Кофе и тайны Книфе - Мария Руслановна Шебанец

результаты коснулись быстрее, чем это обычно бывает. Многие так дотягивают до седых волос, а вот моему отцу «друзья» проломили голову ещё до того, как я родился. Мать продержалась до моего пятнадцатилетия, а потом попала под машину, тоже по этому делу. Повезло, что тётя Лера оформила опекунство и подкармливала, пока я не доучился. Так что да, наследственная склонность у меня есть. Но я держу себя в руках.

Молчание разорвала трель звонка. Лар потащился к дверям и вернулся с двумя большими коробками пиццы. От запаха у всех троих заурчали животы. Сложные разговоры немедленно испарились, уступив место весёлой суете.

– Лар, я могу тебя попросить? – тихо сказала Аня, помогая соорудить столик из табуреток.

– О чём?

– Попробуй не лезть в холодильник, когда нервничаешь. Хотя бы начни обращать на это внимание. Не надо приучать себя к этой дурацкой «таблетке».

– Это сложно. Я один. Мне больше нечем себя успокоить.

– Ты не один, – улыбнулся Яшка, разливая в три стакана пряно-апельсиновый квас. – Привыкай.

– Я подумаю.

Лар запустил первую серию мультика, и они сдвинули стаканы:

– За Книфе!

Практика

– Оформляясь на практику, я не это имела в виду, – заворчала Аня, яростно надраивая окна. Стёкла довольно скрипели.

– Эй, я вообще должен к тестированию готовиться, – засмеялся Яшка. – И к поступлению, – добавлял он, водя арендованной шлифмашинкой по старым скамейкам. Бутыли с морилкой и лаком стояли в углу, дожидаясь своего часа.

– А у меня переводы не сданы, – присоединился Лар, пытаясь состыковать набранные в строительных магазинах обрезки обоев так, чтобы полученной мозаики хватило на все стены.

Все трое вдруг остановились, посмотрели друг на друга и расхохотались. «Это того стоит», – сказала себе Аня. И принялась тереть стекло с удвоенным рвением.

– Эм… Здрасьте, – донеслось от входа. Там стояла пара лохматых старшеклассников.

– Кто опять дверь не закрыл? – возмутился Лар.

– Да ладно тебе, она давно своей жизнью живёт, – отмахнулся Яшка, поворачиваясь к гостям. – Ну, ничего себе! Вы зачем вернулись?

Аня вздрогнула и присмотрелась к мальчишкам. Ну, точно, те самые, что отбирали у Риты заячьи ушки. Она схватила тряпку и грозно двинулась к дверям, точно не зная ещё, что собирается сделать. Ей в спину подул сердитый сквозняк, взъерошив шевелюры хулиганов. Они отступили на шаг и быстро заговорили, перебивая друг друга:

– Мы это…

– Мы извиниться!

– Мы помочь!

– А?

Яшка тоже подошёл ближе и успокаивающе коснулся Аниного плеча. Она недовольно стряхнула его руку и выпалила:

– Да как вам не стыдно сюда возвращаться!

Мальчишки снова загомонили:

– Нам стыдно!

– Мы загладить!

– У нас всё из рук…

И, наконец, хором:

– Мы тоже хотим Книфе! И чтобы нас пускали за булочками!

Яшка посмотрел на Лара – тот развёл руками. Аня сложила руки на груди и сурово переводила взгляд с гостей на коллег и обратно. Яшка вздохнул и заговорил:

– Ладно, парни, кое-что предложить я могу. Ремонт у нас, мягко говоря, бюджетный, две пары рук лишними не будут. Но наша валькирия, – он кивнул на Аню, – вас тут не потерпит, пока Рита боится встретиться с вами, проходя по двору.

– Блин, мы же не хотели… – заныли ребята.

– Да понятно, что вы шутили. Но у девочки теперь настоящая фобия. Решать будем?

Они замялись. Тот, что справа, спросил:

– А как?

– Телефон её родителей Тэд и Труди где-то записали, я найду. Позовём их всей семьёй на чай. А вы уж подумайте, с чем и как придёте на встречу.

Лар встрепенулся:

– Но где мы их будем чаем поить? Тут же разруха!

Аня огляделась и указала на нишу возле входа:

– Сделаем одну зону. Образцовую. За пару дней всё высохнет.

Яшка повернулся к ребятам и спросил:

– У вас какая книжка любимая?

Те переглянулись:

– Кни-и-жка? Мы как-то больше по играм…

Тот, что слева, пояснил:

– Тут у вас по Безумной Алисе было косплейно, ну мы и стали засматриваться. Жалели, что вы нас не пустите, потом вы закрылись, а мы расстроились, что никогда… А потом вы снова появились!

