Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Матео остался у машины, положив палец на спусковой крючок. Он медленно поворачивался вокруг своей оси, сканируя каждое окно, каждую тень, каждый темный проем. Ему не нравилась эта тишина. Она была слишком глубокой. Слишком… голодной.

Ветер шевельнул скрипучую вывеску над входом в салун. Скрип-скрип. Звук прозвучал как предупреждение, которое никто, кроме проводника, не захотел услышать.

Матео стоял в тени «Субурбана», спасаясь от безжалостного солнца, и неторопливо крутил в пальцах сигарету. Он не курил уже полчаса, экономя пачку, но дым помогал думать. А думать было о чем.

Двадцать тысяч долларов. Плюс еще десять, обещанные этим богатеньким щенком за «эксклюзив». Тридцать кусков зеленью. В прежние времена это была бы просто хорошая сумма, цена подержанного пикапа и пары месяцев безбедной жизни. Сейчас же это было состояние. Билет в новую жизнь.

Казалось бы, парадокс. Соединенных Штатов Америки больше не существовало. Вашингтон молчал, Нью-Йорк был радиоактивным пеплом, а Калифорния превратилась в выжженную пустошь, кишащую мертвецами. Но доллар… Доллар по-прежнему правил миром, по крайней мере, той его частью, что говорила по-испански и жила к югу от Стены.

В Мексике, раздираемой внутренними противоречиями, где картели стали новой аристократией, а армия, единственным законом, зеленая бумажка с портретом Франклина ценилась выше золота. Песо рухнул в бездну в первые же недели эпидемии. А доллар остался. Он стал конечным ресурсом. Больше никто не печатал эти бумажки, ФРС была уничтожена. А то, что нельзя напечатать, всегда растет в цене. За эти деньги Матео мог купить своей семье пропуск в «Зеленую зону» Мехико-Сити, где, по слухам, уже разворачивали производство русской вакцины и где было электричество двадцать четыре часа в сутки.

Он глубоко затянулся, выпуская струю сизого дыма в раскаленный воздух. Взгляд его скользнул по пустой, занесенной песком площади Кампо. Тишина давила. Она напоминала ему август прошлого года. Самое начало.

Тогда Матео служил в пограничном спецназе. Он помнил ту ночь, когда поток беженцев с севера превратился в цунами. Американцы, гордые, уверенные в своей неприкосновенности, ломились через границу на своих дорогих машинах, требуя убежища. Они не верили, что их, хозяев мира, могут не пустить.

«Это была бойня», — вспомнил Матео, глядя на выцветшую вывеску магазина.

Армия США, великая и непобедимая, развалилась изнутри. Солдаты дезертировали, чтобы спасать свои семьи, или сами обращались в монстров прямо на постах. А мексиканская армия стояла насмерть. Приказ был прост, «Никого не впускать. Огонь на поражение». И они стреляли. Стреляли по «Кадиллакам» и «Фордам», по женщинам и детям, бегущим к колючей проволоке. Потому что среди бегущих были зараженные.

Матео помнил, как горели джипы Национальной гвардии США, пытавшиеся прорвать кордон с боем. Раньше, в старом мире, один американский авианосец мог стереть Мексику в порошок. Но в войне с вирусом авианосцы были бесполезны. Мексика выжила благодаря жестокости, к которой ее народ привык за десятилетия войн наркокартелей. Они просто умели убивать без колебаний. А американцы… они слишком долго жили в комфорте.

«Говорят же, на севере кто-то выжил», — подумалось ему, вспоминая разговоры в баре Тихуаны.

Слухи ходили разные. Кто-то говорил про Анклав в Скалистых горах. Кто-то про новое правительство ближе к канадской границе, которое, якобы, начало наводить порядок и даже восстановило связь с русскими и китайцами. Но для Матео, стоящего здесь, в пекле калифорнийской пустыни, это было так же далеко и нереально, как база на Луне. Здесь и сейчас были только жара, пыль и смерть.

Пока проводник предавался мрачным воспоминаниям, его подопечные разбрелись по площади. Им было скучно, и страх, сковывавший их полчаса назад, уступил место глупому, детскому любопытству.

Стивен, закинув руку на плечо Джессике, уверенно шагал к боковой улочке за зданием почты.

— Спорим, в том доме есть сейф? — болтал он, указывая на полуразрушенное строение. — У этих деревенщин всегда есть заначки. Золотишко, старые монеты…

— Стив, ты невыносим, — хихикала Джессика, поправляя лямку купальника. — Тебе мало денег папы?

— Это трофеи, детка! Сувениры из зоны отчуждения.

За ними, тяжело дыша и вытирая пунцовое лицо бумажным полотенцем, плелся Питер. Его лишний вес в такую погоду оказался настоящим проклятием. Пот заливал очки, рубашка прилипла к телу, и каждый шаг давался с трудом.

— Ребята, может, не будем далеко отходить? — просипел он. — Матео сказал…

— Да пошел этот Матео, — отмахнулся Стивен. — Он просто набивает цену.

Они завернули за угол кирпичного здания. Здесь, в тени, на асфальте лежало нечто.

Это был труп. Вернее, то, что от него осталось после года под калифорнийским солнцем. Высохшая, мумифицированная оболочка человека, одетая в истлевшие джинсы и футболку с логотипом какой-то рок-группы. Кожа напоминала старый пергамент, туго обтягивающий череп. Глаза отсутствовали. Пустые глазницы смотрели в небо.

— О, гляньте! — оживился Стивен. — Местный житель отдыхает.

Он обошел тело кругом, брезгливо сморщив нос, хотя запаха почти не было. Всё, что могло гнить, давно сгнило или высохло.

— Джесс, сними меня, — потребовал парень, доставая свой телефон и передавая его девушке. — Хочу фото для обложки видео. Типа «Я покоритель Пустоши».

Джессика послушно взяла смартфон, выбирая ракурс.

— Встань так, чтобы солнце падало слева, — скомандовала она.

Стивен ухмыльнулся, поправил солнечные очки и, приняв картинную позу завоевателя, поставил ногу в дорогом ботинке прямо на грудь мертвеца. В правой руке он сжимал пистолет, направив его в сторону невидимого врага.

— Давай! Снимай! — крикнул он. — Сделай так, чтобы я выглядел круто!

Джессика нажала на кнопку затвора.

В этот момент «мумия» под ногой Стивена дернулась. Это было невозможно, противоестественно. Тело, выглядевшее абсолютно мертвым и высохшим, вдруг наполнилось судорожной, скрипучей энергией. Голова мертвеца резко вывернулась под неестественным углом, шея хрустнула, словно ломаясь, и челюсти, лишенные губ, с сухим щелчком сомкнулись. Зомби вцепился зубами прямо в носок ботинка Стивена.

— А-а-а! — заорал парень, от неожиданности и ужаса теряя равновесие.

Он попытался отдернуть ногу, но хватка мертвеца была железной. Это был тот самый феномен «спячки», о котором говорил Матео. В состоянии покоя вирус замедлял метаболизм почти до нуля, превращая носителя в подобие камня, но стоило потревожить его, и механизм запускался мгновенно.

Стивен упал на задницу, продолжая дрыгать ногой. Зомби, не разжимая зубов, потянулся за ним, скребя сухими когтями по асфальту. Он был легким, высохшим, но дьявольски сильным.

— Отцепите его! — визжал Стивен, пытаясь бить тварь второй ногой, но попадая лишь