Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

«Подожди! Мариш в какой-то из прошлых жизней был…» — Иррес не договорил, внутри повисла тишина. Но уже через пару мгновений в ушах загрохотал хохот духа.

— Или вот твоя бабушка.

— Вы знали её раньше⁈ — изумилась Лирка.

— Её душу, в одной из прошлых жизней. Не стал говорить об этом при ней, — господин Исхедиар виновато улыбнулся. — Я тогда не очень красиво её убил. Точнее, его. Но в своё оправдание скажу, что она нанесла вред моему потомку.

— И как… ваш ребёнок сейчас?

Только проблем с могущественным духом им не хватало!

— Переродился миленькой девочкой, — на лице господина Исхедиара расцвела нежная улыбка, — так что смерть пошла ему на пользу, и я больше не злюсь на твою бабушку.

«Боги, Иррес, да ты на его фоне… так похож на нас», — господин Наэш был потрясён откровениями врага своего друга.

«Чего ты от него хочешь? Его вообще без эмоций создавали. Ну немножко своеобразный!»

«Почему это звучит так, словно ты его защищаешь?»

«А почему ты сегодня так много болтаешь⁈»

— Кто-то из детей зовёт меня… — взгляд господина Исхедиара посерел. — Мне нужно уйти.

Его одежды взметнулись полосами пепла, в лицо пыхнуло жаром, и охранители поспешил оттащить Лирку подальше. Но уже через миг дух исчез, остался только лёгкий запах гари.

— Вот связались на свою голову, — с досадой пробормотал один из охранителей.

— Не, ну про господина Мариша было интересно, — хмыкнул его товарищ.

Но стоило ему посмотреть на приближающегося Теневого Хайнеса, и улыбка померкла.

— Он хоть иногда довольным бывает?

Лирке подумалось, что вряд ли. Недовольство успело отпечататься на лице домоправителя складками и морщинами, как узоры на камне. Даже если он улыбнётся, эта печать уже не исчезнет.

— Где хайнес? — требовательно спросил господин Мариш.

— Должен быть где-то здесь, — ответила Лирка. И заметил, что один из сопровождающих домоправителя как-то странно смотрит на неё. Оценивающе. Поймав её взгляд, оборотень спокойно отвёл взгляд и заинтересовался голубой далью.

— Его нет даже у хавария, — холодно отрезал господин Мариш.

— Может, он у хоёторцев в камере? — предположил один из Лиркиных охранителей.

— Нет, — уверенно сказал домоправитель.

Лирка растерялась.

— Так он с соглядатаями ушёл, — кто-то из часовых услышал вопрос Теневого Хайнеса.

— Как⁈ — вырвалось у Лирки.

— Ой, там Лирка! — ужаснулся говоривший.

— Хаварий тебе голову открутит!

— Да я не видел её!

Волна ярости тихим, шелестящим покровом медленно наползла на берег Лиркиного сознания, и она заскрежетала зубами.

Как он, правитель всей Салеи, посмел рисковать своей жизнью и идти на территорию Хоётора? Безголовая, дурная сова! Птица без мозгов!

— Почему я, его охранитель, ничего об этом не знаю? — женщина зыркнула на свою охрану.

— Потому что ты просто охранитель, — спокойно отозвался один из них, — а перед нами не отчитываются.

— Злую штучку Сильнейший себе в невесты выбрал, — насмешливо прогудел Храс, провожая взглядом мрачную магичку и её сопровождение. — Не живётся ему спокойно.

Мариш поморщился. Обсуждаться любовные дела хайнеса ему не хотелось. Бесило, что они зашли в тупик в поисках Ёрдела и не знали, куда направить свои силы.

— Ты её взглядом не облизывай, — Шеерш смотрел вслед госпоже Лиркаа куда серьёзнее своего соратника. — Чую, проблем от неё будет столько, что мы тебя точно не вытянем.

— Я не дурак за зазнобой хайнеса волочиться, — хмыкнул Храс. — Да и она зеленовата для меня, я люблю баб поопытнее.

— Тогда взгляд скромнее, — сухо посоветовал ему Шеерш.

— Чего ты, старая плесень, за мораль взялся? — улыбка сошла с лица Храса, и он рассерженно уставился на товарища.

— Плевал я на мораль. Ты бабку её видел?

— Ну видел.

Мариш заинтересованно посмотрел на Шеерша, который держал в своих руках соглядатайскую сеть Теневого Хайнеса.

— Постарела она, конечно, с тех пор, как я её последний раз встречал, а я тогда ещё мальчишкой был. Но такую не забудешь, — Шеерш взглянул на Мариша. — Помнишь Ехирда̀ру, Костяную Волчицу? Слышать должен был. Слава о ней по всей Салее гремела.

— Эта, которая с Шерехом за власть на северо-западе воевала? — припомнил Мариш.

— Она самая. Шерсти она подрала ему много, он потом ещё несколько веков искал её, чтобы ответ спросить, — Шеерш криво усмехнулся. — Все уже думали, что она сгинула, а, выходит, жива. Ещё и внучка есть. И по характеру видно, что кровь родная. Как думаешь, не хочет ли Костяная Волчица перед смертью со старыми врагами поквитаться? Сомневаюсь, что её внучка случайно с Сильнейшим связана оказалась.

Мариш задумчиво прищурился.

Ехирдара, волчица запада. Сперва верная сторонница молодого Шереха, потом столь же верный его враг.

Отряд, с которым хайнес ушёл в Хоётор, вернулся на заставу поздним вечером. Лиркина служба уже закончилась, но она нарочно осталась, чтобы встретить Сильнейшего. Убедиться, что вернулся. Её весь день терзала неясная тревога, и, когда по потайной лестнице начали подниматься служивые в чёрном, она наконец облегчённо вздохнула. Лежащий рядышком Иррес, греющийся в лучах пугливого внимания часовых как на солнышке, лениво приоткрыл один глаз и широко ухмыльнулся, обнажив серые десна.

— Щас кое-кому крылья подрежут.

Риш поднялся на стену в числе последних. За ним шли ещё двое мужчин, и в них Лирка опознала Вирьяра и Ташея. Но охранители мало смягчили женщину: напади на хайнеса кто-то в Хоёторе, их сил мог не хватить, чтобы уберечь господина.

— Господин! — Лирка поспешила навстречу хайнесу, Иррес за её спиной лениво поднялся на лапы.

— О, ты меня ждала? — уставшее лицо Риша просветлело, в глазах вспыхнули лукавые огоньки.

— Вы… — женщина умолкла и сердито поджала губы. Распекать Сильнейшего на глазах служивых она, конечно, не собиралась. Но злые слова так и рвались с языка. — Вам не стоило ходить в Хоётор. Если бы с вами что-то случилось…

— Ты мне не невеста и не жена, не указывай, — и легонько щёлкнул Лирку по лбу.

Женщина обожгла его чёрным взглядом. Риш аж взбодрился после утомительной вылазки и пожалел, что вокруг так много лишних глаз. Что бы она сделала, будь они одни? Эх, пока доберутся до дома, она уже остынет!

— Вы не так давно были ранены, — сдержанно напомнила Лирка.