Тот, что справа, добавил:

– Мы думали, может, что-то по Ведьмаку появится, раз уж у вас вселенные всякие…

Яшка рассмеялся:

– Так Ведьмак – это тоже книжная вселенная! Как и Алиса. Вам фамилия Сапковский говорит что-нибудь?

– Ну… Это дядька, который что-то с разработчиками игры не поделил…

– А почему? Почему им было что делить?

– Потому что это его вселенная?

– Точно! Вселенная, созданная писателем. Значит, вам два задания. Подготовиться к встрече с Ритой и родителями и начать читать первую книгу серии. Тоже мне, геймеры. Там же весь смак, весь лор!

– Ну, положим, не весь, – сказал Лар. – Всё-таки это разные произведения искусства.

Мальчишки распахнули глаза и в один голос протянули:

– Иску-усства?

На этом месте Аня поняла, что разговор затянется, и отправилась домывать окно. И думать, какой же должна быть «ведьмачья» ниша. «Наверное, нужно что-то очень простое – этакая деревенская хата где-то в Восточной Европе. Дошлифовать, проморить и покрыть лаком скамейки и стол – Лар с Яшкой справятся. Выбросить дурацкую клеёнку. Выбрать самые “натуральные” клочки обоев с распродажи и составить непротиворечивую композицию. Это она, пожалуй, возьмёт на себя.

Поставить на стол пару свечек на батарейках – дешёвых, из Фикс-прайса. Они будут приятно мерцать вокруг глиняного заварочного чайника. Из него будет пахнуть чабрецом и иван-чаем, у неё дома ещё лежит несколько кулёчков трав с прошлого лета, когда в руки попала книга о домашней ферментации… И пирог. Ну, конечно! Испечь дома и принести румяный пирог!»

«И мёда», – прошелестело рядом.

– Но у меня нет мёда, он дорогой, – вслух сказала Аня.

– У меня есть, – отозвался Яшка. – Тебе зачем?

Аня огляделась. Мальчишки уже разошлись читать и думать, а Лар с Яшкой убирали опилки после шлифовки.

– Я придумала, как оформить нишу и чем их всех угостить. – Аня заметила вытянувшееся лицо Яшки и засмеялась: – Тебе тоже хватит! И Лару. Только с тебя мёд, сам напросился.

– А у меня есть глиняный чайный набор, – признался Лар. – Хорошо впишется в атмосферу. Я принесу на первое время, а потом заработаем и купим для Книфе побольше.

Сквозняк снова промчался по залу, но уже без угрозы. Ане даже почудилось тихое хихиканье в этом беспокойном ветре. Ребята переглянулись, и она вдруг поняла: не почудилось.

И засмеялась в унисон.

Ремонт

– А теперь всем надеть респираторы! – скомандовал Яшка. – Все помнят свои клетки и ходы?

– Все-е-е…

– Как-то вы неуверенно звучите!

– А ты попробуй в респираторе поговорить, – прогундосила Аня.

– Понял, принял, признаю свою ошибку, – улыбнулся Яшка, натягивая респиратор. – Поехали!

Несмотря на респиратор, запах краски скоро начал бить в голову. А может быть, голова кружилась от того, что прямо на глазах скучный цементный пол превращался в шахматное поле. Пространство между клетками было пока заклеено малярной лентой – пусть высохнет основа, а потом на стыках появятся синие ручейки.

– Я-а-ша-а-а, – жалобно прозвучало из угла. Все обернулись на Риту, которая казалась маленькой инопланетянкой в огромном для неё респираторе. Клетки вокруг неё были покрашены в верном порядке, но выйти со своего поля она уже не могла.

– Ты отличная помощница, – засмеялся Яшка. – Но на сегодня хватит. Голова разболится, а нам от твоих папы с мамой попадёт.

Он подошёл к углу, взял девочку под мышки и аккуратно переставил её на неокрашенный участок. Рита честно сдала Ане инвентарь и побежала хвастать малярными навыками дома.

Длинный Яшка перегнулся через покрашенные клетки, упёрся рукой в стену и аккуратно закрасил поле, пленившее Риту. Потянулся было к неровным участкам соседних клеток, но Аня напряжённо сказала:

– Давай я поправлю. Мне всё равно рядом красить. Иди лучше помоги ребятам.

На месте убранной барной стойки было жарко.

– Она прямо перед окном стояла и не двигалась. Светловолосая, зеленоглазая. Как во сне, понимаете? Ну, и засмотрелся, – оправдывался Лар.

– Ага, вы на девчонок любуетесь, а мы теперь всё перепутали! – дуэтом ругали его бывшие хулиганы. – Это теперь не шахматы, а Пикассо какой-то!

Аня съёжилась от звуков спора, вжала голову в плечи, будто и ей сейчас прилетит. Но тут же заметила это и заставила себя распрямиться. Тело не слушалось и изо всех сил пыталось свернуться в комочек, маленький, незаметный