Обратный отсчет - Токацин

— При мне — ни на кого, — он тяжело качнул головой. — Но я… мало о них знаю. Похоже, это разные особи, — у тебя на станции и в «Вайтроке». Может, та агрессивнее. Или твой Кенен как-то её напугал.

Айзек сердито фыркнул.

— Исключено.

Гедимин открыл было рот, но сообразил, что рассуждает о сармате, которого почти не знает, и непонятно из чего состоящей форме жизни, о которой знает ещё меньше. От нелепости происходящего заныли виски, и ремонтник досадливо сощурился.

— А ты сам говорил с существом? После того, как Гварза… пострадал?

— Нет, — нехотя признался Айзек, и его веки задрожали от смущения. — Не рискнул. Был на станции, проверял, что с альнкитами, но…

Он притронулся к вискам, сейчас прикрытым только лёгким шлемом.

— В тяжёлой броне и со всеми пластинами. Не решился… Ты бы, наверное, смог.

Гедимин пожал плечами. Уже мелькнула шальная мысль — поехать в «Вайтрок» и «познакомиться» с агрессивной особью лично, но тут же вспомнился кордон у проходной и дроны-наблюдатели. «Не пустят. Ладно, реакторы целы, остальное — проблемы Гварзы. Пусть сам успокаивает и договаривается. Мне он не верит, а в живой реактор поверил… zaa hasu!»

— Скажи Гварзе, чтобы в реактор больше не лазил, — Гедимин криво ухмыльнулся. — Атомщик, тоже мне… Если расскажет, что конкретно он делал перед атакой, передай мне, хорошо? Для статистики…

…В «Налвэн» его отвёз Айзек. Можно было задержаться в ангаре до позднего вечера, даже до утра, но работа уже не клеилась. В голове гудело. «Живой реактор,» — повторял сармат про себя, поднимаясь на пустующий «гостиничный» этаж. «Живой и разумный. Отдельная тварь. Целый новый вид. Форма жизни на омикрон- и сигма-квантах… Интересно, Куэнны знают? Если знают — почему не сказали?»

Часть 14

16.08−01.12.18. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

16 августа 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Ещё на проходной Гедимин уловил неясный гул — неподалёку работали огромные дробильные агрегаты, перемалывая урано-ирренциевую руду в мелкую пыль. Рядом с ними грохот оглушал, но звукоизоляция в цехах всё-таки работала — и до ворот доходил почти неслышный звук, слегка надавливающий на уши.

Охранники на проходной, увидев чёрный скафандр, быстро переглянулись, кто-то потянулся к коммутатору, но старший смены после некоторых усилий вспомнил — «а, предупреждали же…» — и Гедимин прошёл под аркой, вытерпел считывающий луч в лицо и через пару минут уже пробирался пустыми узкими коридорами. Их — и помещений с пронумерованными хлипкими дверями — оказалось неожиданно много, — видимо, эта «прослойка» малонужных кладовок и заменяла звукоизоляцию. В коридорах гул дробилок звучал отчётливее, и сармат даже расслышал повторяющийся скрежещущий звук — в одном из барабанов лопнул шар, и теперь его края постепенно стачивались. «Предупредить на проходной,» — поставил Гедимин мысленную пометку. «В цех не полезу. Объясняйся потом…»

— Открыто, — буркнули из-за очередной хлипкой двери на осторожный стук. Сармат поддел пальцем лёгкую створку и заглянул в «лабораторию геологической разведки». Входить пришлось боком, вдоль стены, рискуя врезаться в стол со стационарным анализатором, прикрытый защитным полем стеллаж за ним и кресло, из которого недружелюбно щурился филк. Гедимин ожидал, что «геолог» будет в тяжёлой броне, но Маккензи опять сэкономил — и выделил только лёгкий радиозащитный скафандр чуть потолще рабочего комбинезона и лицевой щиток из кеззиевого рилкара. «Голыми руками в ирренций лезешь?» — едва не брякнул сармат, но вовремя заметил контейнер с меей, в котором лежали серебристые перчатки. «Ну ладно. Мы ещё и не так работали…»

— Чего смотришь? — раздражённо спросил филк. — Давай смарт. Есть данные на пятнадцатое августа.

Гедимин, приподняв пластины над наручным передатчиком, протянул «геологу» руку. Тот поморщился, но приложил сбоку карманный смарт с выдвижным коннектором. Мигали приборы неожиданно долго — то ли сведений было много, то ли формат неудачный.

— Сколько шахт обработал? — спросил Гедимин, глядя на мигающий индикатор. — Две? Три?

— Пятнадцать, — отозвался Амин Рахэйна. — Все действующие.

Гедимин мигнул.

— Образцы здесь? — он кивнул на шкаф. Амин поморщился.

— Всё здесь. Тебе зачем? Будешь… проверять? — он выразительно ухмыльнулся. Гедимин молча спрятал погасший передатчик и протянул руку к шкафу.

Комната была не такой уж тесной — Амин даже нашёл место, куда шарахнуться от вскрытого защитного поля. Барьер, выставленный Гедимином между шкафом и незащищённым филком, нагнал его в углу. Сармат хотел было прибавить «геологу» места — угол получился очень уж тесным — но Амин приглушённо рявкнул из-под поля, и Гедимин, пожав плечами, развернулся к шкафу.

«Чего он шарахается? Тут же на каждом ящике — свой экран,» — мельком удивился сармат и тут же забыл о филке. Шкаф был сверху донизу набит контейнерами для радиоактивных материалов — самого нового образца, из экранирующего рилкара, уже без прокладок из кеззиевой фольги, только с небольшой примесью металла. «На такую мелочь могли бы пустить и новый сплав,» — подумал Гедимин с лёгкой досадой. «Хоть из экономии. Это же не реактор…»

Сквозь защитное поле и прозрачные крышки просматривались фрагменты руды — обломки гранита и базальта, то почти чёрные, то с желтизной или серым блеском. Гедимин скользил взглядом по биркам на ячейках и перечитывал знакомые названия — «Жёлтое озеро», «Лорадо», «Гуннар»… Часть номерных шахт и некоторые штреки были пропущены, — подтопленные, обвалившиеся и заброшенные; образцы изо всех оставшихся в строю были тут. Гедимин тронул передатчик, раскрыл новую папку — часть файлов была текстовой, но один состоял из трёхмерных карт рудников, и Амин уже отметил на них точки забора образцов и снабдил их пояснениями. Гедимин смотрел на карту, на обломки руды, и почти видел — вот жила, проходящая сквозь все горизонты и уходящая ниже самого глубокого, туда, где и уран-то иссякал настолько, что не было смысла туда зарываться; вот прослойка пустой породы; вот узкий «отросток» — ответвление большой жилы, «вильнувшее» вдоль штрека и снова нырнувшее вертикально вниз… Сармат встряхнул головой — наваждение пропало, остались разрозненные точки на карте. «Мало данных,» — напомнил он себе. «Сбор только начат.»

Он, под возмущённое бульканье из угла отодвинув защитное поле, проверил сканером пару образцов, покосился на пометки на карте, — данные расходились на тысячные доли процента. «Хорошее оборудование,» — отметил про себя сармат. «И оператор тоже ничего. Толковый, хоть и филк… И долго он будет сидеть в углу?»

Гедимин