Газлайтер - Григорий Володин

Змейка срывается вниз.

— Фа-ааак! — короткое шипение.

Она летит, делает кульбит в воздухе и приземляется на лапы. Паук бросается к хищнице.

Ну вот, и прошли незаметно. Я вскидываю руку — бросаю пси-копьё!

Чистый импульс псионики вонзается в центр тела твари. Паук взвизгивает — высокий, резкий, осмысленный визг. Значит, болевые ощущения он испытывает, даже если болевых рецепторов и нет.

Ладно, попробуем другое.

Пламя вырывается из моей ладони. Оно вспарывает мрак. Головы у твари нет, но я бью туда, где она должна быть. Паук дёргается, снова визжит, потом бешено мчится в сторону.

Одна из его лап с размаху задевает Гюрзу. Защитный артефакт, вспыхнув, уберёг, но леди подкидывает — она крутится в воздухе, как юла.

— Ловлю! — Я бросаюсь вперёд — и правда ловлю её в полёте. Приземляюсь на одно колено, гася инерцию, почти выворачиваю спину. Но успел ведь.

Отпускаю вытаращившуюся на меня леди.

— Ой, спасибо.

Пока паук не наделал делов, я кастую некротику. Некротический импульс вонзается в грудь паука — и он падает навзничь. Паука рвёт изнутри. Он содрогается ещё раз, лапы дёргаются, потом обмякают. И он распадается прямо на глазах. Интересно: паук состоит из уплотнённой Тьмы, но всё равно боится некротику — а значит, он живой.

Я поднимаю Гюрзу на ноги. Она дышит тяжело, глаза расширены.

— Надеюсь, больше такие не встретятся, — выдыхает она. — Хотя кто ж знает, кто нам вообще здесь попадётся…

— На самом деле предположить совсем даже несложно, — уверенно отвечаю я.

— Неужели, король Данила? — не верит мне леди.

— Конечно. Ведь впереди кричали явно люди.

* * *

Остров Некромантии, Та Сторона

В просторном зале с потускневшими фресками на стенах, изображающими сцены древних ритуалов, король Острова Некромантов валялся на диване и азартно щёлкал по кнопкам портативной приставки. Игру для него достали у Вещих-Филиновых — как и многие другие товары. Графика была примитивной, но не для этого мира, не привыкшего к технологиям. да и убивать пиксельных паладинов доставляло вполне реальное удовольствие некроманту.

— Сдохни! Сдохни! Чертов паладин! — орал в экстазе король. — Ай, нет! Не бей сюда…!

Перед диваном встал зашедший глава службы безопасности. Он преданно ждал, пока король не проиграл очередной раунд и не отложил приставку с тихим:

— Да чтоб тебя костяные псы сожрали…

— Ваше Величество, — заговорил наконец глава службы. — Поздно ночью было зафиксировано несанкционированное неопознанное проникновение.

Король поднял бровь:

— Проникновение куда? На мой Остров что ли?

Глава СБ покачал головой:

— Не на сам остров. Под него. Под землю в районе, где расположен Лабиринт Первозданной Тьмы. Похоже, кого-то туда перенесло.

Король моментально изменился в лице. Недоверчиво прищурился.

— Узнать немедленно кого еще туда занесло! Нам только этого не хватало — в разгар подготовки к войне с Боевым Материком, чтобы у нас под брюхом шныряли какие-то диверсанты и шпионы!

Глава службы безопасности молча кивнул, но тут же добавил:

— Боюсь, выполнить ваше поручение будет проблематично, Ваше Величество… Из Лабиринта ещё никто не возвращался. Там все накрыл Всплеск Первозданной Тьмы. Потому Лабиринт и используется у нас, как место казни. Помните, туда отправляются все преступники?

— Да помню-помню.

— Мы вряд ли сможем вытащить тех, кто туда попал. Или даже отследить их.

Король хмыкнул. Посмотрел на выключенный экран приставки и с раздражением отбросило ее в сторону.

— Гребаные паладины… — дернулся он. — Что же до этого Лабиринта — никто ведь до сих пор и не пытался туда попасть ни разу. И неспроста именно сейчас кто-то ломанулся. Нельзя упускать этот момент, а то потом будем удивляться, что у нас всё через череп.

— Я предлагаю просто держать на контроле, Ваше Величество.

Король встал, потянулся, поправил футболку с расплывшимся зомби и зевнул.

— Ладно. Начинай наблюдение. Если кто-то вылезет — я хочу знать об этом первым.

Он взял приставку обратно, включил игру и, не глядя, добавил:

— И да… если это паладины — жечь без предупреждения.

* * *

Мы продолжаем двигаться вперёд. Туннель словно вырезается сам собой в материи Первозданного Мрака — я всё ещё поддерживаю Преобразование, и оно буквально высвечивает пространство из темноты. Стены вокруг гладкие, как чёрный воск, потолок давит.

С каждой сотней метров в одной из стен начинают появляться прямоугольные углубления с табличками. Надгробия. Или, скорее, ящики — вытянутые, без излишеств, будто аккуратно вмонтированные в стену.

Я с интересом рассматриваю таблички и передаю по мыслеречи Гюрзе и Змейке:

— Похоже, нас занесло в склеп. Или в какую-то древнюю гробницу.

Горгоне-то пофиг вообще, а вот Гюрза загрузилась прямо. А вскоре из темноты вообще выпрыгивает толпа скелетов. Откуда нежить тут взялась — та ещё загадка.

Скелеты ещё и агрессивные — сразу драться лезут.

Я встаю перед Гюрзой, заслоняя её собой, и слева мелькает силуэт Змейки — она резко кидается вперёд, с прыжка уходит в вращение, и её когти срубают скелетов с точностью и скоростью, достойной боевой машины, проходясь по плечам, черепам, рёбрам, разрезая их, как сухую траву под косой, и с хищной грацией продолжает кружиться, разрывая врагов в беззвучном танце смерти.

Я же просто обрушиваю Каменный град в дальние ряды. Лавину камней скелеты уже не переживают, и те, что не были разорваны Змейкой, с треском сыпятся на пол, как снопы сухих веток. Кости разлетаются, звонко стучат по чёрному камню. Несколько черепов скатываются ко мне под ноги, и я спокойно их отпинываю в сторону. Просто не хочу споткнуться при ходьбе.

За спиной раздаётся голос Гюрзы — уже вслух, дрожащим, непонимающим тоном:

— Нежить?.. Это странно. Очень странно. В Первозданном Мраке такого быть не должно.

Я согласно киваю:

— Значит, с нами по соседству устроились некроманты. Интересно, кто их здесь поселил.

Мы идём дальше.

А знаете, я рад. Раз где-то здесь бродят некроманты, значит, они сюда попали из населённого мира. То есть я не ошибся, и мы, правда, во Всплеске гуляем. Решил сообщить Лакомке, чтобы порадовалась и ждала меня скоро назад.

Следующими, кого мы встречаем, оказываются люди. Если их вообще ещё можно так называть. Бледные, заросшие, измазанные в крови и грязи.

На головах у них — настоящие черепа, надетые как шлемы. В одежде — куртки и балахоны, в которые вручную вшиты кости: рёбра, фаланги, обломки челюстей. Некоторые