Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

двадцать потоптаться на морозе, пока Дима нарезал круги по окрестностям в поисках нашего транспорта. Им оказался РАФик довольно-таки потрёпанного вида. Пожилой водитель вышел, разминая ноги, критически оглядел нашу банду, затянулся и сказал:

— Все не влезут. Решайте, кто ждать будет.

Дима с Львом Петровичем переглянулись, и последний уточнил:

— А сколько мест всего? По максимуму?

Водитель выдул дым, сплюнул, бросил окурок на землю и ответил:

— Хоть по минимуму, хоть по максимуму, мест одинаково. Десять. Можно ещё одного вперёд посадить, но там неудобно, да и кому-то один чёрт ждать.

— А сколько ждать?

— Меня — где-то час. Но тут должен ещё ПАЗик наш подойти, там места больше.

— И у кого этот вопрос можно уточнить? — не сдавался Дима.

— Тут где-то наш дежурный мечется, — пожал плечами водила. — У него все путёвки, он должен знать.

Быстренько обсудив вопрос между собой, сопровождающие приняли решение: старшие остаются с Димой ждать на вокзале, младшие (ура!) едут с Львом Петровичем прямо сейчас на РАФике. Мы, получив соответствующую команду, быстро рассосались по автобусу, причём я нахально залез первым и угнездился возле окна на первом ряду. Видно было примерно ничего, стекло капитально обмёрзло, и я занялся любимой детской игрой: «продышать» в инее окошко, чтоб подглядывать по сторонам.

Смотреть, впрочем, было не на что — хоть и областной центр, а фонари встречались так же нечасто, как и у нас. А какой интерес пялиться в темноту? Тем более, что довольно быстро мы из города выскочили, и вокруг потянулись сначала заборы каких-то промышленных предприятий, а потом и вовсе лес. Неудивительно, что я начал клевать носом.

Но в какой-то момент мой расслабон был безжалостно прерван водителем, который заорал матом на весь салон что-то невразумительное, после чего и вовсе дёрнул рулём вправо так резко, что я влепился плечом в стекло, а справа на меня навалился Лев Петрович, сидевший рядом. Хорошо ещё, что у меня сработал рефлекс, вбитый на тренировках в клубе, прям так и услышал Игорево: «Голову в карман!». А то бы ещё и мордой лица приложился… Впрочем, и так мало не показалось: микроавтобус явно попал правыми колёсами в кювет, машину перекосило уже на другой борт, и мы все, пусть и не так резко, съехали по салону туда. Я-то ещё ладно, сумел удержаться на своём месте, схватившись за спинку водительского кресла, хоть и заплатил основательно ушибленным коленом, а вот почти все остальные пассажиры устроили натуральную кучу-малу где-то с правой стороны или на полу в проходе. Пацаны тихо копошились справа и сзади, я приходил в себя, меланхолично наблюдая, как из-под чёрного уплотнителя стекла на пол течёт струйка грязной воды.

— Ну п-ц! — эмоционально высказался водитель и заглушил мотор.

— И что это было? — невероятно спокойным тоном спросил Лев Петрович, утирая кистью руки струйку крови из носа.

— В лоб вышел, с-ка! — выплюнул шофёр и, кряхтя, полез наружу.

У нас тоже нашлось бы немало желающих выйти на воздух, но дверь оказалась заблокирована снежным отвалом. Я, как самый близкий, перелез через рычаги и мотор на водительское место и выпрыгнул через левую дверь. Снаружи всё оказалось не так уж и страшно, до кювета мы, считай, почти и не добрались, упёршись бортом в гору грязного снега на обочине дороги. Но правые колёса, конечно, завязли в снегу порядочно, это придётся вытаскивать, само не вылезет.

— Когда, говорите, ПАЗик поедет? — спросил я водителя, но тот отреагировал странно, только мотнул головой и сплюнул в снег. Но я такой реакцией не удовлетворился, и продолжал удерживать взгляд на его лице. Он довольно быстро сдался и пояснил:

— Во-первых, он другой дорогой поедет. Ему тут неудобно… Во-вторых, толку с него? У него вообще резина под списание давно, да и нет ничего с собой, голый… Короче, не поможет он нам ничем. Грузовик надо, с цепью. Или трактор.

— А у вас трос есть? Лопата, топор?

— Да откуда? — снова сплюнул водитель. — Людей же вожу.

Я обошёл машину вокруг — мда. Заднее правое колесо точно просело в снег, довольно глубоко. Тут же задний привод? А движок впереди. Снова вернулся к капоту, присел — а вот переднее-то с виду вполне нормально стоит, на твёрдом! Отошёл подальше, прикинул — ну да, машина не совсем параллельно дороге остановилась, а так, как надо, чтоб выезжать. Может, вытолкаем? Однако, глянув в салон, от этой мысли пока отказался: у нас же сейчас мелочь ботаническая, кому тут толкать?

В этот момент вдали на встречной показались фары, водила выскочил на дорогу, замахал руками. Протянув метров двадцать, у обочины остановился жигулёнок, из-за руля вылез водитель лет тридцати с небольшим. Одет прилично, «в чистое». Этот с нами под машину не полезет, чувствую… Подошёл, осмотрел скептически, хлопнул по плечу водителя:

— Ну что, Андрюха, доигрался?

— Да я ни при чём, — заоправдывался наш водитель, — это частник на обгон по встречной вышел, что мне, в лоб было его бить?

— В лоб или не в лоб, а проблемы такие почему-то только у тебя, — отрезал проезжий. Или начальник? — Теперь жди, кукуй тут до утра…

— А мы? — встрял с вопросом я.

— Вы? — мужчина повернулся ко мне. — У вас прощенья просим. Но вариантов нет, придётся ждать тут, пока ПАЗик освободится, тогда заедет за вами.

— И сколько ждать?

Мужик пожал плечами.

— Это у дежурного на станции надо спрашивать, что там у него с маршрутами. Час? Два? Не могу сказать. Сейчас заеду туда к ним, предупрежу, чтоб вас в виду имели.

Как-то мне это всё совершенно не улыбается!

— А если вытащить?

— Без шансов, легковая не выдернет, грузовик нужен. Пробовали уже. Этот спортсмен на этом самом месте в третий раз уже вылетает! — повернулся к нашему водителю: — Тебе сколько раз говорили не ездить этой дорогой? Бензин экономишь, да?

Водила пробурчал что-то несогласное, но я уже не обращал на него внимания:

— Может, хоть топор у вас есть?

Топор нашёлся. Водила поехал в город, а я полез через сугробы в лес. Эх, одёжка у меня неподходящая! Но ничего не поделать. К счастью, далеко заходить не пришлось, нарубил каких-то палок прямо на опушке, метрах в десяти от дороги, и одну сосенку даже прямо хорошую, на рычаг. Вернувшись со всем этим богатством,