Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Следующие недели прошли в интенсивной работе. Составляли списки податей, распределяли военные обязательства, назначали представителей в центральную администрацию.

— Получается что-то вроде федерации, — заметил Якун, изучая проекты документов. — Местное самоуправление плюс центральная власть.

— Именно так, — согласился я. — Слишком жёсткая централизация приведёт к восстаниям, слишком слабая — к развалу. Нужен баланс.

— А что, если кто-то из князей передумает? — спросил Мирослав.

— Тогда применим силу, — просто ответил я. — Единство Руси важнее амбиций отдельных правителей.

В мае пришла весть, которой я ожидал. Константин и Юрий Всеволодовичи прислали грамоту с отказом признавать новое великое княжение.

— Они называют тебя самозванцем, — сказал гонец, привёзший послание. — И призывают всех князей не поддаваться на обман.

— Ожидаемо, — пожал я плечами. — А что конкретно предлагают?

— Созвать новый съезд во Владимире и избрать великого князя по старым обычаям.

— То есть одного из них?

— Видимо, да.

— Передай братьям, — сказал я гонцу, — что у них есть месяц на размышление. Либо они признают новый порядок, либо я приду объяснить им лично.

— А если они не согласятся?

— Тогда Владимирская земля получит нового князя. Более сговорчивого.

Гонец поклонился и поспешил восвояси. А я начал готовиться к возможному походу на восток.

— Война с владимирцами — дело серьёзное, — предупредил Мстислав. — У них сильные дружины и крепкие города.

— У меня есть магия, — напомнил я. — После Галича все знают, что она способна сделать.

— Но владимирцы — не орда. Это русские князья, православные христиане. Народ может не понять.

— Народ поймёт, если правильно объяснить, — возразил я. — Речь идёт не о завоевании, а о восстановлении единства.

— А что, если они обратятся за помощью к орде?

— Тогда станут изменниками, — холодно сказал я. — И получат соответствующее наказание.

К концу мая в Смоленск пришёл ответ от владимирских князей. Они не только отказывались признавать моё великое княжение, но и объявляли меня врагом Руси.

— Значит, война, — сказал Мирослав, выслушав содержание грамоты.

— Значит, война, — согласился я. — Готовь армию. Через неделю выступаем на Владимир.

— Сколько людей брать?

— Десять тысяч. Должно хватить для убеждения упрямцев.

— А что, если они заперутся в городе?

— Тогда покажем им, что каменные стены не спасают от огня.

Поход на Владимир стал первым военным действием нового великого княжения. Армия шла не как завоевательная орда, а как сила восстановления законности.

Но об этом походе — в следующий раз. Сейчас же главное было сделано — Русь получила нового великого князя, способного объединить разрозненные земли.

* * *

ТГ АВТОРА

https://t. me/GRAYSONINFERNO

Глава 3

Армия нового великого княжения выступила из Смоленска в первых числах июня. Десять тысяч воинов — половина моей дружины, литовские наёмники, эстонские лучники, ливонские рыцари и ополчение союзных князей. Внушительная сила, способная решить любую политическую проблему.

— Как думаешь, сколько времени потребуется на покорение Владимира? — спросил Мирослав, ехавший рядом со мной во главе колонны.

— Зависит от того, насколько братья Всеволодовичи упрямы, — ответил я. — Если поймут ситуацию сразу — несколько дней. Если будут сопротивляться до конца — несколько недель.

— А что с местным населением? Они же русские, православные.

— Местное население пострадать не должно. Мы идём не завоёвывать, а восстанавливать законность. Кто подчинится новому порядку — останется невредимым.

— А кто не подчинится?

— Получит урок, который запомнит надолго, — мрачно ответил я.

Путь до владимирских земель занял неделю. Шли не торопясь, давая возможность вестям о нашем походе опередить армию. Хотелось, чтобы Константин и Юрий успели осознать безнадёжность сопротивления.

На границе владимирских земель нас ждал сюрприз. Небольшой отряд — человек двести — выступил навстречу с парламентёрским знаменем.

— Кто там? — спросил я разведчика.

— Боярин Семён Жирославич, воевода князя Юрия. Просит переговоров.

— Пусть подъезжает.

Семён Жирославич оказался пожилым воином с седой бородой и умными глазами. Он спешился и поклонился мне, но без раболепства.

— Князь Виктор, — сказал он, — князья Константин и Юрий просят отложить военные действия. Они готовы к переговорам.

— О чём переговариваться? — холодно спросил я. — Вопрос ясен — либо они признают новый порядок, либо получают нового князя.

— Князья хотели бы обсудить условия подчинения, — осторожно сказал боярин.

— Условия простые. Полное признание моего великого княжения, участие в общей обороне, единая внешняя политика. Взамен — сохранение местного управления и древних привилегий.

— А что с титулами? Константин Всеволодович считает себя великим князем владимирским.

— Может считать себя кем угодно, — пожал я плечами. — Но подчиняться будет мне.

— Это… это может быть сложно принять.

— Тогда не принимайте. Объясню силой.

Семён Жирославич поклонился и поехал обратно. А я приказал продолжать движение к Владимиру.

— Похоже, они ещё надеются договориться, — заметил Войтех.

— Напрасно надеются, — ответил я. — Время переговоров прошло. Теперь говорят мечи.

На следующий день разведчики донесли — владимирские князья собирают ополчение. К Владимиру стягиваются отряды из Суздаля, Ростова, Ярославля и других городов.

— Сколько они могут выставить? — спросил я.

— Тысяч семь-восемь, не больше, — ответил старший разведчик. — Но это будут местные воины, знающие каждый камень.

— А что с укреплениями Владимира?

— Город хорошо укреплён. Высокие стены, глубокие рвы, много башен. С наскока не возьмёшь.

— Посмотрим, — загадочно сказал я.

К Владимиру мы подошли в середине июня. Древний город встретил нас закрытыми воротами и ощетинившимися стенами. На башнях развевались владимирские знамёна, в бойницах поблёскивали наконечники стрел.

— Красивый город, — сказал Конрад фон Вольфенбург, изучая укрепления. — Жаль, если придётся его штурмовать.

— Не жаль, — возразил я. — Красота без покорности — ничто.

Я приказал разбить лагерь в пределах видимости городских стен, но вне досягаемости стрел. Хотелось дать защитникам время подумать над безнадёжностью их положения.

К вечеру из города выехала делегация во главе с самим Юрием Всеволодовичем. Владимирский князь был мужчиной средних лет, с волевым лицом и гордой осанкой.

— Виктор Ростиславич, — сказал он, не слезая с коня, — зачем ты пришёл в наши земли с мечом?

— Затем, чтобы восстановить единство Руси, — ответил я. —