Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Одинаковые, точно сделанные под копирку, близнецы Белкины хмуро уставились на меня.

Кажется, за минуту до встречи у них шел очень неприятный разговор. Даже не разговор, так, перебрасывание колкостями в стиле: «Козел» — «Сам козел!». Примерно так они и общались в последнее время.

Памятуя мой наказ, братья, пребывавшие в ссоре, не пытались выяснять отношения на кулаках. Но запретить обкладывать друг друга нелестными характеристиками я не мог. А посему, кажется, Белкины уже весь животный мир перебрали. И удодом, и бакланом, и макакой каждый из них был не по одному разу.

— Мама нас отправила, к тетке двоюродной в гости. — Тимошка показал мне на скромненький букетик в руках. — С днем рождения поздравить. Приболела чуток. Вот нас и отправила. Тут она живет.

И он подбородком указал на желтые квадратики окон на верхних этажах.

— Поздравить с днем рождения и с тем, что брат у меня — урод, — не упустил возможности добавить Тимур, зло глядя на свою копию.

— Представляешь, такая же фигня с братом! — не замедлил кинуть «ответку» Тимошка.

Я хорошо видел, что сейчас им не то что на день рождения идти — находиться рядом претило. Да и тратить увал на поход к троюродной тетке — такое себе занятие. Но возразить маме братья, судя по всему, не посмели.

— Хорош, хорош, пацаны! — осадил я их. — Достали уже. И в училище цапаетесь, и тут. Слушать тошно. Погодьте-ка…

Кажется, настала вторая часть Марлезонского балета.

За разговором я и не заметил, как к нам бесшумно подошли.

Перед нами стояла компания из троих незнакомых пацанов. Выглядели они почти как гопник и будущий криминальный авторитет «Ризотто», чью биографию я в прошлом году маленько подправил, не дав совершить множество пакостных деяний.

— Э, пацаны! — присвистнув, обратился к нам один из них, стоящий в центре. — Закурить не найдется?

Классическое начало разговора. «Закурить, копейки, семечки»…

Парень явно пытался казаться старше. Развернул плечи и расставил локти. А еще голос чуток ниже сделал. Но я безошибочно определил, что самому старшему из них едва ли девятнадцать стукнуло. Хоть и косят под тридцатилетних.

— Не курим! — спокойно ответил я.

Белкины, хлопая глазами, молча стояли поодаль. А потом, будто невзначай, придвинулись, встав слева от меня.

Я едва заметно порыскал глазами. Где-то рядышком должно было быть подкрепление. Так, по меньшей мере, обещал мне дядька Дорохина.

Но никакого подкрепления не было видно. Только где-то вдалеке какая-то бабуля выгуливала крохотную собачку. Но ни она, ни собачка на роль замаскированного опера явно не годились.

— Да не жмись ты, суворовец! — с деланным добродушием начал первый и будто невзначай подошел ближе. — Ну дай по сигаретке! Или тебе для пацанов жалко?

— Жалко у пчелки! — вдруг подал голос Тимошка. — Слышал?

Вот балабол! И кто его просил?

В том, что эти трое оказались тут не случайно, а по наводке, я не сомневался, равно как и в том, что «просто так» разойтись не получится. Они сто пудов знали, что я появлюсь у магазина фототехники в три часа. С котлетой наличности. Только опоздали чуток.

А еще гопники предполагали, что я буду один. Неспроста я «отказал» громким голосом и Михе, и Илюхе, когда они намыливались со мной в увал.

Да, сейчас, конечно, лучшие друзья мне бы не помешали. У них, в отличие от Белкиных, кое-какой опыт уличных драк уже имеется. Да не шуточных, а настоящих. И уж точно не стали бы лезть на рожон…

А после такой Тимошкиной реплики вечер сразу перестал быть томным. Как невовремя он встрял со своей репликой про пчелку!

— Слышь, ты! Мелкий! Чего борзый такой? — подал хриплый голос второй и с презрением поглядел на близнеца. — Давно по щам не получал?

— А ты, че, если длинный, самый умный? — продолжал упражняться в остроумии Тимошка. — Велика Федора, но дура!

Пацан явно не понимал, что роет себе яму своим языком. «Терки» с гопниками — это не подколы пацанов в училище. Тут и башку проломить могут.

Ну все, приплыли. Суши весла. Ща начнется!

Гопники переглянулись. С их лиц мигом исчезли блуждающие ухмылки.

Краешком глаза я заметил, как старший подмигнул второму и еле заметно указал на меня.

— «ТТ-шки»! — прошептал я. — Быстро помиритесь! Это приказ!

Долю секунды мальчишки еще думали.

А потом резко стиснули руки друг другу и, не сговариваясь, встали по обе стороны от меня.

Уф-ф! Ну хоть тут не стали кочевряжиться!

— Ха! — сказал самый старший из гопников, глядя на нас. — Смотрите-ка! «Три богатыря»! Картина Сурикова!

— Васнецова! — невозмутимо поправил его я.

— Шта? — глупо улыбнулся старший.

— Васнецов написал картину «Богатыри»! — пояснил я.

А сам смотрел то налево, то направо… Ну и где же обещанное дядькой Дорохина подкрепление?

Тимошка, уже понявший, что сболтнул лишнее, молчал. Только едва заметно улыбнулся брату. Впервые за много-много дней.

— А ты умный, оказывается! — осклабился старший из гопников. А потом продолжил: — Слушай, умный… Может, мы с тобой потрещим? Художников повспоминаем! А эти одинаковые, — он мотнул коротко стриженной головой, — пойдут, откуда взялись.

— Никуда мы не пойдем! — запротестовал было Тимур.

Но я живо пихнул его локтем в бок.

Братья Белкины явно пока еще не обучены мастерству ведения таких переговоров. Вот пусть и помалкивают в тряпочку. Старший из гопников неспроста хотел их «отпустить». Просто не счел нужным тратить на них время. И свидетелей лишних не хотел. В любое другое время гопота только рада была почесать кулаки о говорливые головы суворовцев. Но не сегодня.

Им нужен был я. Точнее то, что по легенде лежало у меня в кармане.

— Видите ли, парни! — пояснил я. — Нам сейчас разлучаться никак нельзя. Мне этих двоих в училище отконвоировать надо. Застукал в самоволке… Вот, так сказать, веду к товарищу майору на воспитательную беседу.

— Да что ты мелешь? — не сдержавшись, завелся было второй, самый длинный из компании. — Давай доста…

Но старший одним косым взглядом заставил его умолкнуть.

— Слышь, вояки! — сказал он, тоже теряя терпение. — Нам с вами тут лясы точить некогда. Давайте так: облегчаете все втроем карманы, получаете пендаля и чешете подобру-поздорову отседова! Устраивает такой расклад?

—