Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

class="p1">— Когда погибла Раяна и Ласуня оказалась искалечена, как я думал, навсегда, — начал шарг, — я искал способ спасти дочь или исчезнуть навсегда. И тогда я пошел по древней тропе… Я был не первым… Чуть ли не в каждом помете находился безумец, что хотел найти древний храм, но ни один не вернулся… Я лез по деревьям, плыл в вонючей воде болота, дрался с тварями, которым не знаю названия, но добрался до храма. Видно, Луна берегла меня, потому что я не погиб, не утонул, не умер от жажды и голода. Вода в болотах не годна для питья, стоячая, с мерзким запахом и горьким вкусом она отравляет, заставляет видеть то, чего нет и заманивает в смертельные ловушки.

Я слышала, как притих ехавший сзади Лей, прислушиваясь к нашему разговору.

— Храм стоит на большой скальной плите. Откуда она взялась среди леса и почему до сих пор не утонула в болоте — я не знаю, — тем временем говорил Дайшар, — но, выбравшись по огромным гладким ступеням, я больше не видел стоячей воды. А пройдя под аркой ворот, как будто попал в другой мир: не было ни запаха тлена, что разносился над болотом, ни шума, издаваемого плещущимися тварями. Вокруг цвели странные колючие цветы, источающие удивительный аромат и высились руины храма, что когда-то строили шарги всем миром. Рина, — он повернул ко мне лицо и оно светилось восторгом, — он огромный, в двадцать, нет, наверное тридцать, моих ростов! — про себя я усмехнулась: видел бы он небоскребы! Но здесь для живущего в лесах волка это было громадное сооружение. Даже храм Вораса в замке Рая был, наверное, немного меньше… — Стены украшены цветными рисунками, но местами они потускнели от сырости и времени, местами обвалились. Я искал там изображение Луны, но так и не нашел, видимо, эта стена рухнула, погребя под собой последний лик нашей Небесной Владычицы.

— Если бы могла, — тихо произнесла я, — я бы показала тебе нашу Луну, — и волк благодарно кивнул.

— Купол обвалился почти полностью, — продолжил он, — зато сохранился пруд. Легенды говорят, что в него смотрелась Луна и вода из него священна. Я очень хотел пить, — усмехнулся Дайшар, — и вылакал священную воду, на вкус как дождевая, впрочем, она и была дождевой, ведь Луна больше не смотрится в нее. Храм, библиотека, другие здания — почти все разрушено временем, — вздохнул он. — Но само величие осталось, пусть даже своим остовом. Кстати, там тоже стоит Око, — вдруг вспомнил он. — Одно огромное — на площадке перед храмом и второе — внутри, намного меньше, но изящнее, что ли, более тонко сделанное, чище кристалл. Оно мерцало как живое… Кстати, в горах их много — чуть ли не на каждом перевале, в каждом ущелье.

— Как ты выбрался? — удивилась я. Судя по сдержанному рассказу шарга, до храма он добрался чуть ли не полумертвым.

— Выбрался, — отрезал волк чуть более резко и, глядя на его посмурневший взгляд, я не стала допытываться подробностей.

***Странички прошлого***

День 28-й второго осеннего месяца в 516 год после Большого Исхода.

«Все-таки моранское — это вещь! Оно открывает все двери. А хранитель храмовой библиотеки вообще самый милый человек: за ящик вина он дал мне доступ в святая святых — хранилище первых свитков. Если об этом узнает старший жрец или дойдет до Светлейшего, хранителю не поздоровится. Но кто им скажет? Уж точно не я.

В хранилище среди украшенных красными вензелями книг лежат свитки времен Исхода, записи магов, дневники и письма. Что-то систематизировано и заплетено в кожу в виде книг, а что-то… Здесь есть страницы, вырванные из контекста других книг, крамольные страницы, не один я сомневался в истинности веры, но имена моих предшественников поглотил мрак небытия».

***В пути. Голубые горы***

Горы встретили нас дружелюбно. Если бы не кушар, я бы даже наслаждалась этой поездкой, но постоянно следить за каждым шагом лошади, придерживая ее на поворотах, дергаясь от каждого камня, что осыпался под неосторожным копытом, было напряжно и первое время я сосредоточилась только на дороге, игнорируя красоты природы. А посмотреть было на что — серо-голубые скалы перемежались островками зелени, что ютилась в расщелинах между скал. Здесь она была не бирюзовой, а слегка высохшей на солнцепеке, увядшая и в таком состоянии очень походила на зелень моего мира, чуть более сочную, чем у нас, но все-таки ближе по цвету, чем остальная растительность. На пиках гор лежали бирюзовые ледники.

— А почему скалы здесь отличаются по цвету? — спросила я в никуда, но мне ответили.

— Чем южнее, тем светлее камень, — произнес Райн. — У Дшара горы вообще голубо-сине-черные, — разъяснил мне он.

Но почему?

Ночевали в уютной пещерке. Волк не зря говорил, что здесь много камней в виде глаза: в течении дня мы натыкались на них раза три. И вот сейчас возле меня стоял такой кристалл, мутный, темный, покрытый пылью и каменной крошкой, но узнаваемый. Поужинав, я взяла в руки свой амулет, точнее не свой, а Дайшара, но пока пользовалась им я и вновь, как учил Лей, сосредоточилась на передаче силы. Почему-то сделать это у меня не получалось и сегодня я решила попробовать по-своему. Устроилась у стены, подложив плащ под спину и сконцентрировалась на амулете. Как и предполагалось, слить силу у меня не получилось и тогда я решилась на эксперимент. Медитировать толком не умела, только читала об этом, но постаралась принять позу лотоса (ну уж как смогла) и обратила взгляд внутрь, с каждой минутой погружаясь все глубже и глубже в себя, стараясь найти ту самую точку, где с недавних пор гнездилась магия. Черное ничто обступило меня со всех сторон, превращаясь во Вселенную со своими звездами и черными дырами, ускоряя и ускоряя движение вокруг, кружа в хороводе звезд и разгораясь изнутри, как сверхновая. Слепя мои закрытые глаза, изнутри поднималась сверкающая сила, медленно, лениво опаляя внутренности огнем магии. Я растерялась, хоть и видела это не в первый раз, но тогда списала на бред, боль и обморок, а сейчас я полна сил и смотрю в лицо своему страху, своей силе, своей магии, которая никогда так и не будет моей. Мне кажется, у нее лицо Рая и он заглядывает мне в душу своим холодным, полным презрения и ненависти, взглядом. Собрав остатки воли,