Практическая магия - Джеймс Ганн

— Тот, кто творит подобия; тот, кто накладывает чары; дурное лицо, дурной глаз, дурной рот, дурной язык, дурные губы, дурные слова…

У меня по коже забегали мурашки.

— Дух неба, изгони их! Дух земли, изгони их!

Волшебник околдовал меня своими чарами, околдовал нас своими чарами;

Ведьма околдовала меня своими чарами, околдовала нас своими чарами;

Он создал подобия нашего облика и зачаровал наш облик;

Он отнял магический поток, принадлежавший нам, и запятнал наши одеяния;

Он разорвал наши одеяния и смешал свои волшебные травы с прахом из-под наших ног;

Да обратит бог огня их чары в ничто!

Я шумно выдохнул и вдруг понял, что все это время стоял, затаив дыхание.

— Невероятно! Какое облегчение, — выдохнул Уриэль.

Он и правда выглядел лучше. Лицо под румянами приобрело более здоровый вид. Мне тоже полегчало, я даже не помню, когда в последний раз чувствовал себя так хорошо. Шею больше не ломило и не саднило. Все прошло.

— Что дальше? — спросил я.

— А дальше мы нанесем ответный удар! — энергично объявил Уриэль. — Необходимо сделать так, чтобы он открыл свое истинное лицо.

Я молча указал на стоящее у стены черное зеркало.

— Превосходно! Только где бы его лучше всего разместить? В Хрустальном зале, боюсь, не получится.

— А если у него в номере? — предложил я. — Он явно не ждет, что мы заявимся к нему.

— Ты знаешь, где его номер?! — Ариэль нахмурилась.

— Он остановился в пентхаусе.

— И снова отличная мысль, — сказал Уриэль. — Не знаю, что бы мы без вас делали, молодой человек.

— А как узнать, где он сейчас? — с тревогой спросила Ариэль.

— Есть верный способ. — Уриэль обратился ко мне: — Программку, пожалуйста.

Я достал брошюру.

— Не знаю, чем она вам поможет. Там указаны только вчерашние мероприятия.

Уриэль раскрыл программку посередине.

— Нет-нет, все в порядке.

Я заглянул ему через плечо. Страница с расписанием на 30 октября теперь выглядела совершенно иначе:

31 ОКТЯБРЯ

10:00. «Об истоках Вальпургиевой ночи».

10:30. Круглый стол на тему: «Когда Бога не стало».

11:00. «Теория поля Эйнштейна как обоснование положений Искусства».

— Эх, незадача, — сказал Уриэль. — У меня сегодня должен был быть доклад.

11:30. «Каббалисты, чьи ритуалы оказались действеннее, чем ожидалось».

12:00. «Заклинание Адониса».

12:30. «О назначении восковых кукол и способах их изготовления».

13:00–15:00. Перерыв.

15:00. «Доводы в пользу гадания».

15:30. «Почему в Египте не было профессиональных колдунов?»

— Что, правда не было? — спросил я.

— Их роль исполняли жрецы. Магия считалась частью государственной религии.

16:00. «Утраченное искусство невидимости».

17:00. «Вампиры: правда и вымысел».

— Чем дальше, тем мрачнее, — вздохнул Уриэль.

20:00. Банкет.

23:00. «Воззвание к высшим силам» — пентхаус.

— Я думал, с этого обычно начинают, — заметил я.

— Это не те высшие силы, — заметила Ариэль.

— Погоди, — вмешался Уриэль. — Ты что, полагаешь…

Ариэль мрачно кивнула.

— Боюсь, что так.

— Тогда их надо остановить, — решительно произнес Уриэль.

— Да в чем дело-то? — спросил я, но они не ответили, а только обеспокоенно смотрели друг на друга.

Я пожал плечами и бросил взгляд на часы. Пять минут одиннадцатого. Так мало? Я встряхнул их. Все нормально, идут.

