Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

— Согласен, — поддержал меня кавалерист.

— А раз так — прорываемся к Гринделу. Собираемся в кулак и смотрим по ситуации. Если я не ошибся — это уже не моя проблема будет. Пусть король разбирается, почему на территории его королевства войска соседнего государства вассалов его вырезают...

— Если вы не ошиблись, лорд Лоуденхарт, то нас отсюда постараются не выпустить, — мрачно произнес разведчик, и был прав.

Уходить мы решили через холм, где оставили раненых, — если парни еще живы, попробуем вытащить и их тоже. Но для начала нужно было отвлечь степняков, пока мы будем войска перебрасывать, а в идеале пустить им кровь. За дело взялся Бишоп — лихой кавалерийский наскок на вдвое преобладающего по численности противника заставил тем не менее степняков отступить. Как и утверждал кавалерист, они предпочитали закидывать стрелами на расстоянии. Отстреливаясь, они разорвали дистанцию... А когда наши понесли первые потери и отвернули, кинулись за ними.

Марк в это время пока незаметно вывел два десятка лучников и столько же пехотинцев с длинными копьями из леса и схоронил в небольшом овражке. Получив условный сигнал, кавалерия прекратила опасные игры в кошки-мышки и дала деру, уводя противника за собой. Маолинцы восприняли это отступление с энтузиазмом и безрассудно устремились в погоню. И если наши овраг миновали, то на пути противника встали как из-под земли наши «засадные».

Сделанный лучниками чуть ли не в упор совместный залп при поддержке выставленных навстречу атакующим копий получился что надо. Кто не напоролся на остриё, падал со стрелой в тушке. А тут ещё Бишов, развернувшись, добавил маолинцам острых ощущений, добивая отступающих. Хорошо разменялись, пятеро, учитывая двоих кавалеристов, погибших в первые минуты, на пятнадцать степняков... Да только второй раз такое не пройдёт. Всё ещё находясь в численном большинстве, вырвавшиеся из засады конные лучники продолжили брать нас наскоками, более «голову не теряя».

Пришлось срочно ретироваться обратно в лес. Впрочем, задачу свою мы выполнили — основные события должны были начаться с противоположной стороны рощи, где нас дожидались щитоносцы. Не мешкая, мы всеми силами навалились на ощетинившуюся фалангу. Как бы ни были круты эти ребята, но числом они теперь нам уступали нам втрое. Однако даже так они не сплоховали — в ответ на попытку окружить их вражеские командиры построили фалангу в плотное, ощерившееся копьями кольцо. Тут главное будет его прорвать...

Вспомнив свою прошлую попытку, скривился от фантомных болей в голове. Но понимал: если уж не я, то никто. Передо мной стена из щитов, на которых в специальных выемках в три ряда на разной высоте копья лежат. Первый ряд на уровне пояса, второй напротив груди, прометий навесом над плечами. Сцепились так, что, пытаясь одного подвинуть, весь ряд за собой потянешь. Стоит подступиться, по команде впереди стоящего следуют синхронные уколы.

Однако для меня это не препятствие. Проскальзываю между стремящихся проткнуть меня металлических жал, подхожу вплотную и со всей силы наношу удар в нижнюю часть одного из щитов. Кромка, как качеля, поворачивается на руке солдата и бьет его по ногам... Учитывая ту мощь, что я вложил в это движение, двойной перелом, не иначе. В подтверждение этого противник орет от боли.

Теперь он не держит щит, а весит на нем, лишая мобильности своих товарищей. Осознав это собзники пытается на мгновение расцепив строй, утащить подранка внутрь, а мне только этого и надо. Попытка снова сомкнуть ряды захлебывается. Словно берсерк я проскальзываю внутрь и начинаю крутить своим мечем "мельницу смерти». Клинок оплетает меня со всех сторон, прорываюсь внутрь, а за мной идут мои люди. Десять ударов сердца, и я уже в центре их построения. Врагу ничего не остается, как бросать копья и хвататься за короткие мечи.

Жертвуя собой, сразу несколько войнов прыгают вперед, пытаясь если не убить меня, то хотя бы сбить с ног. Вот-вот повторится мой печальный опыт, но Марк на страже. Стрела вонзается в одного из маолинцев, в глазницу второго глубоко входит клинок метательного ножа. А дальше начинается бойня, щиты, что до этого казались неприступным бастионом, становятся обузой. Сражение вдруг разделяется на десяток отдельных стычек... Противник пытается отбиваться, но что толку, когда тебя со всех сторон тупо забивают толпой.

Появляются степняки, однако в кого стрелять в этой общей свалке? Кружась вокруг поля боя, они снова теряют осторожность и получают взбучку. Спрятавшийся за холмом Бишоп, выждав удачный момент, врывается в их строй. Сабли кавалеристов работают беспрестанно. Короткая стычка — десяток безответных смертей... Но степняки тоже воины — знают, за какой конец сабли держаться, они знают, и численное преимущество всё еще на их стороне.

Бишоп трубит отступление, и наша конница разрывает дистанцию, уносится в сторону холма. Степняки следом... Натягивают луки. Залп! Да только падают не наши, а маолинцы. Отряд схоронившихся за холмом стрелков снова «бьет» практически в упор. Дважды за день на одни и те же грабли — врагу не позавидуешь. Остатки конницы противника решили не испытывать судьбу и, перейдя на галоп, устремились в сторону леса. Щитоносцев мы добивали...

Более я себя сдерживать не мог. Отдав приказ отступать в сторону обозов, я забрал одну из потерявших всадника лошадей и устремился на помощь Лин. Рядом пристроились Марк и Яцу. Предчувствия у меня были самые скверные.

Глава 19. Безумный план...

Гриндейл встретил нас трупами. Очень много мертвых тел у частокола. Вперемешку лежали маолинцы, предали-кирасиры и, конечно же, бойцы приписанного к Лин отряда. Никто даже не подумал убирать тела. Рядом с этим побоищем стоял одинокий узкоглазый воин. Простой солдат: меч на поясе, в глазах фанатичный блеск. Обнадеживающее. Если это парламентарий — значит, есть о чем договариваться.

Стоило нам приблизиться, маолинец придирчиво оглядел меня с ног до головы.

— Я буду говорить только с лордом Лоуденхартом, — надвинувшись с места, крикнул он.

Я выступил вперед, спрыгнув с коня.

— Я лорд Лоуденхарт.

— У лорда Лоуденхарта должны быть белые волосы! — упрямился воин, всё-то они знают, сволочи.

— У леди, которую вы захватили, тоже должны были быть белые! — рявкнул я, надеюсь, что угадал.

Тут же маолинец согнулся в спине, низко опустив голову, и громко забубнил.

— Великолепный цветок Му Юн Ляо повелел сообщить лорду Артуру Лоуденхарту, что если в течение двух лун лорд Артур не явится в его резиденцию, то леди Линдсис Лоуденхарт будет умерщвлена,