Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

Нартуган сжал кулаки.

— Нет…

Трещина в земле продолжала разрастаться, разделяя пространство всё сильнее, и единственное, что мог сделать Нартуган, — создать водяной щит, чтобы защитить свой росток. Ранее ему не приходилось использовать щит на расстоянии, но, собрав всю концентрацию и используя влагу, скрытую в почве, он создал прозрачный барьер, который окутал растение тонким, переливающимся слоем защиты. Он наблюдал, как бык топчет клумбы, и молился Тенгри, чтобы его силы хватило спасти росток. Вина давила на него всё сильнее. Если бы он оставил цветок на своей стороне, возможно, у него был бы шанс защитить его иначе. Но сейчас выбора не было.

Прошло несколько мучительных мгновений. Нартуган не сдавался, даже когда почувствовал, как тёплая струйка крови потекла из носа. Удерживать щит против силы, с которой обрушивался гигантский бык, оказалось невыносимо тяжело, но он не позволил себе ослабить хватку. Щит выдержал.

— Теперь ты видишь?

Бык исчез, а Нартуган почувствовал, как силы покидают его тело. Он не удержался на ногах и рухнул на землю, тяжело дыша.

— Что я должен увидеть?

— Последствия. Уходя, ты должен быть уверен, что они смогут защитить себя, когда тебя не будет рядом. Когда враг найдёт твой колдовской мешочек, а ты не сможешь прибыть в самый критический момент, что тогда? Иллюзия возможности быть в нескольких местах одновременно ради защиты близких всегда приводила к одному исходу — в итоге погибали все.

3 сезон. Весна.

— Ты ещё не устал, друг мой? Ты словно тот самый цветок, спрятавшийся под куполом, беспомощно наблюдающий, как рушится его мир.

— Я не этот чёртов цветок. Я спас его только для того, чтобы пройти испытание.

Нартуган тяжело дышал, злясь не столько на собеседника, сколько на осознание того, что всё происходящее — лишь обман, очередная ловушка, в которой его выбор не значил ничего.

— Тогда иди и покончи с ним.

Разлом, который разделял их, в тот же миг сросся, словно его никогда и не было. Пространство дрогнуло, земля сменилась, и прежде чем Нартуган успел осознать происходящее, он уже лежал напротив своего ростка. Вытерев кровь из носа, он попытался понять, чего от него ждут теперь.

— Уничтожь цветок, чтобы пройти испытание. — Женский голос был спокоен, ровный, без тени сомнения, будто озвучивал не требование, а неоспоримый закон.

Это можно было закончить одним движением. Один удар — и испытание завершится. Он докажет, что сильнее, что ему нет дела до хрупкого ростка, который не значил для него ничего. Нартуган медленно опустился на колени, протянул руку и провёл пальцами по тонкому стеблю. Растение дрогнуло под его прикосновением, как будто тоже осознавая, что его судьба решается в этот миг.

Он занёс кулак.

«А что изменится для цветка?» Мысль, словно вспышка молнии, прорвалась в его сознании, заставив всё внутри пошатнуться. До этого момента он думал лишь о своём выборе, о том, имеет ли он смысл, но вдруг осознал, что для самого цветка разница была огромной. Если он ударит, этот росток исчезнет, и для него это будет концом, пусть даже для Нартугана не имело бы значения, оставить его в живых или нет. Его рука замерла в воздухе.

Он мог разрушить его одним движением, но почему-то больше не хотел. Лучшим решением было позволить ему жить, ведь его существование ничему не мешало. Это был не акт милосердия и не слабость, просто единственный выбор, который не требовал ничего взамен.

Нартуган не знал, что в тот же миг, когда он остановился, над ним тоже нависла огромная рука женщины. Она замерла в воздухе, отражая его собственное движение. Остановившись, он спас не только цветок. Он спас и себя.

4 сезон. Зима.

Нартуган не знал, что уже прошёл третье испытание. Всё вокруг изменилось прежде, чем он успел это понять. Буран накрыл его внезапно. Ледяной ветер пронёсся над полем, пробираясь под одежду, обжигая кожу. В воздухе кружились мелкие льдинки, оседая на земле тонким слоем инея. Трава под ногами покрылась коркой льда, ломаясь от малейшего движения.

Оставалась лишь секунда. Нартуган успел создать водяной щит, но даже внутри купола холод просачивался сквозь него, сковывая мышцы. Воздух стал тяжёлым, дыхание давалось с трудом. Вода, из которой он соткал защиту, начинала затвердевать, покрываясь сетью трещин, готовых расколоться в любой момент.

— Зима. Последнее испытание.

— И, похоже, моя цель — защитить цветок.

Стиснув зубы, Нартуган сосредоточился, стараясь удержать щит, но едва услышал ответ, как его руки дрогнули. В тот же миг купол треснул и рассыпался, словно был сделан из стекла.

— Нет. Последняя задача — принять неизбежность смерти. Даже подо льдом росток замёрзнет.

Нартуган смотрел на цветок и понимал, что тот не выдержит этой стужи. Лепестки, ещё недавно белоснежные и живые, покрывались инеем, теряя упругость, а тонкий стебель дрожал под порывами ветра, словно ещё пытался цепляться за жизнь, но холод уже отнимал у него последние силы.

Он наклонился, опустился на колени и накрыл его собой, защищая от беспощадного холода. Ветер бил в лицо, свистел в ушах, заглушая всё вокруг, а снежные осколки, острые как лезвия, резали кожу, оставляя тонкие кровавые полосы. Мороз пробирался под одежду, выжимая из мышц тепло, сковывая движения, но Нартуган не отступал, оставаясь над цветком, словно его собственная воля могла стать преградой между ним и надвигающимся ледяным мраком.

Он не знал, сколько прошло времени, но вскоре понял, что перестаёт ощущать пальцы, затем ноги, а вскоре и вовсе утратил чувство холода — его сменила тяжесть, будто тело наливалось камнем. Одежда, пропитанная кровью, замерзала прямо на нём, стягивая кожу, но он по-прежнему оставался в той же позе, пока последние силы не покинули его, и снежная буря, набрав мощь, не сбила его с ног, погребая под собой всё, что ещё мгновение назад существовало в этом мире и было дорого подростку.

Когда он с трудом разлепил веки, перед ним раскинулась пустота. Цветок исчез, а на его месте остался лишь гладкий слой снега, который уже не имело смысла раскапывать. Всё было кончено. Последнее испытание завершено, а урок зимы усвоен.

— Ты не можешь спасать всех вечно, Нартуган. Если ты понял этот урок, я вручу тебе книгу со знанием порталов.

Буря утихла так же внезапно, как и началась. Ветер стих, морозное оцепенение отступило, а раны, что покрывали его тело, начали затягиваться прямо на глазах. Он почувствовал, как силы возвращаются, но не произнёс ни слова. Кивнув, он медленно выпрямился, опустил взгляд и ждал. Тишина затянулась, и лишь спустя