КОМСОМОЛ-3 - Ольга Войлошникова

— Внимание! Очень скоро — я думаю, не далее, чем через полчаса — здесь будет гарнизон из Хёрерсдорфа. У вас есть возможность отправиться вместе с герром Бауэром в тайное место, из которого завтра вы будете эвакуированы на территорию Германской империи, не занятую вражескими войсками. У нас очень мало времени. Мы хотим спасти людей — вас. Вы вольны пойти с нами или отправиться туда, куда вы сочтёте нужным. Вы можете попытаться самостоятельно пробраться к линии фронта и перейти её или где-то спрятаться. Единственное, я вас предупреждаю, и предупреждаю очень серьёзно: не возвращайтесь в свои дома. Туда за вами придут снова. Второй раз вам вряд ли повезёт встретить меня — я здесь совершенно случайно. У вас есть три минуты, чтобы принять решение. Все, кто хочет последовать за гером Бауэром — прошу пройти в вагоны. Запирать вас в этот раз никто не будет, не переживайте. Желающие уйти — уходите скорее, пока не прибыли отряды из Хёрерсдорфа. Двигайтесь лесом, так у вас больше шансов. Единственное, о чём прошу: если вас возьмут, говорите, что охрану перестреляли неизвестные, потом в накопительном лагере случился бунт, и все разбежались в разные стороны.

С этими словами я прошёл к воротам и одним рывком выворотил сдерживающий их замок.

Толпа разделилась. Кто-то сразу решительно направился в лес. Кто-то жался к вагонам. Многие сомневались, советовались, женщины снова плакали…

— Ваше сиятельство! — тревожно зашептал кинувшийся ко мне Бауэр. — Вы действительно хотите отпустить… они же пропадут!

— Дорогой Рихард, — я аккуратно положил лапу ему на плечо, но Бауэр всё равно слегка перекосился, — невозможно осчастливить и спасти насильно. Если они хотят уйти — они побегут с твоей лесопилки ночью, истоптав всю округу такими следами, что проще будет поставить указатели: «смотрите, беглецы здесь!»

Он вздохнул:

— Да, пожалуй, вы правы.

— Поэтому грузите тех, кто хочет ехать с нами — и да поможет всем нам Бог. Время вышло.

Глава 8

ЖДЕМ И ГОТОВИМСЯ

Я ОСТАЮСЬ ЕДИНОВЛАСТНЫМ КОМАНДИРОМ ЛАГЕРЯ

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, остатки «Промежуточного накопительного лагеря для рабочей силы»

15 января 1948 года, вечер

Аркадий

Всё-таки в этом Бауэре есть серьёзная такая организаторская жилка! В пару минут растерянные отбывающие были организованы, заполнили вагоны захваченного поезда, и даже бригада паровоза была замотивирована. Умеет, чего говорить!

— Там впереди, в километре, стрелка на лесопилку. Мы заведём состав туда и некоторое время…

— Потом, всё потом! — отмахнулся я от его доклада. Делает, вот и пусть делает.

— Но как же вы? — он ухватил меня за плечо.

— Рихард, сейчас сюда нагрянут все войска в этом задрипанном городишке. Уж такой переполох они пропустить и не услышать не могли. Мне нужно организовать оборону. — он отшатнулся. — Именно. Без меня эти, — я кивнул на стоящих кадавров, некоторые из которых выглядели сейчас откровенно жутко (то есть, ещё более жутко, чем обычные кадавры, если вы понимаете, о чём я), — воевать будут так себе. А — хочется, чтоб эти итальяшки умылись тут…

Он отрывисто кивнул.

— Понял! Исполню! — Проняло, смотри-ка. — Будем ждать вас там. — Он кивнул куда-то вперёд. С другой стороны, мимо рельсов не пройду, так думаю.

Меня немного нервировало, что не торопится Бауэр. Щас же вся королевская конница явится. И вся королевская рать, нда. Размеренность — это хорошо, но сейчас немного спешки не помешало бы:

— Давайте-давайте, фрайгерр. Командуйте отправление, да поживей. У вас теперь своя война. — Я кивнул на последних, загружающихся в состав: — Детей особо берегите!

— Яволь! — как же давно я эту карлукскую присказку не слышал, как домом повеяло.

Кивнул в ответ и даже махнул напоследок ободряюще, хотя внутренние ожидания у меня заметно сместились с отметки «всё будет хорошо» на «тут бабка надвое сказала». С того момента как я узнал о дополнительных людях в вагонах, стало очевидно, что наша затея всё больше и больше напоминает авантюру. Слишком много участников. Слишком много следов. Слишком большие временные зазоры.

Но хуже, чем отправить людей на лесопилку, было бы просто распустить всех по домам. Да и дирижабль уже вызван. И сумки с секретной аппаратурой и сопутствующими схемами отправлены в том же поезде — я сам видел, как Бауэр их грузил.

Поэтому выбор невелик — играем с теми картами, что есть.

— Ваш-сият-ство… — голос над плечом раздался так неожиданно, что я чуть не подпрыгнул:

— Коля, я тебя как-нибудь заклинанием тресну! Ты допросишься! Сколько можно подкрадываться, а?

— Так ить шагов-то нетути…

— Ну хоть бормочи чево-нибудь издалека, что ли? Свисти…

— Эва… Свистеть попробую. Кхм… Это… Я чего на самом деле спросить-то хотел… — Коля помялся. — Пойдёмте, пока не началось, понимаешь. Чего покажу…

Призрак вёл себя непонятно — отводил глаза и… словно рябью шёл. Это что ещё за непонятности?

Однако, когда подошли к месту, куда он меня вёл, всё стало ясно. И даже немного раньше — по густому шлейфу сирени из небольшого рва.

Здесь лежали те, кто не смог дождаться поезда пересылки. Отходы.

— Не по-людски… — хмуро сказал Николай.

А я прислушивался к себе. Очень я с некоторых пор боялся бездушной расчётливости. Боялся привыкнуть использовать людей как инструменты для достижения собственных целей. Вот, к примеру, нескольких кадавров разорвали на такие клочки, что проще было их отпустить, чем постоянным напряжением воли удерживать. А здесь лежат целые трупы, которые могли бы их заменить. И неважно, что это в основном женщины и дети — тем ближе им удастся подойти к врагу, не вызывая подозрений.

Только вот другой голос внутри меня с яростью говорил… кричал даже, вторя Николаю: не по-людски! Не по-людски это будет!

Я обернулся и довольно резко скомандовал двум ближайшим кадаврам:

— Найти лопаты и закопать тела! Быстро! Исполнять!

Всё-таки, похоже, это от моих эмоций скорость поднятых трупов зависит. Потому как эти мёртвые итальянцы буквально бегом бросились исполнять приказ.

— Коля, — меня вдруг посетил приступ вроде параноидального, — а ты можешь по-быстрому сгонять и убедиться, что у наших беглецов всё нормально? Что-то гложут меня смутные сомненья.

— И сразу назад?

— Точно так. Ты мне тут на подхвате нужен.

— Разрешите исполнять?

— Дуй живее!

А я пока