Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

— Сундук с изумрудами из Колумбии — необработанные, но размером с грецкий орех.

— Два ящика жемчуга с Панамы.

— И главное — сундук с золотыми монетами: восемь тысяч реалов и несколько сотен дублонов.

Олег спустился в капитанскую каюту, чтобы найти письмо о каком просил его губернатор. Каюта выглядела совсем не так, как он ожидал. Не роскошная, а строгая, почти монашеская. Тёмное красное дерево, полированное до блеска. На стене — распятие из слоновой кости и карта Карибского моря с пометками. Койка узкая, застеленная белым покрывалом. На столе — серебряный чернильный прибор, компас в футляре из черепахового панциря, стопка книг на испанском и латинском. В ящике стола — личные вещи: золотые часы с боем, миниатюрный портрет жены капитана (молодая женщина в чёрном кружеве), несколько писем от детей, связка ключей и маленькая шкатулка с табаком. А под потайной панелью в столе (Диего подсказал, где искать) лежал именно тот пакет, о котором просил губернатор сэр Томас Модифорд ещё перед отплытием. Письмо было запечатано тяжёлой красной сургучной печатью с гербом вице-короля Новой Испании. Пергамент плотный, чуть пожелтевший, сложен вчетверо. Чернила чёрные, ровные, почерк каллиграфический. Олег сломал печать и развернул. Текст был написан на испанском и Диего перевёл его:

“Его Величеству Карлу II, королю Испании.

Секретно.

Вашему Величеству докладываю, что флот “Серебряный караван” выйдет из Картахены 15 июня, 1699 года под охраной трёх галеонов и двух фрегатов. Главный груз — 2400 ящиков серебра и 180 ящиков золота. Маршрут: через Флоридский пролив к Гаване, далее — Кадис. Рекомендую усилить эскадру в Гаване. Да хранит Господь Ваше Величество. Вице-король дон Хуан де ла Крус”. Внизу — приписка от руки: “Копию уничтожить после прочтения”.

Олег свернул письмо и спрятал во внутренний карман рубахи. Это было именно то, что просил губернатор: точные даты и маршрут следующего большого каравана. Цену этой бумажки трудно было переоценить, она равнялась практически всему захваченному ими грузу и даже больше. Если ему удастся привезти это письмо губернатору, то точно может рассчитывать на его благосклонность и щедрое вознаграждение, да и потом получить патент капера было очень соблазнительно, он давала ему возможность легально грабить торговые суда Испании не боясь ответственности, потому что он, как бы служил интересам английской короны. Перегрузка груза заняла почти весь день. Шхуна подошла борт к борту. Абордажные крючья держали их крепко. Матросы работали цепью: ящики серебра поднимали на талях, бочки катили по доскам, тюки шёлка тащили на плечах. Африканцы Кваме и Зуба работали за троих — их мышцы блестели от пота. Бен-юнга носился с вёдрами воды, поил людей. Даже раненые пираты не отлынивали — перевязанные, с окровавленными бинтами, они всё равно тащили добычу. Эмоции у всех были на пределе. Кто-то смеялся до слёз, кто-то плакал от облегчения. Бык, которого ещё вчера пороли, теперь кричал: “Это наш день, братцы! Благодаря капитану Блэквуду!” Диего обнимал Хэмфри, оба хрипло хохотали. Олег стоял на полубаке и смотрел, как его команда превращается в единый механизм. Он чувствовал: сегодня он перестал быть “сопляком в очках”. Он стал капитаном по-настоящему. Каждый взгляд, каждый кивок, каждое “Есть, капитан Блэквуд!” — это было признание и доверие какое выросло за один день так, как не выросло бы за месяц. Когда всё ценное было перетащено (даже пушки с галеона сняли — четыре самых больших карронады), Олег отдал приказ:

— Поджечь. Не оставлять испанцам ни доски.

Бартоло сам спустился в пороховой погреб “Санта-Исабель” и заложил фитиль к бочкам с порохом. Пираты отошли на безопасное расстояние. Через пять минут галеон взорвался и вспыхнул огромным факелом — корпус затрещал сминаясь словно спичечный коробок и начал медленно погружаться, оставляя за собой чёрный дым и круги масла на воде. “Тень Кракена” развернулась и взяла курс на северо-восток — к Порт-Ройалу, с такой добычей можно было возвращаться назад. Но море не собиралось отпускать их так просто. Через четыре часа на горизонте появились паруса. Два испанских пограничных фрегата — лёгкие, быстрые, с красными крестами на флагах. Они шли полным ходом по всей видимости привлечённые чёрным дымом пожара на “Санта-Исабель". Шхуна пиратов бросилась наутёк, паруса наполнились ветром до предела. Погоня длилась больше двух часов. Испанцы стреляли из носовых погонных пушек. Несколько ядер упали совсем близко: одно пробило фок-марсель, второе разнесло часть фальшборта на корме, третье влетело в воду у самого руля, подняв фонтан брызг. Повреждения были не критическими — шхуна всё ещё шла быстро, но каждый удар по корпусу отдавался в груди у Олега тревогой. И тут пришло спасение. В одном месте море затянуло густым белым туманом — плотным, как молоко. Видимость упала до двадцати метров. Олег приказал убрать все паруса кроме нижних и лечь в дрейф. Испанцы кричали где-то за кормой, палили вслепую, но ядра уходили в пустоту. Через полчаса их голоса стихли. “Тень Кракена” растворилась, как призрак. К вечеру туман сменился штормом. Небо почернело. Ветер завыл в такелаже. Волны поднимались стеной — пять, шесть метров. Олег должен был признать, что виденный им до этого шторм не шёл ни в какое сравнение с этим. Шхуну швыряло, как щепку. Мачты стонали, вода заливала палубу, люди привязывали себя к леерам. Олег стоял на мостике, держась за штурвал вместе с рулевым, и кричал команды сквозь рёв ветра. Бен-юнга, прижатый к мачте, плакал от страха, но держался. Кваме и Абу помогали откачивать воду из трюма. Шторм бушевал всю ночь. Только к утру ветер начал стихать, волны всё ещё были высокими, но уже не такими грозными.

А потом — удар.

Корпус корабля содрогнулся, раздался скрежет дерева по песку и кораллам. Шхуна села на мель. Впереди, в утреннем свете, поднимался небольшой остров. Пышная тропическая зелень: пальмы, густые заросли, яркие цветы, белый песок и скалы. Птицы кричали над кронами. В воздухе пахло свежей землёй, цветочной пыльцой и солью. Олег вытер лицо мокрым рукавом и устало выдохнул не веря, что они живы:

— Слава богу, суша…

Измождённая команда глядела на остров, но сил выбраться на него уже не было, поэтому решили дождаться, когда взойдёт солнце.

Глава 24

Глава 24. В плену у дикарей.

Солнце уже поднялось над горизонтом, когда Олег отдал приказ. Десять человек — самых крепких и смелых — спустились по просмоленным канатам с корабля в воду. Идя по колено, иногда по пояс — она была