Друид Нижнего мира. Том 2 - Егор Золотарев

Я понял, что он прав. Но остатки разума семнадцатилетнего парня влияли на меня, поэтому не всегда мог мыслить с холодной головой.

Выдохнув и немного успокоившись, решил сменить тему разговора и отвлечься от тяжелых мыслей.

— Откуда ты про гиен и львов знаешь?

— В книге прочитал.

— Откуда берутся эти книги?

— С Верхнего мира к нам спускают. Самим, видать, уже не надо, а нам только за радость, — он тяжело вздохнул. — У них там все есть, а мы лишь жалкие объедки получаем.

— Как-то можно попасть в этот Верхний мир?

— Нам нельзя. Только ссыльным разрешено вернуться, когда срок иссякнет, — он устало выдохнул и опустил коробку с костями на землю.

— Получается, что никто из Нижнего мира никогда не был в Верхнем? — уточнил я.

— Получается, что так, — кивнул Иван.

— А Правитель? Он тоже не был в Верхнем мире?

В ответ получил удивленный взгляд.

— Как же он не был, если именно оттуда и спустился к нам? Ты что ж это, совсем все позабыл?

Я тут же окунулся в память и, хорошенько порывшись, выудил эту информацию. Правитель Нижнего мира — сильный маг, которого в наказание отправили в наш мир. Но по истечении срока ссылки он не вернулся в Верхний мир, а остался здесь и каким-то образом возглавил Нижний мир, спихнув прежнего правителя.

Хотел бы я с ним познакомиться. Мы добрались до дома, но коробку Иван оставил на улице.

— Нам с тобой не разрешат варить кашу из этой тухлятины дома, поэтому сейчас плитку вынесу и приготовим здесь, — предупредил он и скрылся в доме.

Вскоре на всю улицу разнесся запах каши с тухлятиной. Я нисколько не сомневался, что крысы «клюнут» на такую специфическую наживку, ведь в общине тяжело найти пропитание даже им.

— Это что за варево вы здесь готовите? — сморщила нос Авдотья, показавшись на крыльце.

Мы как раз только выключили плитку, и теперь Иван тщательно размешивал пригоревшую кашу с костями.

— Егор надумал общину от крыс почистить, — пояснил он. — Отраву готовим.

— Ну и вонь! — Она быстро прошла мимо. — Не только крыс, но и всю общину можно потравить одним лишь запахом.

Она скрылась за углом дома, а я мелко истолок ядовитый гриб и добавил в кастрюлю. Ну что ж, осталось надеяться, что одного гриба хватит. Если нет, то я не выполню задание, порученное мне Ларой.

«Лара, а что будет, если не выполню задание?» — мысленно уточнил у Системы.

«Доблестный рыцарь, каждый следующий уровень развития будет требовать все больших усилий и выполнения заданий. Проваленное задание или выполненное не до конца будет лишь тормозить твой прогресс».

«То есть до завтрашнего вечера должны умереть все крысы в общине? Но ведь это невозможно», — возмутился я.

«Я уверена, что для тебя, мой любимый господин, нет ничего невозможного», — уверенно ответила она.

М-да, придется постараться, хотя шансы невелики.

— Вы только гляньте, что творится, — с огорода вернулась изумленная бабка и показала нам довольно крупную сочную морковь. — Вот это вымахала! Чудеса. А я ведь только одну выдернула, чтобы посмотреть, как корень растет, а то ботва мне уже по колено.

Иван и Авдотья внимательно посмотрели на меня. Я лишь пожал плечами и ответил:

— Энергия помогает.

Их этот ответ устроил. Они зашли в дом, а я принялся раскладывать кашу на небольшие куски картона вглубь ловушек. Справился быстро, хотя каша была обжигающе горячая.

Теперь нужно разнести ловушки по всей общине. Вот тут-то я и понял, что не продумал этот момент. Ведь каждому придется объяснить, зачем они нужны. Сейчас время уже позднее, а домов в общине не один десяток. А еще…

— Егорыч, пошли прогуляемся? — крикнул Женька.

Даже не заметил, как он подошел к нашей калитке.

— Пойдем! — тут же ухватился я за неожиданно подвернувшегося помощника. — Но сначала сделаем одно дело.

Показал Женьке ловушки с ядовитой кашей внутри и все объяснил.

— То есть ты хочешь, чтобы я стучался к людям в дома и отдавал им эти клетки с ядом?

— Да, но обязательно скажи, чтобы поместили их в подвалы или туда, где чаще всего встречают крыс, — уточнил я, раскладывая ловушки на тачку.

— А меня не пошлют? — с сомнением спросил он.

— Могут. Но ты скажи, что это ради общего блага. Пригрози, что всем расскажешь, как они поддерживают размножение крыс в общине.

— Эх, что ни сделаешь ради друга, — выдохнул он.

— Спасибо. Я в тебе нисколько не сомневался, — улыбнулся я.

Вместе мы выкатили тележку за калитку и принялись разносить ловушки. Ловушек было гораздо меньше домов, поэтому велел заносить в каждый третий дом на улице. Пока Женька ходил от дома к дому по правую сторону улицы, я заходил в дома по левую.

Услышав про ловушку с ядом от крыс, жители с готовностью соглашались разместить ее на своем участке или в подвале. Эта проблема уже беспокоила всех.

— Совсем недавно ты мне запретил камнем пульнуть в крысу, а теперь сам их травишь, — усмехнулся Женька, когда мы двинулись с Первой улицы в сторону дома с пустой тачкой.

— Ты прав. Все течет — все изменяется, — выдохнул я, вспомнив про Норель.

Увидимся ли мы когда-нибудь? Удастся ли ей выжить в суровых Дебрях? Сможет ли она простить мне смерть своей королевы? Эх…

Мы с Женькой догрызли его семечки, болтая ни о чем, и разошлись по домам.

— Кушать будешь? — спросила бабка, как только я зашел в дом.

— Нет, — мотнул головой и устало поплелся в свою комнату.

Накатила тоска. Все здесь не так, как я привык. Все мне не по душе. Я уже понял, что никуда отсюда не денусь, поэтому мириться с таким положением дел не буду.

С тяжелым сердцем бросив взгляд в сторону угла, в котором жила крыса, забрался на кровать. Вмиг ко мне запрыгнул Призрак и улегся рядом. Он тянулся ко мне не только потому, что я его хозяин. Щенок чувствовал во мне друида и наполнялся моей энергией, которая позволяла ему расти быстрее. Кстати, я обратил внимание, что его лапы уже не были такими кривыми, как раньше. Возможно, он вообще избавится от своего недуга и станет громадным здоровым псом — настоящим защитником. Увидим.

* * *

Утро началось с голоса Лары.

«Мой храбрый воин, докладываю: погибли сто двадцать крыс из трехсот двадцати восьми. Предупреждаю, что, если к концу дня в общине останется больше десятка крыс, задание будет считаться проваленным».

Я нехотя открыл