"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

касаться не хотелось. Ее не было среди поступивших в госпиталь прошлой ночью. Она не появилась сегодня днем и вечером. Она бы пришла, Илан знал. И отправиться в карантин, чтобы прочесть список пассажиров у него пока не было душевных сил, хотя Илан говорил себе - времени. Нет времени. Живая - придет. Мертвая... Уже ничего не изменишь.

  Что касается Мыши, она пошла выливать собранные при пункциях кровь и плевральную жидкость, и пропала. Илан сначала думал, она на общей дезинфекции моет инструменты и посуду перед автоклавом, там была горячая вода, не зависящая от работы лабораторной "коптилки". Пока писклявых любителей животных за спиной нет, он взял пару мышек посмотреть, что с ними происходит после введения экспериментального лекарства. С маленькими мышками все было отлично, а большая Мышь где-то основательно застряла.

  Илан уже собрался идти на розыск, когда, гремя лотками и инструментарием, который едва слышным шепотом определила как пыточный, Мышь ввалилась в приемный кабинет перед лабораторией. Мысль все-таки пойти в карантин за списком пассажиров засела у Илана крепко. Крепче мысли, не взорвет ли Мышь автоклав, если оставить ее одну для присмотра. Алхимическая печь была хороша, но нагнетала температуру, не идущую ни в какое сравнение с привычной. Сорвать на автоклаве аварийный клапан - полбеды. Уничтожить лабораторию вместе с опытной плесенью, мышами и Мышью Илану не хотелось бы.

  - Где была? - строго спросил он.

  - Можно говорить? - Мышь составила лотки и ведерко с трубками на свободный стол.

  - Отвечай на вопрос. Болтала?

  - Не с госпитальными, - Мышь затрясла головой. - Ходила к приятелю. Который без руки, я рассказывала... Похвасталась, что я теперь одета и сыта. Это серьезная вина?

  - Серьезная, - сказал Илан. - Впредь без моего разрешения никуда не отлучаться.

  - Но мне не разрешено с вами заговаривать первой, как я могу спросить разрешения?

  - Пиши, - пожал плечами Илан. - Я тебе дал бумагу. С автоклавом без меня справишься?

  - Нет! - испугалась она.

  - И что с тобой делать?

  Мышь опустила голову и спрятала ладони под фартук. Вид у нее и без того был жалкий, а так - совсем слезы. И она этим умело пользовалась.

  - Хорошо, тогда мы сейчас быстро грузим автоклав, быстро разводим огонь, быстро гасим, чтобы печь наша не взлетела, и автоклав сам дойдет. Мне нужно выйти в город.

  - К больному?

  - Если тебе так чешется нарушить устав лишним вопросом, лучше спроси, как правильно загружать автоклав, - назидательно проговорил Илан.

  * * *

  Оставить Мышь наедине с автоклавом он не решился. Если уж лаборатория с новой печью рванет, пусть без Мыши. И Мышь уже провинилась сегодня, так что отправить ее дальше разгуливать по госпиталю было бы не по правилам. Домой она не ходила. Просто вчера твердо сказала: "Нет!" - отвернулась, и все. В принципе, понятно, почему. В госпитале и кормят, и есть, где ночевать. Нет никакой необходимости бежать цеплять вшей в нижнем квартале, а потом снова ходить в вонючем платке.

  Остаться на месте сам Илан не сумел. Пустил в голову лишнюю мысль, теперь не отделаться. Легче было сразу поддаться искушению, чем подвигать его в сторону, раздумывать, сомневаться и потом поддаться все равно. И нечего себя обманывать, будто времени нет. Время всегда можно найти. Не есть, не спать, не прятаться в темном углу, чтобы помолчать в тишине после того как внезапно задрожали руки над чужой жизнью, и получится, откуда откусить для лишних мыслей и лишних дел немного времени...

  На ночной город сыпалась мелкая снежная крупа. Опять. Мостовые не обмерзли коркой льда, спасибо за это. Под чистой белой простыней чавкала грязная слякоть. А то с горы, на которой стоит госпиталь, к карантину так прямиком вниз и покатишься. Хорошо, если сумеешь остановиться в нужном месте. Со стороны залива порывами налетал холодный ветер. Кружил густо взвешенные в воздухе крупинки и без промаха бросал их в лицо и за шиворот. Получив на крыльце снежный заряд в нос, Мышь что-то недовольно пискнула Илану в спину. Одели ее в госпитале неплохо, но обувь у нее осталась старая драная. Шел Илан как будто бы один. Мышь тенью держалась у него за спиной, он ее даже не видел, только слышал иногда. На темных улицах было пусто, они шли от одного далекого фонаря до другого, и Илан со своей гвоздем сидящей лишней мыслью старался думать о чем угодно, только бы о чем-нибудь другом. Не о последнем ходжерском корабле. Например, у него не складывалась картина с визитерами из префектуры. Снять кольцо с пальца не такая уж проблема. В префектуре есть свой врач в подвале. Работает с покойниками, да. Ну и что? Джениш вел себя очень натурально. А вот второй начал Илана рассматривать до того, как Илан дал понять, что повод пялиться действительно есть. Может, просто не доверял молодому доктору, такое случалось. А, может... Посмотреть приходили.

  И чего на Илана смотреть? Есть люди, которые в префектуре Илана знают, как облупленного. Или им прежний Илан неинтересен, нового подавай? Подозрения, почему и зачем они явились, у Илана имелись. Но это была еще одна очень лишняя мысль, которую простым походом в карантин из головы не вытравишь.

  Еще деньги эти в ящике. Нет, не Илана деньгами прельщать. Илан мог бы купить всю Арденну вместе с префектурой. Ну, если бы госпожа Гедора ему позволила. Но все равно мог бы. Другое дело, что Арденна ему не нужна. В какой-то момент Илан обернулся поглядеть, где отставшая Мышь, и, под пройденным недавно фонарем, увидел, что они с Мышью ступают по девственно чистой белой улице, оставляя за собой две цепочки следов. А кварталом выше, хоть никого и не видно, но цепочек, вроде бы, четыре.

  Карантин встретил их дымом от факелов, копотью от разожженного в железных бочках мусора, вечным грохотом, шумом и растаявшей грязью, которую никаким снегопадом не прикроешь. Хлопали двери, шли вереницы носильщиков, ехали телеги. Северная навигация закрыта, зато направление на Бархадар даже концом света не остановишь. Мышь наступила в кучу размокшего навоза и громким шепотом выматерилась у Илана за спиной. Илан обернулся.