Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

испанский фрегат, что когда-то подобрал и пленил Олега, казался ему теперь рядом с ним просто младшим братом, а их “Тень Кракена” — жалким корытом, которое не то что потопить, даже поцарапать не сможет его. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Но отступать было поздно, нужно теперь воплощать задуманный ими план. Шхуна медленно, на одних нижних парусах, подкралась ближе — встав всего в полумиле от места где он должен был проплыть. Ялик спустили без единого всплеска. Десять человек — Олег, Хэмфри, Диего, Бартоло (он всё-таки пошёл), Бык и остальные — сели в него. Вёсла обмотали тряпками, чтобы не было всплесков. Гребли медленно, почти бесшумно. Дымка над водой помогала: на галеоне их не заметили. Только два фонаря горели на юте и на баке — вахтенные по всей видимости дремали. Ялик мягко ткнулся в корму “Санты-Исабель". Олег первым полез по якорной цепи — руки дрожали, но он лез упрямо. Следом — остальные. На палубу поднялись, как призраки. Двое вахтенных у бизань-мачты даже не успели вскрикнуть. Нож Диего вошёл одному точно под подбородок, Хэмфри перерезал горло второму, одним движением. Кровь хлынула тёплая, сладковатая— этот запах сразу ударил в нос. После того, как на палубе оказались все десять человек, началась настоящая резня без сожаления. Пираты рассыпались по сторонам, как саранча. Сабли, ножи, палаши мелькали в полумраке. Только предсмертные хрипы, бульканье, глухие удары тел о доски. Никто не кричал. Никто не стрелял. Олег шёл первым. Абордажная сабля в руке казалась чужой. Первый испанец — молодой матрос в одной рубахе — выскочил из-за бочки и получил удар в плечо. Сабля вошла неумело, застряла в кости. Олег рванул, выдернул, ударил ещё раз — уже точнее, в шею. Кровь брызнула ему на лицо. Он вытерся рукавом и пошёл дальше. Второй, третий… с каждым разом получалось лучше. Руки уже не дрожали. Он больше не думал “я не могу”. Он просто убивал. Потому что иначе — убьют его людей. Они прочёсывали галеон от носа к корме. Спустились в трюмы. Там, в темноте, где качались гамаки, запахло потом, рвотой и мочой. Кто-то из матросов проснулся и заорал: “¡Piratas!” — и всё, внезапность атаки начала сходить “на нет”, по мере того, как начали просыпаться другие испанцы. Сонные, они вскакивали со своих мест, хватали что попадётся под руку: сабли, ножи, даже табуреты. Рукопашная началась в узких, плохо освещённых коридорах и кубриках. Свет только от фонарей и редких свечей. Но пираты были в одинаковой форме это помогло отличать своих от чужих. Бой кипел везде. На главной палубе уже грохотали пушки “Тени Кракена”: Бартоло, оставшийся там, бил цепными ядрами — мачты галеона начали падать одна за другой с чудовищным треском, паруса рвались, как бумага. Рулевое перо разлетелось в щепки. Корабль потерял ход. Абордажные крючья полетели с шхуны, канаты натянулись, и вторая волна пиратов полезла на борт — уже не тихо, с криками “С нами Кракен!" Запах стоял густой: горький от пороха, сладковатый от крови, горелого дерева, пота и страха. Крики раненых — на испанском, английском, французском — сливались в один вой. Кто-то умирал, хрипя, кто-то звал Бога, кто-то просто орал от боли, когда сабля вспарывала живот. Но в одном месте сопротивление было жёстким. У входа в кормовой трюм — там, где, судя по всему, хранилось главные богатства — выстроилась ровная шеренга. Двадцать вышколенных солдат в форме, с мушкетами и штыками. Они не разбежались, стояли стеной. Первый залп — трое пиратов упали замертво, ещё двое получили ранения. Вторые ряды нападавших бросились вперёд — их встретили штыки. Солдаты работали как на учениях: залп, перезарядка, штык. Ни паники, ни страха. Олег, весь в чужой крови, увидел это сверху, с полуюта. И крикнул боцману:

— Хэмфри! Бери пятерых, спускайся в нижний орудийный дек через разбитый порт! Обойдёте их сзади по трюмному проходу! Я отвлеку их спереди.

Сам тем временем, схватил два горящих, стеклянных фонаря и швырнул их в сторону солдат. Стекло разбилось, горящий жир сразу попал к ним на одежду, строй дрогнул, началась паника, этого стало достаточно, чтобы инициатива перешла к нападавшим.

— Огонь! — заорал Олег.

Пираты дали залп из пистолетов. А через минуту из-за спин солдат выскочили Хэмфри и его пятёрка. Ножи в спины, сабли по шеям. Солдаты падали один за другим. Формирование рассыпалось за тридцать секунд. Олег стоял посреди дыма, сабля в руке дрожала. Вокруг уже добивали последних. Галеон был их. Он посмотрел на восток. Рассвет наконец прорвался сквозь дымку — золотой, кровавый. “Санта-Исабель” теперь полностью принадлежала “Тени Кракена”. Но цена… цена была написана кровью на каждой доске палубы. Олег вытер лицо рукавом и тихо, чтобы никто не услышал, прошептал по русски:

— Мать моя женщина…Нам удалось сделать это!— Под рубашкой одной рукой потирал медальон Элизабет считая, его теперь своим талисманом и оберегом. Но вслух сказал совсем другое — громко, чтобы слышала вся команда:

— “Санта-Исабель" наша, братцы! Грузим всё с неё и уходим. Кракен нас не оставил!

И палуба взорвалась криками победы. Пока основная команда ещё добивала последних испанцев в нижних палубах, Олег с Хэмфри и Диего спустились в главный трюм. Фонари качались в руках, отбрасывая жёлтые круги на груды ящиков. Сначала они нашли серебро. Настоящие слитки, каждый размером с кирпич, тускло блестели в свете фонаря в деревянных, плоских ящиках. Их было больше четырёхсот — почти восемь тонн. Но это было только начало. В соседнем отсеке обнаружили " живой товар”. Двадцать семь человек, прикованных к кольцам в переборке: двенадцать африканцев из Гвинеи, пятеро индейцев с Юкатана и десять европейских пленников — голландцы, французы и один англичанин, взятые в разных рейдах. Их похоже везли на продажу, как скот. Они были измучены, но живы. Олег распорядился, чтобы всех немедленно освободили. Все 27 человек без колебаний присягнули на верность Олегу встав на одно колено попросив взять их в команду. После того, как тот дал своё согласие, трое африканцев — огромные, с ритуальными шрамами на груди — сразу взяли в руки подобранные сабли и встали плечом к плечу с пиратами. Их звали Кваме, Абу и Зуба. К вечеру они уже знали по десятку английских команд и стали частью команды, как и остальные пленники.

В трюмах помимо серебра ещё нашли:

— Двадцать бочек лучшего мадерского вина и хереса.

— Шёлк и парчу — двадцать тюков, яркие, как тропические птицы.

—