Рысюхин, зачем вам восемнадцать дюймов? - Котус

что он всё же не контр-адмирал, а именно генерал-лейтенант флотского экипажа в отставке. В мире деда это, по его словам, называлось бы «береговой службы», а не «флотского экипажа», что звучит намного понятнее, на мой взгляд. Правда, во флотский экипаж он перешёл незадолго до ухода на пенсию, до того вполне себе ходил на кораблях и судах в нескольких флотах и флотилиях. Более того – это оказался именно тот самый офицер технической службы, который послужил поводом для давней, но до сих пор памятной выволочки, которую Государь Император устроил зазнавшимся флотским офицерам! Точнее, поводом послужило открыто пренебрежительное отношение некоторых офицеров к вот этому вот инженеру, проявившееся, в частности, в отказе ему посещать кают-компанию. В общем, дед не просто известный и знаменитый, а в буквальном смысле легендарный!

Александр Петрович брал его с собой как технического консультанта и, похоже, просто из-за того, что этот знакомый с детства старик заскучал. Ах, да, забыл упомянуть – Тимофей Ильич, а так звали нашего «морского генерала» числился сперва, как и я, флигель-адъютантом, затем генералом Свиты. Но на момент скандала, надо сказать, лично с Государем знаком не был. Надо сказать, карьере господина Глухарёва можно искренне позавидовать: третий сын провинциального дворянина откуда-то с Вологодчины, в качестве доли наследства (а там ещё две сестры имелись) получил оплату учёбы в маго-техническом училище. При первом выходе на Изнанку вытянул, казалось, счастливый билет, поднял потенциал до заветной троечки[1], но на учёбу в ВУЗе денег всё равно не было. Пока учился, старшие бодро разделили небогатое родительское наследство, оставив Тимофея Ильича выкарабкиваться самостоятельно. В итоге тот сумел не то, что выбраться, а взлететь, и теперь внуки племянников искали знакомства с ставшим уважаемым человеком родичем.

Впрочем, это всё я узнал мимоходом, и больше даже в результате общения старого денщика с прислугой, которая, в свою очередь, делилась добытым с нянькой. Так что по пути могли и переврать до неузнаваемости. С самим старым инженером общались в основном на технические темы. Причём начинали в семейном музее, где он сам попросил показать мои патенты и рассказать о них, почти сразу перебрались оттуда в кабинет, просто от того, что сидя с документами работать удобнее. А оттуда – в мою «берлогу», поскольку сидя за чашкой чая в месте, где тебя без крайней на то необходимости не потревожат, а кроме письменного стола есть ещё и небольшая, но настоящая мастерская, общаться ещё удобнее и интереснее. И я за эти три вечера узнал для себя столько нового и полезного, что, казалось, это перекрывало пользу, полученную от пяти лет Академии. Даже расставаться не хотелось, так что я пригласил его приезжать в гости, когда угодно и на какой угодно срок. Тот обещал изыскать возможность, как потеплеет, а то очень уж переживал, что не удалось как следует «пощупать» дельталёт. А напоследок ещё и выдал фразу, от которой дед в голове моей ржал, как конь:

– Эх, если бы у меня в молодости такая «берлога» была! Я бы, наверное, и не женился…

[1] В Кротовском прописаны возможность и механизм такой «халявы».

Глава 8

Комиссия по учёту портянок (главное вслух это не ляпнуть, ведь прицепится на языки мгновенно, а если дойдёт до самих проверяющих, точнее, когда дойдёт, то они ведь и обидеться могут) работала три дня, не считая дня приезда. И вот на четвёртом по счёту ужине Александр Петрович попросил слово.

– Господа! Насколько я знаю, работа комиссии уже в целом успешно завершена. Осталось только оформить последние протоколы, а отчёты будем писать уже по месту постоянной службы. В связи с этим хочу поблагодарить вас за продуктивную работу и её успешное завершение.

«Угу, правильно. В переводе на человеческий это означает, что хватит фигнёй страдать, у меня лишнего времени нет, остальную макулатуру дома рожать будете».

Дед бывает грубоват и хамоват, то при этом суть вещей передавать умеет великолепно. Ну, или во всяком случае – доходчиво. Ну, а раз сам Наследник престола говорит, что работа успешно закончена – значит, она закончена. И никакие другие варианты не рассматриваются.

– Также хочу поблагодарить хозяев этого дома, владетельного барона Рысюхина и его очаровательных жён, за проявленное гостеприимство.

Подняв руку, Александр Петрович прервал начавшиеся было аплодисменты и продолжил:

– И, отдельно – поблагодарить флигель-адъютанта моего августейшего батюшки, гвардии инженер-капитана Рысюхина за проделанную им колоссальную работу на благо Империи.

И на этот раз, наоборот, сам подал пример, начав аплодировать. Пришлось вставать и кланяться, принимая благодарность. Благо, ответную речь держать не пришлось, поскольку Его Императорской Высочество на этом объявил официальную часть законченной. Но уже минуты через три он спросил у меня:

– Юрий Викентьевич! Счёт за постой выставить не забудьте, мы же не мышчерицы двуногие! – И, переждав смешки тех свитских, кто понял смысл шутки, продолжил: – Знаю, скажете, что сами меня в гости приглашали, а с гостей денег не берут. Но не такой же толпой!

И, не давая возразить, продолжил:

– Это вопрос решённый, мы с папой его ещё до моего отъезда обсудили. Как и то, что вас нужно ставить перед фактом при свидетелях, чтобы не увиливали. А то, ишь, покушаться начинаете на мою репутацию, как самого щепетильного человека в Империи! Но поскольку вы, как я вижу, сделали уже больше, чем от вас ждали, и останавливаться не собираетесь, спрошу так же при свидетелях: что вам нужно и для работы, и для себя такого, что сами найти или сделать не можете?

Каюсь, ответ выскочил быстрее, чем я успел подумать, прямо заподозрил бы ментальное воздействие, будь здесь Государь Император, а не его сын:

– Колёса и моторы!

– Кхм... Поясните, пожалуйста. Опять проблема с заказом отдельных частей на заводах Кротовского?

– Нет-нет. С моторами системная беда: просто нет в наличии двигателей в диапазоне мощностей от восьмидесяти до двухсот лошадиных сил. В принципе. Только от немецкого грузовика на семьдесят пять сил, но он стоит, как чугунный мост! Ладно, как маленький мостик, пешеходный, но дороже тех грузовиков, что я использую, больше чем вдвое! Бронированные фургоны даже при нынешнем лёгком бронировании уже страдают от перегрузки, да и самоходные установки если взять, имеющиеся моторы их вес еле-еле вытягивают. Нужно что-то на сто двадцать-сто пятьдесят сил, чтобы сделать приличный образец хоть военной техники, хоть специальной гражданской.

– Что, неужели нет вообще?!

– Только если на импортной технике: спортивные автомобили, например. Или