Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

— Не прикидывайся, — Мисала раздражённо шикнула на меня. — Вы чтите своих драконов, и мы чтим своих богов. Всеобщие боги? Пшик, игра. Никто не признаёт этого, только отступники. Наши души после смерти предстанут только перед нашими богами. И они решат, достойно ли мы жили по их заветам. И если да — мы станем с ними частью, подпитаем их собой ради новой битвы. И не прикидывайся, Ликус, у вас, ксатов, так же. У всех так же, — Мисала перевела взгляд на костёр, от прогоревших дров едва отходили язычки пламени. Дворфийка некоторое время смотрела на них, потом подкинула немного дров, чтобы огонь окончательно не затух. Постепенно огонь занялся с новой силой. — Ты новый вопрос там себе придумал.

— Уже не важно, — я подавил смешок. — Твоя реакция ответила мне всё. То, что я принёс, для вас всех более чем важно.

— Очень важно, — ответила Мисала, не отрывая взгляда от огня.

Глава 6

Часть 2

Дальнейшая поездка прошла хоть и с нападениями монстров, но благодаря мне от всех мы отбивались даже без синяков. После пятого нападения все в группе прекратили коситься на меня с немыми вопросами и приняли происходящее как должное. На третий день после разговора с Мисалой, когда мы встали лагерем, я едва мог совладать с бурлящими эмоциями, потому что наэлектрелизованный гул в сознании усилился. Крылатые твари были близко, очень близко, но в то же время благодаря высокому показателю [Воля] я мог от них несколько отгородится. Но всё равно, отправляясь спать, я невольно покосился на запад, где мне ждут. И я надеюсь, что меня не разочаруют. Своё нетерпенье и желание открутить как можно больше драконьих голов я наружу не показывал, поэтому никто из группы не догадывался о будущем. Кроме Шагиса, если он хоть что-то знает. Но орк ничего лишнего не говорил, поэтому и я молчал, но про себя надеялся убить его собственными руками.

В поездке разумные делились историями из жизни и как решили тянуть лямку авантюриста. А в одном из разговоров Мисала рассказала о знакомстве с Рувилой. Дворфийка уже как несколько лет числилась в гильдии авантюристов города под Ягдарской магической академией, а Рувила ехала с караваном и решила задержаться в городе, денег подзаработать. Они вдвоём оказались в одной временной группе на разведку и сдружились, а после весны решили переехать в Эльбен, ведь магесса и застрельщик из дворфов пригодятся благородным отпрыскам и смогут подзаработать деньжат. Да вот на их невезенье благородные в этом году приезжали либо уже сформированными группами и им требовался только проводник-наставник, либо вообще заявлялись сразу с наставником.

Рувила же оказалась обычной горожанкой. В детстве у неё нашли обычное магическое [провидение] и церковь с академиями ей не заинтересовались. А у семьи не было денег на обучение, так что Рувила отрывками кое-как училась у местного мага, куда её мольбами пристроили родители. К её совершеннолетию семья смогла накопить денег, чтобы отправить девушку на южный материк в Ждарскую магическую академию. Там она за год выучила несколько заклинаний, изготовила простенький посох, научилась читать свитки трёх основных школ. На этом и ограничивался обычный курс магии для всех желающих, притом у Рувилы он был неполным из-за неполной оплаты.

Рувила вернулась на северный материк и решила зарабатывать на жизнь трудом авантюриста, попутно отправляя часть денег родителям. Из-за войны монстров хоть расплодилось и задания сейчас выполнять тяжелее, что повышает награду — но неопытного мага без заклинаний поддержки в группу никто не принимал. Как и дворфийку с коротким луком, которая работает только с близкого расстояния.

— Да мы тут, получается, группа неудачников, — глубокомысленно изрёк Джосс на одном из привалов, когда магесса закончила рассказывать о себе. Удивительно, но никто не решился с ним спорить. Потому что и сам бывший солдат за прошедшие почти пятнадцать лет службы так ни до чего не дослужился. Да и Огат, раз так сильно рвётся доказать своё мужество, по орочьим меркам такой себе кандидат в мужья. Только мы с Брианом выделялись на общем фоне, как я понял, но мы с ним промолчали.

Наконец, к вечеру одиннадцатого дня мы прибыли к одному из северных лесов. Ещё достаточно широкий, чтобы в нём водилась живность, но уже не такой густой, как леса южнее. Мы объехали его и в вечерних сумерках на соседнем холме увидели массивный деревянный форт, больше напоминавший огромную крепость, с десятью башнями и широченными воротами. Которые закрыты. Но это, как сказал Бриан, вообще не проблема.

Благодаря ночному и острому зрению я видел, как по деревянным стенам ходила нежить, вновь и вновь повторяя последние минуты жизни перед поглощением скверной. Но двигалась она как-то дёргано, будто стражи постоянно поглядывали на запад, что-то высматривая.

— В нём нежити почти нет, — за ужином сказал кучерявый, через плечо глянув на соседний холм. — Тридцать солдат, двадцать слуг, и семь вроде как владельцев форта, семья без детей. Ну или детей скверна не вернула.

— То есть, вроде как? — Барат аж чуть не поперхнулся травяным взваром.

— А вот так, — Бриан устало вздохнул. Завтра им всем спозаранку идти в форт, добывать браслет, а потом ещё лагерем заниматься, лошадь убить и разделать и много чего ещё. — Исследователи так и не смогли определить, что здесь точно было до скверны. Есть предположение, что форт использовали как ссылку для благородных. Но западней, в часах шести пешком, руины канализации. До прихода скверны там был город и это — отдельное жильё для хозяев города. Но никто не знает точно.

— Да плевать на это, — Джосс махнул в сторону форта. — Что с воротами делать?

— Они не закрыты, — Бриан показал на карту форта, купленную в гильдии авантюристов. — Там сразу за воротами две нежити. Похоже, когда скверна пришла, они пытались закрыть ворота на засов. Но не успели. Открыть их можно, чем-нибудь острым за край подцепив.

— Мало нежити, вход открыт. Но добытчиков нет, и лагеря для них нет. В чём проблема тогда? — с привычно каменным лицом спросил Огат.

— Да потому что с ними Ликуса нет, — сидевшая напротив орка Мисала ехидно похлопала по посоху Рувилы. — Это ж благодаря ему мы добрались так просто. Тут же дикие земли. Глухие дикие земли. Чуть что — и нам фигня.

— Нам фигня, если не отдохнём сегодня как следует, — Бриан покосился на меня, на что я едва заметно кивнул. — Мы с Мисалой дежурим первыми, потом Барат и Шагис,