— Итак, есть основания считать, что еще несколько часов он пробудет в Хрустальном зале.

— Но как бы узнать это наверняка? — задумчиво произнесла Ариэль.

Я снял трубку и попросил соединить с Хрустальным залом. Пошли гудки, затем кто-то на другом конце тихо сказал: «Алло?» На фоне слышалось чье-то выступление.

— Волхва, будьте добры.

— Прошу прощения, он сейчас на сцене. Передать ему, чтобы перезвонил вам, когда освободится?

— Нет-нет, спасибо, — быстро сказал я. — Я сам с ним свяжусь потом.

Я положил трубку. Уриэль наносил формулы на задней стороне зеркала. Ариэль выжидающе смотрела на меня.

— Пойдемте, схлестнемся с чародеем в его пентхаусе!

Я старался, чтобы мой голос звучал мужественно, однако колени у меня дрожали.

Уриэль закончил писать и еще раз изучил результат своего труда.

— Идите вдвоем, мне нужно завершить кое-какие приготовления. Возьмите зеркало и спрячьте так, чтобы Волхв нашел его как можно позже. Обыщите пентхаус и выясните, кто он на самом деле. Если не получится, найдите хотя бы волосы или обрезки ногтей. Человеку свойственно ошибаться, так чем Соломон лучше?

Я достал из кобуры пистолет, проверил, заряжен ли он, и убрал назад.

Ариэль покачала головой.

— Это тебе не поможет.

— А вот тут ты ошибаешься. Соломону пистолет не навредит, зато мне с ним куда спокойнее.

Я взял из ванной полотенце и завернул в него зеркало.

— Ну что, вперед?

Мы поднялись на тридцать пятый этаж. Парень-лифтер с любопытством покосился на мою ношу, но ничего не сказал.

Дальше шли по пожарной лестнице. Я приоткрыл дверь и выглянул в коридор: темно и пусто. Мы прокрались к пентхаусу, что напротив лифта. Я настороженно всматривался в тени, готовый при малейшем шорохе броситься к лестнице. Такая работа все же не по мне.

Я взялся за холодную, гладкую ручку и повернул. Дверь оказалась заперта. Я вопросительно взглянул на Ариэль.

Она что-то едва слышно прошептала и коснулась ручки пальцем. Ничего не произошло. Она нахмурилась и закусила губу.

— Замок зачарован.

Я порылся в памяти, вспоминая, что Уриэль писал про контрзаклинания, затем достал из кармана кусок мела, без которого теперь никуда, обвел им ручку, перечеркнул замочную скважину и, морща лоб, написал формулу. С последним символом замок щелкнул, и дверь неслышно распахнулась.

Я самодовольно усмехнулся и посмотрел на Ариэль. Та улыбнулась в ответ.

— Ты не перестаешь меня удивлять…

Она осеклась и замерла, в ужасе открыв рот. Я обернулся и тоже застыл как вкопанный.

На пороге, сверкая зелеными глазами и недовольно размахивая хвостом, сидел тигр.

При ближайшем рассмотрении, впрочем, оказалось, что я ошибся.

Не бывает тигров с черной мордой, бежевыми ушами, лапами и гривой. Это обыкновенная сиамская кошка, только гигантских размеров.

Хищно облизнувшись, животное присело.

— Фамилиар! — выдохнула Ариэль.

Ее голос вывел меня из ступора. Никогда в жизни я не вытаскивал пистолет так быстро. Я прицелился и уже готов был выстрелить, но Ариэль опередила меня. Она указала на кошку пальцем и что-то прошептала. Я понял, что пистолет больше не смотрит в голову животному: оно уменьшилось до обыкновенного размера. Чувствуя, что выгляжу глупо, я снял палец с крючка и убрал Бетси в кобуру.

Ариэль присела погладить кошку, но та окинула ее высокомерным взглядом, потянула носом мой запах и пошла по своим делам. Ну и