Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Оказалось, что служил дружок по молодости подручным у могучего колдуна. Как колдуна звали, солдатик запоминать не стал, не до того было. Ну, как служил? Подай то, принеси это, разотри в порошок эту кору и не вздумай лениться! Хотя, говорит, кормили от пуза! Но в делах спуску не давали.

Отслужил таким образом дружок у колдуна не много ни мало – двадцать лет. Как один день пролетели! И взял себе колдун другого подручного, помоложе. Дружок, дескать, не такой ловкий стал, не так мелко кору перетирает. Ну, и отпустил его колдун на все четыре стороны. А, вместо награды за верную службу, шепнул ему на ухо заветное словечко. И место указал. Дескать, есть на белом свете такая деревенька, Озерки. А возле Озерков есть небольшая горная гряда, предгорье там начинается. И вот там-то и там-то, если слово заветное скажешь, каменные двери распахнутся и путь в сокровищницу откроется. А в той сокровищнице – чего только нет! Сундуки каменьев драгоценных, сундуки жемчуга перекатного, а золото вообще не в сундуках лежит – просто-напросто в углу горкой навалено. Сколько ни возьмёшь – даже не заметишь, что убыло!

Только взял колдун с дружка слово крепкое, десять лет в то место не являться, да десять лет никому о том чуде не заикаться. Иначе посулил кару страшную. Почему такое слово колдун стребовал – неизвестно. Да и вообще, кто их, колдунов, поймёт? То люди, как люди, то незнамо что!

А больше колдун дружку ничего не дал, даже монетки медной. Подумал тот, пораскинул мозгами и рассудил, что одна ему дорога – в солдаты. Дела никакого не знает, кроме как кору в порошок растирать. А кому это, кроме колдунов надобно? Вот он десять лет в солдатах и провёл. Надо же! Всего четыре денька до срока осталось, когда можно, было бы самому к сокровищу идти, да тайну заветную испытать. А теперь уже молчать смысла нет. И открыл он другу верному, солдатику стало быть, и место заветное и слово тайное. И только открыл, как вспыхнул вдруг ярким пламенем. За несколько мгновений сгорел, искрами рассыпался, только пепел остался. Не шутил, получается, колдун, четырёх дней из десяти назначенных лет не простил!

Ссыпал солдатик в могилку пепел, что от друга остался, закопал. Не зря же над могилкой трудился? А слово, что от друга услышал, сильно в голову втемяшилось. Не выковырнешь. И не понять, не то бредил друг перед смертью, не то нет. Хотя, если бредил, то почему сгорел? И решил солдатик – пойду! Всё одно, с раненой ногой, какой он боец? Смех один. И похромал в сторону. И за расчётом не пошёл. Ну их, командиров, ещё скажут, что ранение лёгкое, опять в бой кинут.

Далеко, впрочем, дохромать не сумел. Добрёл до какой-то деревеньки, стоящей вдали от мест сражения и свалился. Подобрали его добрые люди, выходили. Только нога так и не поправилась полностью. Долго идти не позволяет. Вот, пока с этой болезнью маялся, да по дорогам хромал, полтора года до Озерков и добирался. Однако добрался. Нашёл нужное место. Сказал слово. И – глазам не поверил. Всё, как друг говорил. Даже оторопь взяла. Испугался. Ухватил пару горстей золотых монет – и ходу. Выскочил, пот вытер, тут каменные двери и захлопнулись. И только тут до солдатика дошло, как судьба ему на старости лет улыбнулась. Теперь, только бы до города добраться. Купит себе солдатик коня с подводой, да наведается в заветное место. Целую подводу золотом нагрузит! Хотя, нет, целую подводу никакой конь не упрёт. Ну, значит, пару сундуков. На первое время. А там – заживём! И нога не помешает. Не придётся больше солдатику своими ножками ходить. Носить его будут. На специальном переносном кресле. Красота!

К концу рассказа совсем солдатик окосел. Язык заплетается, глаза в кучу собрались. А господин Бартрам сильно удивился, какие такие слова колдовские бывают? Вот, к примеру, человеческие слова он знает, а колдовские какие? Солдатик только рукой махнул и запинаясь объяснил, слово обычное, человеческое. Только действует по колдовскому. Ну, вроде как пароль для каменной двери. Сказал – значит, свой, проходи. Не поверил господин Бартрам. Сказал, что солдатик сочиняет. Не может, чтобы слово обычным было! А солдатик упирается – обычное слово! Чем это слова «сим-сим, откройся» необычные? А?

Подумал, господин Бартрам, и согласился. Обычные слова. Значит, место необычное? Ну, там, кручи непролазные, драконы в охране? Захихикал солдатик пьяненько. И объяснил, что и место совершенно обычное. Даже от дороги проезжей недалеко! Прямо, хоть с телегой подъезжай! Вот как до мостика через ручей… как его?.. ну, да, Черемшовый, доедешь, с левой стороны гора стеной ровной окажется. Вот это и есть самое место! Прямо в той стене дверь и откроется, если слово сказать! А какое слово, солдат ни за что не выдаст! Самому денежки нужны!

Успокоил господин Бартрам солдатика. Не нужны ему заветные слова! Не хочет он их знать! Спи себе спокойно солдатик! Отдыхай! И господин Бартрам лично солдатика спать уложил, подушку ему пуховую под голову сунул, одеяльцем прикрыл. Даже сапожки с ног лично стянул. И вышел из номера, дверку тихонько прикрыв.

Я перетёк в свой обычный образ и принялся отчаянно чесаться. Прав был Колдун, ох прав! Когда мы, после левитации, приступили к трансформации, он сразу сказал:

- Хочу тебя предупредить Кляк. Ты можешь сотворить себе любую личину, хоть свиную морду. Но, если это не твоё обычное лицо, весь организм будет этой личине сопротивляться. Потому, что в генах у тебя заложена другая программа! Первые час-два ты ничего не почувствуешь, потом эта личина начнёт тебя раздражать, а потом станет вообще почти невыносимой. Если тебе надо будет надолго себя изменить, придётся проводить генную инженерию! Не забывай об этом!

Я не забывал, я просто ещё не умел. Эх, надо было навести простой фантомный облик! В этом-то я уже настоящий профи! Так нет, же! Захотелось, понимаешь, по ходу дела новое заклинание потренировать.

Я-то надеялся, что быстро управлюсь, да не рассчитал. Допоздна засиделись. Вот я и чесался, как проклятый. Интересно, что сейчас делает Бартрам? Седлает коня? Запрягает его в телегу? То, что на месте не усидит, это почти стопроцентно. Не сможет. Жадность не позволит. Мало того, он сейчас полон сомнений, не прирезать ли тихонько нежелательного конкурента? Который путь к сокровищнице знает? Прирежет