Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Клячин двигался как долбаный призрак. Честное слово. Он не бежал, а буквально скользил, его ботинки почти не издавали звуков, ступая по мокрому асфальту. Волк. Хищник, который вышел на охоту.

Я следовал за чекистом, стараясь дышать ровно, чтоб приглушить стук собственного сердца.

— Вон тот, — Клячин указал на низкое, длинное здание из почерневшего кирпича. Окна были заколочены, но из-под огромных ворот, предназначенных для въезда грузовиков, пробивалась узкая полоска света. — Я бы выбрал именно его. Уверен, это то, что нам нужно. Классика. Есть задний ход. Пойдешь с фронта. Я — с тыла. Жди мой сигнал.

— Какой сигнал? — шепотом спросил я.

— Поверь, ты его не пропустишь, — беззвучно усмехнулся Клячин и растворился в темноте.

Я подошел к воротам, стараясь ступать как можно тише. Прислушался. Изнутри доносились приглушенные голоса. Один — хриплый, знакомый. Финн. Второй… тихий, прерывистый. Ванька.

Я прижался к холодной, шершавой поверхности ворот и рискнул заглянуть в щель. Внутри, в свете единственной керосиновой лампы, стоявшей на ящике из-под шнапса, я увидел Подкидыша. Он сидел на полу, прислонившись к стене. Его лицо было избито, один глаз заплыл, губа разорвана. Руки связаны за спиной. Но взгляд… взгляд был прежним — упрямым и ясным.

Финн стоял над ним, курил. Чуть в стороне топтались еще двое. Парни были с опытом, это сразу бросалось в глаза. Во-первых, достаточно взрослые, лет по тридцать. Во-вторых, явно вооружены и готовы к любому развитию событий.

— Ну что, Иван, передумал? Может, все-таки скажешь, где этот архив? Или хотя бы, где твой друг его прячет? Дальше я сам. Неужели тебе жизнь не дорога? — Допытывался Финн у Подкидыша. Говорил этот урод по-русски.

— Ответил уже… не знаю я… — голос Ваньки был хриплым, но в нем я не услышал страха. Усталость — да. Разочарование — куда без этого. Но вот страха не было точно. — Иди ты к черту, Финн.

Подкидыш сморщился от боли, а потом смачно плюнул своему бывшему наставнику кровью под ноги.

— А я ведь как к сыну к тебе относился, — Финн покачал головой, в его голосе прозвучала почти искренняя горечь. — Выкормил, обогрел. А ты…Чего упираешься, не пойму. Если договоримся, обещаю, помогу перебраться в Лондон. Иван, подумай. Лондон! Закончится эта собачья жизнь. Не надо будет вздрагивать от каждого шороха, опасаясь, что за тобой пришли. Будешь жить, как у Христа за пазухой.

— Да пошел ты… мудила… — тихо, но очень четко сказал Ванька. — Отцом он мне был… Ага. Сейчас заплачу от трогательности момента. Ты меня продал за три гроша.

В этот момент с противоположного конца склада, из темноты, раздался громкий, металлический лязг. Будто кто-то шел и тащил за собой трубу.

Финн резко обернулся, насторожившись, как старый волк. Затем кивнул парням, отправляя их на проверку.

— Ну да, дядя Коля… Тихо высказался я себе под нос. — Умеешь ты произвести впечатление, понторез чертов…

Ровно три минуты ушло на то, чтоб товарищи Финна исчезли в полумраке, а потом раздался звук удара, вскрик и громкий хрип.

— Кто здесь? — Ванькин наставник выхватил пистолет и приготовился стрелять.

Я воспользовался моментом. Финн развернулся ко мне спиной, значит можно было приступать к активным действиям.

Резко распахнул ворота и шагнул внутрь, держа «Вальтер» наготове.

— Так понимаю, это мероприятие только для приглашённых? — произнес я, мой голос гулко разнёсся под сводами склада.

Финн мгновенно среагировал. Он не стал оборачиваться, а сразу резко рванулся в сторону, за гору угольных мешков, используя их как укрытие. Из темноты прозвучал выстрел. Пуля ударила в кирпичную стену позади меня, осыпав мою голову мелкими осколками.

— В укрытие! — крикнул я Ваньке, но тот и так уже пытался отползти.

Из тени, прямо из-за спины Финна, материализовался Клячин. Он двигался бесшумно, словно чертов ниндзя. Я видел, как его рука с зажатым в ней ножом, мелькнула в свете лампы.

Финн, почувствовав опасность, попытался уклониться, но было поздно. Клячин оказался смертельно эффективен. Да уж… Его бы таланты да в правильных целях…

Дядя Коля не делал лишних движений, не демонстрировал ярости или ненависти, не говорил лишних, никчёмных фраз. Это был холодный, отточенный профессионализм. Короткий, меткий удар под ребра, и Финн громко ахнул. Его глаза расширились от удивления и боли. Он попытался выстрелить в Клячина, но пальцы разжались, а пистолет с грохотом упал на бетонный пол.

Клячин, не извлекая лезвия, поддержал падающее тело и плавно опустил его на землю. Он смотрел на умирающего Финна без тени эмоций.

— Работа есть работа, — тихо произнес чекист, будто отвечая на невысказанный упрек. — Ничего личного, паря.

Финн судорожно вздохнул, на его губах показалась алая пена. Он хотел что-то сказать, но смог лишь прошептать:

— Чтоб ты сдох…

Потом его тело обмякло.

Я бросился к Подкидышу.

— Ванька! Ты цел?

— Жив… пока что, — он попытался улыбнуться, но вместо этого скривился от боли. — А ты… Чего это… с ним?

Подкидыш с недоверием посмотрел на Клячина, который вытирал лезвие о пиджак Финна.

— Долгая история, — сухо ответил я, развязывая веревки на запястьях друга. — Можешь идти?

— Дай руку… помоги подняться. — Тихо попросил Подкидыш.

Когда Ванька, опираясь на меня, встал на ноги, он первым делом посмотрел на тело Финна. В его глазах не было ни злорадства, ни торжества. Лишь пустота и усталость.

— Я ему верил, Леха, — тихо сказал он. — Как отцу. Потому и попался.

— Знаю, — я похлопал его по плечу. — Знаю. Но сейчас не время горевать т мучаться виной. Надо убираться отсюда.

— Верить, товарищи разведчики, нельзя никому. — Вмешался в наш разговор Клячин. Он как раз быстро и методично обыскивал тело Финна. Извлек бумажник, несколько ключей, какие-то записки и сунул все это себе в карман. — Вы не дети малые, чтоб еще не разочароваться в таких светлых понятиях как дружба, привязанность, доброта. И если не пересмотрите свое отношение к этому, то очень скоро сдохнете. Где-нибудь в мрачной комнате, в компании сотрудников гестапо. Ну что за свинство…Ничего ценного.

Дядя Коля, наконец, оставил Финна в покое, выпрямился и посмотрел на нас с Подкидышем.

—