Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

В Варене войско задержалось на два дня. Виктор назначил наместником одного из своих бояр — Мстислава Храброго, опытного воина и справедливого судью. Ему в помощь дали дюжину русских дружинников и местного толмача.

— Суди по правде, — наставлял князь нового наместника. — Не обижай местный народ, но и своих не давай в обиду. Налоги собирай умеренные — пока люди к новым порядкам не привыкнут.

Следующим был Тракай — гораздо больший город, стоявший на берегу озера. Здесь уже ждали русское войско. Витенис заранее послал гонцов, и местные князьки собрались для встречи с новым правителем.

Въезд в Тракай стал настоящим торжеством. Жители украсили улицы еловыми ветками, девушки бросали под ноги коней цветы, старики выносили хлеб и соль. Виктор ехал по главной улице, принимая приветствия подданных.

В городском замке был устроен пир. Литовские князья и старейшины сидели за длинными столами, уставленными жареным мясом, медом и пивом. Виктор сидел в центре, по правую руку от него — Витенис, по левую — псковский боярин Твердислав.

— Говори им, Витенис, — сказал Виктор, поднимаясь с кубком в руке. — Отныне мы один народ. Кто служит верно — будет награжден. Кто творит зло — будет наказан. Кто нападет на наши земли — будет уничтожен.

Литовцы подняли свои кубки и пили за здоровье нового государя. Но Виктор видел: не все лица выражают радость. Некоторые из младших князей смотрели исподлобья, явно недовольные переменами.

После пира один из них — молодой князь Гедимин — подошел к Виктору.

— Позволь спросить, русский князь, — сказал он через переводчика. — Как будешь ты править землями, где люди говорят на незнакомом тебе языке и молятся незнакомым богам?

Виктор внимательно посмотрел на него. В вопросе слышался вызов.

— А как правил до меня? Мечом и страхом? Я буду править справедливостью. Язык выучу, а до богов мне дела нет — пусть каждый молится, как душе угодно. Главное, чтобы люди жили в мире и достатке.

— А если кто-то из нас захочет остаться независимым?

— Никто не неволит. Кто не хочет быть под моей рукой — может уйти. Но земли останутся здесь, а новых правителей назначу я.

Гедимин помолчал, обдумывая ответ. Наконец кивнул:

— Понял. Остаюсь и присягаю.

Дальше на север лежали жемайтские земли — дикие, покрытые лесами и болотами. Здесь не было больших городов, только укрепленные поселки и разбросанные по лесам хутора. Местные жители — жемайты — слыли воинственным и независимым народом.

Нариманд вел войско знакомыми тропами к главному жемайтскому городищу — Шауляю. Путь занял три дня по лесным дорогам, где с трудом могли разойтись две телеги.

Шауляй встретил их настороженно. Городище стояло на высоком холме, окруженное мощными валами и частоколом. У ворот собрались вооруженные мужчины с копьями и топорами. Их вел седой воин в медвежьей шкуре.

— Это Жирмунд, — объяснил Нариманд. — Самый уважаемый среди жемайтов воевода. Если он признает твою власть, остальные тоже признают.

Виктор подъехал ближе. Жирмунд что-то сказал на своем языке, и в голосе его слышались гордость и вызов.

— Что говорит?

— Спрашивает: пришел ли ты завоевывать нас или торговаться? Если завоевывать — пусть знает, что жемайты умеют сражаться. Если торговаться — пусть говорит, что предлагает.

Виктор слез с коня и подошел к Жирмунду вплотную. Старый воин был почти одного с ним роста, и смотрел в глаза не моргая.

— Скажи ему: я пришел ни завоевывать, ни торговаться. Я пришел защищать. Крестоносцы с запада, орда с востока — всем вам грозят. Поодиночке вы погибнете. Вместе со мной — выстоите.

Жирмунд выслушал перевод и медленно кивнул.

— А что потребуешь взамен?

— Верности. И чтобы мои законы соблюдались.

— Покажи силу свою. Тогда поверим.

Виктор отошел на несколько шагов и поднял руку. В воздухе засверкали искры, собираясь в огненный шар. Шар рос, становился ярче, и от него исходил жар, который чувствовали даже стоявшие поодаль воины. Затем Виктор разжал ладонь, и шар исчез.

Жемайты стояли в полной тишине. Наконец Жирмунд заговорил — медленно, торжественно.

— Говорит: такую силу он видел только у богов, — перевел Нариманд. — Если ты не бог, то посланник богов. Жемайты будут служить тебе.

Так же, как в других городах, Виктор назначил наместника, оставил гарнизон, раздал подарки. Но здесь, в лесной глуши, это было особенно важно. Жемайты могли стать либо верными союзниками, либо опасными партизанами. К счастью, демонстрация магической силы произвела нужное впечатление.

Последним пунктом похода стали эстонские земли. Здесь ситуация была сложнее — часть эстов уже находилась под властью Ливонского ордена, а оставшиеся свободные племена жили в постоянном страхе перед крестоносцами.

Главное эстонское городище Тарбату лежало в развалинах — его сожгли рыцари два года назад. Местные жители ютились в лесных землянках, перебиваясь охотой и собирательством.

Когда русское войско появилось на горизонте, эсты сначала разбежались, приняв его за очередной рыцарский отряд. Пришлось долго уговаривать их вернуться, объяснять, кто такие русские и зачем пришли.

Встреча с эстонскими старейшинами произошла в лесу, у священного дуба. Старики в звериных шкурах сидели на земле, с подозрением глядя на чужеземцев.

— Они спрашивают, — переводил один из эстонских воинов, служивших у Виктора, — не обманешь ли ты их, как обманывали рыцари? Те тоже обещали защиту, а потом забрали землю и обратили в рабство.

— Скажи: рыцари служат только золоту. А я служу справедливости. И докажу это делом.

Доказательство не заставило себя ждать. На третий день пребывания в эстонских землях разведчики донесли: с запада движется отряд крестоносцев — около двухсот рыцарей и сержантов. Видимо, в ордене узнали о появлении русских войск и решили разведать обстановку.

Виктор не стал ждать. Выбрав пятьсот лучших воинов, он выступил навстречу рыцарям. Встреча произошла на берегу небольшой речки, впадавшей в Чудское озеро.

Немцы выстроились клином, как любили. Впереди — тяжелая конница в стальных доспехах, за ней — пешие кнехты с арбалетами. Их предводитель, высокий рыцарь с черным крестом на белом плаще, выехал вперед.

— Я комтур Дитрих фон Грюнинген! — крикнул он по-латыни. — Именем магистра ордена требую: убирайтесь с наших земель!

Виктор тоже выехал вперед. Его золоченый доспех ярко блестел на солнце.

— А я Виктор, великий князь всея Руси! И это не ваши земли, а наши! Убирайтесь сами, пока