Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Нет, — покачала головой Скай, вставляя ключ в замок зажигания. — Не додумалась. Да и кто знал…

Я поглядел на обшарпанные кирпичные стены нашего дома. Из окна на пятом этаже на нас кто-то смотрел. Бледное лицо, прижатое к стеклу, быстро отпрянуло вглубь комнаты, увидев мой взгляд. Неподалёку, у другого подъезда, семья из трёх человек, муж, жена и маленькая девочка, спешно и молча грузила в подержанный «Ford» сумки, собачью клетку и какие-то коробки. Их движения были отточенными и быстрыми, будто они репетировали этот побег много раз. Они даже не посмотрели в нашу сторону.

— Ладно. Поехали, — тихо сказал я, чувствуя, как сердце начинает колотиться с новой силой.

Скай повернула ключ, двигатель завёлся с первого раза, ровно и уверенно. Мы оба не знали, что ждёт нас впереди на этих улицах. И оба чертовски боялись будущего, которое не сулило ничего хорошего. Уже возможно к вечеру мир окончательно изменится, раз и навсегда. И скажи мне кто-нибудь ещё вчера вечером, пока я пил виски и кодил, что будет происходить такое, я бы принял этого человека за психа. Зомби в реальности. Поверить в это было сложно. Невероятно. Но теперь другого выхода, кроме как верить и выживать, у нас не оставалось.

Глава 3

3.

Мы выехали на улицу. Скай одной рукой крутила руль, объезжая разбросанный по асфальту хлам, а другой нащупала кнопку радио. Из динамиков полился треск помех, который она быстро прогоняла, крутя шкалу настройки.

— Может, что-то будет интересное в эфире… — пробормотала она.

Большинство частот молчали или шипели. Одна вещала какую-то безумную христианскую проповедь о каре господней. На другой слышались лишь повторяющиеся гудки аварийного оповещения. Но вот поймали относительно чистый сигнал. Голос диктора, мужской, срывающийся от напряжения, без всякой выучки, торопливо сыпал информацией:

— Повторяем экстренный выпуск! Ситуация в городе стремительно ухудшается. По последним данным, районы Нижний Ист-Сайд и Чайнатаун в Манхэттене полностью потеряны. Сообщается о массовых… о массовых нападениях. Полиция и Национальная гвардия пытаются удерживать периметр вокруг Сити-Холла и Финансового квартала, но… Господи… толпы… они просто накатывают волнами…

Скай и я переглянулись. У меня в животе похолодело.

— В Бронксе, — продолжал голос, — эпицентром беспорядков стали Клэйсон-Пойнт и Хантс-Пойнт. Из больницы Линкольна поступают сообщения, что… что персонал и пациенты забаррикадировались на верхних этажах. Призывы о помощи… Мы не можем ничего сделать…

Диктор задыхался. Было слышно, как он громко пьёт воду прямо у микрофона.

— В Куинсе… Боже… Аэропорты Ла-Гуардия и Кеннеди… Там ад. Полный ад. Взлётные полосы забиты машинами и… и телами. Сообщается о стрельбе… Национальная гвардия пытается расчистить подъезды, но… Потери… Потери среди военных огромные. Они не ожидали такого… такого ожесточения…

— Чёрт, — прошептала Скай с побелевшим лицом. — Кеннеди…

Я молча кивнул. Моя первая, наивная надежда рухнула окончательно. Туда теперь дороги нет. И хорошо, что не сделал попытку отправиться в том направлении.

— Бруклин…

Голос на радио стал ещё тише, почти шёпотом.

— Бедфорд-Стайвесант, Браунсвилл, Ист-Нью-Йорк… Там уже никто не контролирует ситуацию. Полиция отступила к центру района, к зданию суда на Адамс-стрит. Сообщается… сообщается о случаях мародёрства и стрельбы между выжившими… Гражданская война на фоне всего этого… Официальный приказ для всех оставшихся в живых: не пытаться прорваться в Манхэттен. Все мосты… Все мосты и тоннели либо заблокированы Нацгвардией, либо… либо захлёбываются толпами…

Он сделал паузу, и в эфире было слышно только его тяжёлое дыхание.

— Это… это студенческое радио WKCR. Мы… мы, кажется, остались одни в этом здании. Если кто-то слышит… Молитесь. Или держитесь. Не знаю…

Радио снова захлебнулось в помехах и умолкло. Скай выключила его. В салоне воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только гулом мотора.

— Становится только хуже, — заметила она, не глядя на меня.

— Это ещё не хуже, а пока терпимо, — поправил я её, стараясь звучать увереннее, чем чувствовал сам. — А вот дальше… Дальше, боюсь, будет по-настоящему хреново.

— Слышал, что он сказал о мостах?

— Слышал. Но у нас нет вариантов. Будем надеяться, он ошибается.

Мы ехали по Граham-авеню. Мертвецов видно не было, как и живых людей. Картина оказалась скорее унылой, чем ужасающей. Хотя неподвижные тела валялись на тротуарах и у подъездов. В витринах нескольких магазинчиков, лавка с сэндвичами, прачечная, были выбиты стёкла. На кирпичных стенах зияли свежие следы от пуль. Похоже, здесь недавно была перестрелка. Только между кем и кем?

— Останови, — вдруг попросил я, увидев одну конкретную машину.

— Зачем? — повернулась ко мне Скай, нахмурившись.

У обочины, частично въехав на тротуар, стоял полицейский Ford Police Interceptor. Его боковая дверь и лобовое стекло были испещрены пулями. Дверь со стороны водителя приоткрыта.

— Останови, — вновь, уже настойчивее, попросил я.

Скай затормозила, недоумённо глядя на меня. Я выскочил из салона, озираясь по сторонам. Улица была пуста. Я подбежал к полицейской машине. Сердце сильно колотилось. Помня, где копы в фильмах возили свой арсенал, я рванул ручку багажника. К моему удивлению и облегчению, он поддался с глухим щелчком.

«Отлично!»

Внутри, аккуратно закреплённый в креплении, лежал полуавтоматический дробовик «Remington 870». Рядом, картонная коробка с патронами. Красные пластиковые гильзы. Это были патроны с картечью, смертоносные на короткой дистанции. Без промедления я схватил дробовик и коробку.

— Просто прекрасно, — прошептал я сам себе.

Я спешно рванул назад к нашей «Кии», швырнул трофеи на заднее сиденье и плюхнулся на своё место, захлопывая дверцу.

— Думаю, лишним не будет, — сказал я, запыхавшись.

Скай только усмехнулась, совсем мимолётно. В её глазах мелькнуло одобрение.

— Наконец-то у нас появилось что-то посерьёзнее моего ствола.

«Киа» тронулась с места, выезжая с Граham-авеню на более широкую и оживлённую Бродвей. Здесь уже не было так пусто, к сожалению. Дорогу перегораживала перевёрнутая и дымящаяся грузовая машина. По тротуарам медленно бродили одинокие фигуры. Одна из них, бывший почтальон в синей униформе, вся в тёмных подтёках, заинтересованно повернула голову в нашу сторону и заковыляла к проезжей части.

— Приехали, — мрачно констатировала Скай, прибавляя газу.

Нам предстояло найти путь через этот хаос. И теперь, с дробовиком на заднем сиденье, наши шансы на это хоть на чуть-чуть, но возросли.

Мы продолжали двигаться вперёд, как вдруг раздался глухой хлопок, и наше заднее стекло треснуло, оставив пулевое отверстие. Следом донёсся отдалённый звук выстрела. В нас стреляли!

Скай принялась ругаться, видимо,