Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Фридрих Гогенштауфен, последний великий император Средневековья, делал последнюю ставку в игре за будущее Европы.

* * *

Лувр в декабре 1240 года дышал роскошью и властью. В королевских покоях пылали огромные камины, на стенах висели фламандские гобелены, а византийские ковры устилали полы. Людовик IX, король Франции, сидел в своём кабинете и внимательно изучал донесения, поступившие с востока.

Молодому королю — ему недавно исполнилось двадцать шесть — не откажешь было в проницательности. За шесть лет правления он сумел укрепить королевскую власть, усмирить мятежных баронов и значительно пополнить казну. Теперь перед ним открывались новые возможности.

— Маттье, — позвал он своего канцлера.

Маттье де Мирепуа, опытный дипломат и финансист, вошёл в кабинет с папкой документов под мышкой. Этот человек знал цену каждого су в королевской казне и каждого рыцаря в королевской армии.

— Ваше величество?

— Прочитал донесения о делах в Польше и Прибалтике?

— Прочитал, государь. Поразительные события.

Людовик встал и подошёл к карте Европы, висевшей на стене. Его пальцы проследили путь от Смоленска до Балтийского моря — путь побед русского князя.

— Поразительные… да. Но что нам с этого? Вот главный вопрос.

Канцлер раскрыл свою папку:

— Если смотреть с точки зрения торговли, государь, то появление этой новой державы может быть даже выгодно нам. Балтийские порты, контроль над северными торговыми путями…

— Продолжай.

— Наши фландрские города уже отправили туда своих представителей. Сукно, вино, ремесленные изделия — всё это пользуется спросом в землях русского князя. А взамен он предлагает меха, янтарь, воск, мёд.

Людовик кивнул, но лицо его оставалось задумчивым:

— С одной стороны — выгода торговая. С другой — вызов императору. А что говорит папа?

— Его святейшество настаивает на крестовом походе. Уже разослал буллы, собирает десятину с церквей…

— И императору это на руку. Фридрих получает моральное оправдание для войны на востоке, отвлекается от дел итальянских, забывает про споры с курией.

Канцлер понимающе улыбнулся:

— Ваше величество видит глубже поверхности.

— Обязан видеть, — сухо ответил король. — Если Фридрих увязнет в войне с этим русским князем, то мне развязываются руки на западе и юге. Можно подумать об Аквитании, можно вернуть Нормандию…

Людовик прошёлся по кабинету, обдумывая возможности. Каждый ход в большой европейской игре должен был приносить Франции выгоду.

— А что известно об этом Викторе лично? Какой он человек?

Маттье перелистал несколько страниц:

— Донесения противоречивы, государь. Одни называют его чародеем и слугой дьявола. Другие — мудрым правителем и справедливым судьёй. Но все сходятся в одном: он не знает поражений.

— Интересно. А возраст?

— Около тридцати пяти лет. Жена — русская княжна из рода Ростиславичей. Детей пока нет, что, кстати, может создать проблемы с наследованием.

Король остановился у окна. Внизу, во дворе Лувра, тренировались рыцари его гвардии. Блеск доспехов, звон мечей, крики командиров — всё это было знакомо и привычно.

— Знаешь, Маттье, что меня больше всего интригует в этой истории?

— Что именно, государь?

— Скорость его побед. За три года создать такую державу… Это требует не только военного таланта, но и административного гения. А таких людей в Европе единицы.

Канцлер осторожно заметил:

— Быть может, стоило бы завязать с ним отношения? Пока другие готовятся к войне…

— Мысль разумная, — согласился Людовик. — Но рискованная. Если папа узнает, что я тайно переписываюсь с «антихристом»…

— А если не узнает? — хитро улыбнулся Маттье.

Король задумался. Действительно, тайная дипломатия была обычным делом в те времена. А выгоды от союза с новой державой могли быть огромными.

— Предположим, я направлю к нему посла. Неофициально, под видом купца. Что могу предложить?

— Торговое соглашение. Военный союз против императора. Признание его титулов в обмен на признание наших прав на спорные территории.

— А что он может предложить взамен?

Маттье развернул подробную карту:

— Смотрите, государь. Его армии сейчас стоят в нескольких переходах от Чехии и Венгрии. Если он нанесёт удар на юг, то отвлечёт значительные силы императора. А мы тем временем сможем действовать на западе.

Людовик кивнул:

— Логично. Но есть одна проблема. Если этот Виктор настолько силён, как говорят, то не станет ли он через несколько лет угрозой и для нас?

— Возможно, государь. Но это проблема будущего. А сейчас он может быть полезен.

Король вернулся к столу и взял перо:

— Хорошо. Готовь письмо к этому русскому князю. Неофициальное, но дружественное. Предлагаем торговое сотрудничество и… обмен информацией о общих врагах.

— Кого посылать?

— Этьена де Боомона. Он умён, осторожен и говорит на нескольких языках. К тому же формально это будет торговая миссия.

Пока канцлер записывал указания, Людовик продолжал размышлять вслух:

— А теперь о крестовом походе. Официально мы его поддерживаем, конечно. Но участвовать будем… символически.

— В каком смысле, государь?

— Дадим тысячу-другую рыцарей под командованием кого-нибудь из младших принцев. Достаточно, чтобы показать благочестие, но не настолько, чтобы ослабить собственные силы.

— Мудрое решение.

— А пока император воюет на востоке, мы укрепим позиции на западе. Английский король Генрих слаб, бароны недовольны. Самое время вернуть Нормандию.

Маттье поднял голову от документов:

— А если крестовый поход окажется успешным? Если Фридрих победит этого русского князя?

Людовик пожал плечами:

— Тогда мы будем среди победителей. Скажем, что наши рыцари внесли свой вклад в священную войну. А если император проиграет… тем лучше для нас.

— Беспроигрышная стратегия.

— Именно. В большой политике нужно быть готовым к любому исходу.

Король подошёл к сундуку, стоявшему в углу кабинета, и достал оттуда шкатулку с золотыми монетами.

— Кстати, о финансах. Сколько стоит содержание тысячи рыцарей в походе?

Канцлер быстро посчитал:

— Около десяти тысяч ливров в месяц, государь. Доспехи, кони, оружие, провиант…

— А доходы от торговли с новой державой могут составить?

— При удачном стечении обстоятельств — до пятидесяти тысяч ливров в год. Они богаты и нуждаются в наших товарах.

— Выходит, торговля выгоднее войны. Как всегда.

Людовик вернулся к карте и ещё раз внимательно изучил восточные земли:

— Знаешь, Маттье, что меня ещё интересует? Как этот Виктор управляет таким разношёрстным народом. Русские, поляки, литовцы, немцы… Как заставить их всех служить одному господину?

— Донесения говорят о какой-то новой системе управления. Равенство перед законом, религиозная терпимость, справедливое налогообложение…

—