Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

class="p1">Она была убеждена, что никогда не устанет от этих ощущений и от него, никогда не ощутит его проникновения настолько глубоко, чтобы они полностью утолили ее потребность в нем. Их души были единым целым и умоляли о таком же слиянии их тела. И самым близким исполнением этой потребности был акт плотской любви, и ему предстояло продолжаться – он должен был продолжаться, пока от них не останутся лишь воспоминания. Пока в воспоминания не превратится весь мир.

Так и продолжалось утро. И хотя Лорен опоздала на занятия, она об этом не жалела.

Ничуть.

62

– Смотри, куда идешь, полумертвячка!

Если бы не события последних четырех месяцев, Лорен Калла, услышав такое, сразу бросилась бы за двери Ангелтинской магической академии.

Но теперь она лишь закинула ремень сумки с учебниками на плечо и повернулась к вервольфу, который толкнул ее в переполненном коридоре.

Пригвоздив его к месту холодным взглядом, она мило улыбнулась и произнесла таким же милым голосом:

– Для того, чтобы вести себя как придурок, у тебя есть целая вечность. Так почему бы тебе не взять выходной?

Вольф слишком удивился, чтобы что-то ответить. Он уставился на Лорен, хватая ртом воздух как рыба и вытаращив огненные глаза.

Лорен подняла бровь, с удовольствием отмечая, что за ними наблюдают все студенты, оказавшиеся поблизости.

Стоящая рядом с ней Даллаc фыркнула, увидев, как вольф круто поворачивается и улепетывает в толпу, будто увидел призрак, а его сумка, словно подгоняя, бьет его в спину. Насмешливый шепот сопровождал его по пятам, несколько студентов улыбками дали Лорен понять, что они одобряют ее.

Сабрина захихикала, прижимая к губам медово-смуглую ладонь.

– Надо было еще долбануть его силой Источника, – шепотом посоветовала Сабрина, пока они продолжали пробираться в толпе к выходу из корпуса.

– Еще успеется, – шутливо отозвалась Лорен.

Но Лорен не знала, представится ли еще подобный случай. Она истратила желание, которое могла загадать Темпусу Лжецу, и с самых Календ ни разу не ощущала прилив силы – с тех пор, как своей аурой вернула Дарьена к жизни и защитила город от взрыва. Впрочем, и в годы, предшествующие взрыву Источника, силы в себе она не чувствовала.

Однако несколько раз за последние пару дней, когда она пыталась дотянуться до таинственного уголка у нее внутри, когда ей не спалось ночью, она не находила там ничего, кроме странной и тягостной пустоты, какую прежде никогда не чувствовала. Казалось, кто-то лишил ее чего-то важного, оставив ее внутри полой и хрупкой.

Как только до Красного Барона дошли известия о бессмысленных обвинениях, предъявленных его жене, Таэгу немедленно отпустили на свободу. Ее помиловал сам император, извинившись при этом за… ошибку, которую допустили блюстители закона, задержав ее. У Лорен сложилось впечатление, что император хоть и открыл двери камеры Таэги, но при этом поместил ее в иную – и потенциально худшую – клетку своего рода. Но это если слова Каланты об императорских планах что-нибудь да значили.

Лорен оставалось лишь надеяться, что все кончилось – благополучно и полностью. Что наконец можно забыть обо всем и вернуться к привычной жизни. И что когда-нибудь она сможет выйти из дома, не ощущая на шее вес талисмана Авертера и не оглядываясь то и дело через плечо.

Именно домой она сейчас и собиралась, осталось только уложить вещи.

Подруги приблизились к зеркальному входу в общежитие Дома Соли, где прошли сквозь дрожащее от магии стекло и направились к себе в комнату.

Лорен закончила сборы, откинула волосы за спину и с чемоданом в руке повернулась к Даллас и Сабрине, еще собирающим вещи.

– Вы сейчас в Адские Врата?

– Попозже, – ответила Даллас. – У меня свидание с парнем.

Лорен вскинула брови.

– С парнем?

Даллас хлопнула пузырем из жвачки.

– Оказывается, общение с Максом мне нравится больше, чем просто его член.

Лорен поперхнулась смехом.

А у Сабрины, которая уже застегивала молнию на своем чемодане, спросила:

– А как ты? – Она бросила взгляд на стопку книг на тумбочке у кровати Саб. – Тебе надо заниматься?

– Учеба подождет, – заявила полувольфица, когда они покидали Дом Соли. – Вообще-то я занята.

Даллас усмехнулась.

– Неужто Логан наконец уговорил тебя встречаться с ним?

– Последний раз повторяю, – надулась Сабрина. – Мы просто друзья.

Но ее щеки вспыхнули, и Лорен поняла, что Даллас уловила ложь в словах их подруги так же отчетливо, как и она.

Даллас отмахнулась.

– Ну да, ну да.

Хризанта наконец вернулась домой и уже успела исцелиться. С Логаном она встретилась вскоре после того, как город был восстановлен при повороте времени вспять.

Лорен задумалась об Эмилии, дочери Каланты и наследнице Кровавой Розы. Каким было ее отношение ко всему случившемуся? Она поддерживала мать в ее злодейских планах только потому, что ей пришлось, или же она верила в них?

Вспоминала Лорен и о самой Каланте, размышляя, где бы она могла быть. Возможно, ждет своего шанса нанести удар, если обратный ход времени пощадил ей жизнь? А император – намерен ли он отомстить Лорен и Дьяволам за сорванные планы строительства идеального мира, каким он ему представлялся?

Она заставила себя дышать глубоко и ровно. Обо всем этом можно подумать в другой раз. Главное, что они все живы, и это настоящий дар.

Каждый день – это и есть дар.

Они не успели дойти до лестницы, сбегающей в холл, когда Даллас остановилась просмотреть сообщения. Потом сунула телефон в сумку, бросилась к подругам и поцеловала каждую в щеку.

– Макс торопит меня, говорит, а то пропустим премьеру «Клыкабельно!». Пока-пока, неудачницы! – Она ринулась в конец коридора и исчезла на расходящейся в обе стороны лестнице.

Сабрина удивленно вскинула ровные дуги бровей.

– Прогуляемся? – спросила она у Лорен.

Лорен взяла ее под руку.

– Всегда пожалуйста!

В прорехи облаков выглядывало януарийское солнце. Дождь кончился, но в воздухе еще висела влажная дымка, а мокрый тротуар был усеян голубоватыми лепестками жакаранды.

У Лорен екнуло в животе в тот момент, когда она заметила машину Дарьена, припаркованную на стоянке у изогнутого бордюра. Лепестки осыпали ее, отражаясь в глянцевой черной поверхности. От этой машины она когда-то убегала. И от Дьявола, который теперь был ее ангелом-хранителем. Последние несколько дней они едва могли оторваться друг от друга – с тех пор, как наконец разрядили атмосферу между собой, как когда-то назвала это Даллас, – и новизна еще не истерлась. В том, что Дарьен никогда ей не надоест, Лорен была уверена.

Сдерживая улыбку, она попрощалась с Сабриной и уже направлялась туда, где в машине, сотрясающейся от гулких