывать и подслушивать. Дальнейшее было делом техники: всего-то и нужно было, что на глазах у вожатой украсть булочку у Шурика и спровоцировать того на погоню. Результат — дежурство в столовой после обеда, вместо того же Шурика, между прочим.

— Ольдмитриевна, а кто это?

Вот что хорошо в вожатой, так это её принцип: «Наказан — прощён». Поэтому, когда Ульяна поймала её с этим вопросом на выходе из столовой, Ольга Дмитриевна не стала вредничать.

— Это? Экологи районные, образцы собирают: почвы, воды, воздуха. Попросились остановиться у нас до завтра, а завтра дальше пойдут. Виола их хорошо знает и поручилась, а раз так, то и я разрешила. Вот только придумать надо, где им ночевать.

«Экологи, значит, — думала Ульяна-маленькая, подбираясь с тряпкой поближе к столу, где сидела четвёрка, — образцы собирают, значит, то-то рюкзак почти пустой».

— Не люблю домашних животных. Вроде бы и должна, а не люблю. Но если ты притащил на объект собаку или кошку, да даже хомячка, нарушив все правила, то будь добр заботиться о нём. Диким-то всё равно, дикие живут и плюют на наши циклы…

Толик опять изображал дурачка, только веры ему теперь не было, Семён и Ульяна-большая слушали, а Виола продолжала рассказ, обращаясь больше к Семёну. Жаль, что Ульянка пропустила начало.

— …А эти, п-пушистики… Они же себя членами нашей стаи считают, такими же, как мы, и то, что мы на двух ногах, а они на четырёх лапах, — это такая мелочь с их точки зрения. А управляющие центры здешние считывают сигнал из их мозга: «Я человек!» — и начинают работать. Посёлок-то — он экранированный был, но кошка — она же гуляет сама по себе. Вышла за территорию и получила нейтринное кольцо в мозг, ещё раз вышла — и на тебе цикловую программу на это кольцо…

Грязные столы кончились, Ульянка сбегала за шваброй и начала елозить тряпкой по полу, оставаясь в пределах слышимости.

— …Тело выросло, начало резко изменяться на человеческое, и, что печально, проснулся разум. А хозяева — мне неприятно ту историю вспоминать и стыдно за людей, но учёная степень совсем не мешает суевериям. Не доктора наук, а средневековые крестьяне какие-то. Бедное животное — нет, тогда уже не животное — чудом спаслось от погони за «оборотнем». А ведь она их любила, своих бывших хозяев, и прибежала к ним за защитой, перепуганная. Наверное, и сейчас любит, я не знаю. И вот тут кончилась драма и началась трагедия: это существо осознало себя и задало себе вечный вопрос: «Кто я?»…

Пол вокруг стола был вымыт, и надо было перемещаться в следующий квадрат, но уходить не хотелось. Ульянка мало что понимала, но слушать было интересно. Она выпрямилась, делая вид, что устала, и тут перехватила взгляд своей старшей тёзки. Ульяна-большая улыбнулась и подмигнула Ульяне-маленькой, а та поняла, что никого её маскировка не обманула, и подумала ещё, что её просто не принимают всерьёз, и это было обидно. Это было бы обидно, если бы Ульяна-большая вдруг не поднялась с места, опираясь на плечо Семёна, и не подошла к младшей.

— Давай помогу, сестрёнка. Пусть они без нас дальше умничают.

Через двадцать минут обе Ульяны стояли на крыльце столовой и болтали, не забывая при этом таскать из кулька конфеты.

Несмотря на разницу в возрасте, Ульяна-большая оказалась очень свойским и понятливым человеком. Порой казалось, что она знала, о чём её спросят, раньше, чем собеседница формулировала вопрос, порой Ульяна-маленькая угадывала реплики гостьи. Только иногда гостья замирала, будто вспоминая что-то неприятное, и отвечала так, будто это неприятное в своих ответах обходила.

Да, гостье девятнадцать лет, как и думала Ульянка. Да, она замужем за Семёном, уже месяц (гостья сначала сказала: «Третий ц…», но оборвала себя и поправилась: «Месяц»). Никакие они не экологи и не комиссия, а просто путешествуют. «Только вожатой не говори, а то расстроится». Ульяна-маленькая ещё подумала: «Замуж только дуры выходят, но свадебное путешествие правильное». Сюда завернули Виоле письмо и посылку передать от общей знакомой. Тут гостья на мгновение помрачнела, а Ульянка сделала вид, что не заметила. Дальше пойдут завтра после обеда. Ориентируются здесь хорошо? «Ну, я же не забыла, как сама пионеркой была и в этом лагере отдыхала». «Семён? Семён тоже здесь отдыхал, именно в этом лагере, тогда же и с Виолой познакомился. Откуда тебя знает? У самого спроси, просто угадал или справки наводил?»

— Слушай, сестрёнка, а что мы просто так тут стоим? Покажи мне лагерь? А по дороге ещё поговорим.

— Пошли. Прямо сейчас. Только после этого мы пойдём купаться. Ты взрослая, с тобой меня за территорию отпустят.

Ульяна-большая улыбнулась, кивая.

— Сейчас, Сёмку предупрежу.

И скрылась на секунду в столовой.

А когда две Ульянки спустились с крыльца и примерились нырнуть на тропу, выводящую к лодочной станции, чтобы зря не мозолить глаза вожатой, из-за угла прямо на них вывернула Ольга Дмитриевна.

— Ульяна, ты куда собралась?

— Я, Ольдмитревна, гостье лагерь показываю.

— И, конечно, не бесплатно, — полуутвердительно-полувопросительно изрекла Ольга Дмитриевна, глядя на гостью.

А Ульяна-большая, увидев вожатую, даже зажмурилась. Потом открыла глаза, и Ульяне-маленькой показалось, что та ответила, пересиливая себя.

— Конечно, не бесплатно, Ольга Дмитриевна. Но лагерь не пострадает, я надеюсь. Мы всего лишь искупаемся.

— Ладно, купайтесь, — разрешила Ольга. — Вам уже говорили, что вы очень похожи?

— Мы близнецы, — уже успокоившись, ответила старшая.

И близнецы, передумав сворачивать на тропу, пошли по дорожке. От столовой к площади, от площади к домику Ульянки, где младшая переоделась в купальник, от домика