Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

Смотря на её прикушенную губу, я сходил с ума от желания, но не решался прервать этот сокровенный момент. Наконец-то Лин затихла, тяжело дыша и перебирая пальцами шнуровку на моей изорванной рубахе…

— Со мной такое в первый раз... Наяву... — на вдохе, с хрипотцой в голосе прошептала она.

— Со мной тоже… — пробормотал я, не в состоянии оторваться от ее полуобнаженного тела.

И тут ее глаза в изумлении расширились!

— Это что, так каждый раз? — она инстинктивно прижалась еще плотней, и это стало последней каплей.

— Вот и проверим, — выдохнул я, впиваясь губами в ее розовые, покрываются гусиной кожей ареолы, продолжая избавлять девушку от остатков одежды.

Делал я это не спеша, вслушиваясь в ее прерывистое дыхание, ощущая, как ее тонкие пальчики, забравшись под рубашку, скользят по моим рукам и плечам. Уже ничего не мешает лицезреть ее полностью… Восхитительно!

И почему я так долго с этим тянул? Не отрывая взгляда от Лин, я непослушными пальцами начал избавляться от штанов. А та, обычно самоуверенная и резкая, вдруг зарделась, инстинктивно скрестив колени. Подняла руку, намереваясь прикрыть ей грудь, смутилась еще больше, мотнула головой и, сделав над собой усилие, вновь раскрылась.

— Страшненько, — нервно сглотнула она, протягивая ко мне руки.

— Не бойся, я не буду спешить, — пообещал я и даже сдерживал это обещание поначалу.

А потом... Потом она сама виновата — неспешные, аккуратные движения перестали устраивать девушку практически сразу, как она осознала, что всё уже случилось. И тогда страсть и бешеный нрав вновь проявились в ней в полной мере. Не было громких стонов и восклицаний, не было и томного шёпота, теряющего силу при наступлении кульминации... Только бешеный ритм и вторящее ему нарастающее, тяжёлое, срывающееся на хрип дыхание... Когда это заканчивалось, то тут же начиналось заново...

Позже, когда я лежал, пытаясь прийти в себя, пришла мысль, что давненько мне не приходилось «работать» в постели до изнеможения. С тех пор как обзавелся сверхвыносливостью. Улыбаясь этой дурацкой мысли, ощущал себя, словно выжатый лимон… Счастливый выжатый лимон. И, наверно, эта милаха, что чья голова безвольно покоилась на моей груди, единственная женщина, которая может довести меня до такого состояния. Судя по её вечно пылающему, а ныне притухшему взгляду, она тоже была опустошена… Или все же переполнена? Невольно усмехнулся.

— Что будем делать? — задала она вопрос спустя несколько минут.

— Ничего... — мотнул головой я.

— Я не хочу скрываться, словно преступница, — завернувшись в простыню, до самого подбородка, она заглянула мне в глаза.

— И не надо. Плевать, пусть думают, что хотят... А если кого-то это будет волновать, пусть все дружно идут в лес… И сдохнут.

— Представляю, сколь велика будет эта процессия, — рассмеялась Лин я, а потом добавила уже серьезно: — Разве это не может стать проблемой? Церковь...

— К демонам церковь, но даже они делают исключения для древних Александрийских родов, практикующих браки между близкими родственниками.

— Да? — удивилась девушка.

— Да. Когда речь идет о сохранении Сильной крови. А в Ханстве это и вовсе норма. Род Лоуденхартов, конечно, не столь древний, но... Будем ссылаться на это. Одно дело — кувыркаться без причины, другое — продолжение рода.

Лин изучающе посмотрела на меня.

— Звучит как предложение руки и сердца…

— У нас просто нет выхода, если... — продолжал я, но был прерван.

— Ты не ответил на мой вопрос! — прищурившись, Лин провела рукой от моей груди к низу живота и, заставляя меня поторопиться с ответом, сжала, казалось, уже исчерпавший запас сил орган.

Боже, как же я её хочу... Снова. И опять...

— Ты выйдешь за меня замуж? — выпалил я, потянувшись к ней, но получил удар по рукам.

— Ииииеее, — одним плавным движением она сменила позу с «лежа» на «сидя».

Простыня, потеряв опору, свалилась, открывая ее прелести, а она, склонившись надо мной, обожгла мои губы страстным поцелуем. И когда я уже снова готов провалиться в пучину страсти, вдруг остановилась, чтобы спросить:

— А ты меня правда любишь, или это только чтобы законно пользовать?

— Отстань, «заноза», — кажется, я впервые произнес это слово вслух.

Слово, которое, как мне казалось, наилучшим образом описывало эту девчонку, еще с тех пор, как она носила фамилию Паттерн.

— Заноза? — удивленно спросила Лин.

— Ага, застряла — не выдернешь, — у меня вырвался смешок.

Девушка задумалась и вдруг рассмеялась!

— Мне нравится — буду твоей персональной занозой. До конца твоих дней...

— Не угрожай мне, женщина! — в поддельном испуге я отпрянул, после чего получил еще один ошеломляющий поцелуй.

А спустя мгновение почувствовал её руку на давно готовом к бою естестве. Простыня улетела в сторону, а она, приподнявшись на коленях, соблазнительно выгнула спину, заставляя меня застыть в восхищении, и опустилась вниз. Из её рта вырвался томный вздох.

— Готов повторить? — прозвучал мурлычущий голос.

— Всегда не против, — моя попытка ухватить её за озорно вильнувший зад провалилась.

Получив шлепок по пальцам, я замер, ожидая продолжения.

— Руки прочь, лорд Лоуденхарт, леди изволит кататься верхом! Вы же составите ей компанию? — резкое движение её бедер заставило меня задержаться с ответом.

— Всенепременно, леди...

Утро встретило нас множеством многозначительных взглядов. И пусть ни один из втихаря косящихся на нас бойцов моей будущей гвардии не сказал ни слова, но сохранить случившееся в тайне до поры до времени не вышло. Наверное, всему был виной треск кровати, развалившейся под нами, когда мы, распалившись, перешли на галоп…

Не преминул вставить свои пять медяков и Му Юн Ляо, когда мы провожали его на пороге замка:

— Ваше желание сохранить чистоту крови я считаю верным решением. У таких сильных воинов должны рождаться поистине выдающиеся отпрыски.

В его словах не было ни грана ехидства — сказал, что думал на самом деле. Лин, правда, его откровенность не оценила, залившись краской, поспешила покинуть внутренний двор.

— Спасибо за напутствие, но, кажется, вам уже пора, — намекнул я.

— И правда, Лоуденхарт. Ваше общество тоже мне неприятно. Но давайте договоримся — сейчас вы производите впечатление разумного человека, однако, если в этом районе снова станет неспокойно, мы обязательно встретимся, как бы я не желал иного. Постарайтесь не вспоминать о вредной привычке ваших предков грабить проходящие мимо суда.

— И в мыслях