Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

сколько угодно, — хохотнул Васильев. — Задачник «Кванта» решают все! Да и олимпиада у вас по математике, а не по физике, так что, думаю, нам есть о чём поговорить. Только вот где…

— Давайте ко мне в номер поднимемся, там сейчас никого, — предложил я.

И мы поднялись.

К счастью, никто из облоношных с нами не пошёл — и замечательно. По дороге Васильев раскрыл мне причины своего интереса: семиклассники участвуют в зональных за восьмой нечасто. А оказываются в шаге от выхода выше и вовсе, считай, никогда. Он даже работу мою умудрился как-то в Челябинске выцыганить! Во всяком случае, именно так мне показалось, поскольку уж очень он выглядел осведомлённым в деталях моих действий на той олимпиаде.

Ну а в номере я чуть не всплакнул от ностальгии: этот «поддельный Луначарский» устроил мне самый натуральный прогон! Имени Льва Петровича на пару с Дворниковым, когда они меня гоняли перед зоналкой. Одно отличие: ему никакие печатные материалы не требовались, задачи он мгновенно то ли придумывал, то ли вспоминал прямо из головы. И совершенно запросто модифицировал их на лету, если я вдруг демонстрировал преступную — по его мнению — лёгкость в нахождении пути решения! Мы, кажется, так ни одну до конца и не довели в первоначальном виде, так как стоило мне только начать излагать хоть сколько-то глубокий план действий, как Васильев немедленно кусал карандаш и произносил:

— Так, допустим, неплохо, а вот если бы область здесь была очерчена… эллипсом! Да, эллипсом, вот таким! Что тогда? Кстати, функцию такой кривой напишете? Ну, чтобы уж заодно!

Да чтоб тебя.

* * *

С Васильевым вы засиделись почти до вечера. Даже Матвей Иванович уже вернулся, пусть и непривычно рано, а мы всё сидели, я — всё больше тупея и оттого зверея, а вот Николай Борисович не изменился ничуть. Вот же энтузиаст! Я цокнул про себя в невольном восхищении, однако дела это не меняло: мне уже, наверное, пора. Эту нехитрую мысль я и озвучил, И, к моему немалому удивлению, не встретил совершенно никаких возражений — Васильев принял вводную очень легко, будто это он сам предложил закругляться, а не я.

— Ну что — очень интересно, очень. Даже жаль, что не встретимся с вами в Ульяновске.

— А вы там будете? В жюри? — оживился я.

— Буду. Но не в жюри, — хохотнул Васильев. — Ну да ладно, Земля круглая, встретимся в будущем году.

— Вашими бы устами… — посетовал я

— А что такое? — моментально насторожился математик.

Пришлось выложить историю моего злосчастного автобуса на область — сразу для обоих слушателей, Матвей Иванович, конечно, не упустил возможности погреть уши. Байка имела успех — смеялись все! А отсмеявшись, Николай Борисович серьёзным голосом напомнил, что в будущем году я, как участник зоны, на область поеду в любом случае, и никакие Раисы мне уже не указ. Я поделился очередной байкой про то, как Иван-Царевич Серого Волка в лице отдельных деятелей районо об колено ломал. И, соответственно, опасности оная Раиса не представляет более никакой. В конце концов Васильев написал мне на одном из черновиков свои телефоны — и рабочий, и домашний, откланялся и отбыл.

А я остался собираться и параллельно прощаться со своим соседом по комнате.

— Эх, жаль, я ещё несколько дней здесь на привязи сижу. А так бы вместе опять поехали домой!

— А чего вы тут делаете-то вообще? — на автомате спросил я, выгребая неожиданно распухшие шмотки из шкафа в сумку.

— Учусь, — пожал плечами Матвей Иванович, встал, достал из портфеля самопальную брошюру формата А4 и передал её мне.

Заголовок посредине листа гласил: «Современные методы управления, организации производства и хозрасчета» по направлению «Автоматизация производственных процессов и применение микропроцессорной техники». А ниже — уже мельче: «Институт повышения квалификации руководящих работников высшего звена государственного управления АНХ при Совете Министров СССР».

Я уважительно присвистнул, и спросил:

— Чего, правда, на компьютерах дали поработать? И каких? Персональные есть уже, или только гробы с машзалом?

Матвей Иванович сделал страшные глаза:

— Ого! Да ты разбираешься?

— Да куда там — где в нашей глуши разбираться? Не удивлюсь, если у нас в районе калькулятора-то программируемого нет ни одного, чего уж тут про компьютеры говорить…

Сосед совершенно неожиданно смутился, а но сразу же вернул на место привычно-доброжелательное выражение лица.

— Да уж… Кстати, о калькуляторах! Вот тут я увидел совершенно случайно в магазине… Держи подарок!

Немного, обалдев, я уставился на коробку, лёгшую на папку с «современными методами управления», которую всё ещё держал двумя руками. МК-33, калькулятор. Не такой, как у меня был в той жизни, этот не программируемый, зато явно меньше. И на аккумуляторах! Но… они же в любом варианте стоят сейчас, как крыло от самолёта! Ладно, от самолётика. Но всё равно!

Однако, подняв глаза, я понял, что отказаться сейчас — значит обидеть хорошего человека.

Что поделать? Пришлось благодарить. Но уж его номер в Свердловске я стребовал! Вряд ли у меня много шансов его своим отдарком удивить, но хоть попытаться я обязан.

Уверенный стук в дверь сообщил мне, что и эта глава окончена.

Глава 24

В поезде я, как ни странно, успокоился. А в чём пожар, собственно? Почему я вдруг решил, что так уж обязательно долбать академика прямо вот каждый день? Небо на землю не упадёт, если я появлюсь уже непосредственно перед «днём Д», тут ведь главное — руку на пульсе держать, а насколько обстановка накалена до того — вопрос третьестепенный. Зато можно аккуратно завершить поездку, отчитаться перед всеми — дядей Витей, например, да и в школе проявиться не помешает. А потом — заболеть.

Так и поступил. И командировку отметил, вызволил, наконец, своё свидетельство о рождении у облоновских. Они под конец размякли и даже выдали мне пару комплиментов — чудеса! Ну, я тоже в долгу не остался, «мне тоже было очень приятно поучаствовать с вами вместе в таком знаковом мероприятии», «спасибо за всю помощь и заботу» и всё такое прочее. И в гости в Свердловске забежал — буквально на час, и даже с дядей Витей пересёкся — он каким-то чудом в эти выходные оказался дома. Изначально-то планировал вообще заскочить буквально на пять минут, чисто отметиться, но меня почти насильно усадили за стол, мотивируя возможностью сэкономить время на трансфер до автовокзала