Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

и на тебя вчера Елена Александровна напала? – Стешка как-то незаметно оказалась подле них и теперь, уперев руки в боки, совсем как это делала Лукерья Ильинична, не сводила глаз с мага.

– У нее могут быть сообщники, – нахмурился Митя.

– Степанида, мы действительно не можем отрицать столь очевидные улики, я считаю, надо быть начеку, – согласился Егор.

– Вот сейчас позавтракаю да в больницу поеду охранять вашу злодейку, пока совсем от хвори не сгорела, да к мальцу загляну, как он там. А вы, господа хорошие, давайте стройте предположения, – сладким голосом предложила ведьма, – но не забывайте, что Лебедева вам рассказала о том, как умело преступники следы перед магами заметают. И я с ней согласна, если за дело взялся Кабан, то нам всем несдобровать. У него всюду глаза и уши. Он же, считай, местный царек всего отребья. Каждый вор, нищий да калека перед ним отчитываются и ему мзду несут. Всех хватко держит.

– Сколько о нем в полиции говорят, а все никак не схватят, существует ли он вообще? – усмехнулся сыщик, глядя на Степаниду.

– Как он выглядит, я не ведаю, да и никто не ведает, он, знаешь ли, званых приемов не устраивает. Но там, в подземельях, каждый его боится и уважает, потому как он и от ваших зайти даст, и от магов укроет, главное – ему дорогу не переходить. Так-то вот, – поделилась ведьма.

– Допустим, все это правда, но ты скажи, зачем Митя сдался этому Кабану? – возмутился Егор.

– А на этот вопрос ты, друг сердечный, и узнай ответ. Кто из нас двоих сыщик? – Она поправила рыжую прядь, выбившуюся из прически.

– Все, сдаюсь, – Егор шутливо поднял руки. – Давайте и впрямь позавтракаем. А уж после каждый займется своим делом. – Ведьма, кивнув, отвернулась, и тут сыщик хлопнул себя по лбу: – Чуть не забыл! Вчера ящики у Феофана забрали, и когда сжигали, на дне одного из них вот такую вещицу нашли. Сразу скажу, торговец говорит, что не его это. – Он выложил эмалевую лилию на кофейный столик.

Митя и Стешка молча уставились на цветок.

– И ведь не врет, не его это, – подал голос маг. – Это потерянная брошка Лебедевой, узнаешь, Стеш?

Ведьма нехотя кивнула.

– Но это ничего не значит, – тут же добавила она и, развернувшись, вышла из комнаты.

За завтраком Лукерья Ильинична, поджав губы, подавала омлет по-французски, кашу гурьевскую да блинчики с разными начинками. Едва собравшиеся закончили трапезу, как кухарка тоже засобиралась.

– А вы куда? – поинтересовался маг, глядя, как та складывает пышки в корзину, присыпая их сладкой пудрой.

– Со Стешкой в больницу пойду, навещу хворых. Хоть кто-то в этом доме сердечный да отзывчивый, – поделилась Лукерья.

– Да вы же первая Елену Александровну на дух не переносили за ее нравы. А теперь, выходит, я злодей? – изумился Митя.

– Она женщина с норовом. Но одинокая и болезная. И ежели думаешь, что я о твоих выходках, господин маг, ничего не знаю, то ошибаешься. И сразу скажу, еще раз учудишь такое, не погляжу, что за главного, получишь по первое число. – Кухарка, поджав губы, прошла мимо Мити.

– Как сговорились, – поделился маг с Егором, и тот лишь пожал плечами, мол, женщины, что с них взять.

На пороге Митя догнал Стешу:

– Послушай. Давай ты поскорее обернешься, да приезжай в контору, надо бы поискать в книгах кое-что по делу, зацепка появилась.

– Вот сам и поищи, а то командовать каждый горазд, – отрезала ведьма.

– И поищу, – согласился маг. – Только ты потом уж мне не пеняй, что без твоего ведома что-то делаю или к кому-то хожу.

– И не подумаю, – заверила его Стешка.

Вместе с Лукерьей Ильиничной они уехали в бричке. Егор отправился на работу пешком. А Митя, выгуляв Добряка, нырнул сквозь портал в департамент.

Захар уже был тут. Сидя за своей конторкой, он осторожно дул на блюдце с чаем и пил его вприкуску с ватрушкой. Заметив мага, он вскочил и поклонился:

– Здравы будьте, господин маг.

– И тебе утро доброе, – отозвался Митя. – Ты, будь добр, скажи жалобщикам, что нонче не приемный день. Дел у меня много.

– Обязательно, – кивнул денщик. – Может, кофею изволите?

– Нет, спасибо. Лучше скажи, Елена Александровна в беседах не упоминала, что уже бывала в Крещенске?

– Да вроде нет, – Захар почесал бороду, – такого не припомню, господин маг.

– Может, приходил к ней кто не по делу?

– Не знаю, разве что тот мальчонка, которого вы тогда поутру нашли, вот его видел разок. Но не тут, а у конторы. Елена Александровна, добрая душа, ему мелкую монетку дала, на пропитание, значится. – Денщик перекрестился. – Дай бог ей здоровьица.

– Вот как, – прищурился маг, – точно помнишь, что именно этот малец был, а не какой другой?

– У меня глаз-алмаз, – денщик погрозил пальцем. – Так что, раз увидел, ужо не спутаю.

– Интересно, очень интересно, – пробормотал Митя. – Что ж, для всех я занят, сам меня тоже не тревожь.

– Буде сделано, – пообещал денщик, и Митя быстрым шагом направился к себе.

Скинув сюртук и цилиндр, он принялся листать книги. Идея с Цветком Безумия со вчерашнего дня не давала покоя. И хотя старый иудей сказал, что это лишь легенда, но и слова Лебедевой о легендарном артефакте не могли быть пустым звуком.

Безусловно, шанс, что столь редкий артефакт появится именно тут, в Крещенске, был крайне мал. И все же, отчего нет? История знает много случаев, когда магические или околомагические вещи появлялись там, где их быть никак не могло.

Опять же, совпадение ли, что волшебница знала о цветке, что травит воду, доводя людей до безумия, и то же самое сумасшествие захлестнуло город? Может, пора обратиться в столицу? Написать рапорт, подать честь по чести, объяснить ситуацию да запросить помощь?

Митя поглядел в окно, за которым текла привычная жизнь. Покамест не все горожане сошли с ума и улицы не затопил хаос. Значит, стоило потрудиться своими силами.

Открыв очередной фолиант, он принялся искать информацию о цветке.

– А ну куда, куда прешь! Говорю, не принимает господин маг. Ах ты ж паразит, стой! – раздался крик Захара. В тот же миг дверь отворилась, и на пороге появился журналист.

– Я пытался его становить, господин маг, ей-богу! – выдохнул денщик.

– Все хорошо, Захар. Я сам разберусь. – Маг взглянул на нежданного гостя.

Приподняв кепи, Геннадий Александрович провел рукой по волосам и, вернув ее на место, спросил:

– Не хотите ли дать пояснения нашей газете, Дмитрий Тихонович?

– По какому поводу? – холодно ответил маг, закрывая книгу.

– По тому самому, что вы или дурак, или вредитель, – огорошил его писака.